ВТОРОЙ РАССКАЗ
...и когда сызнова Веталу раджа понес, тот ему новый рассказ рассказывает:
«Стоял когда-то на берегу Калинди (- река в нынешнем штате Западная Бенгалия. - germiones_muzh.) город, имя которому было Брахмапура, и жил там брахман Агнисвамин, а у него была дочь красавица Мандаравати. И как-то раз три молодых брахмана, увидев эту красавицу, равной которой не было во всех трех мирах, пришли к Агнисвамину просить руки его дочери. А Агнисвамин им так сказал: „Вы и богаты, и собой пригожи, и родом из хороших семей, и прославились доблестью, но дочь-то у меня одна. Кому же я ее отдам?“ Один сказал: „Следует отдать ее мне“. А другой тогда возразил: „Отдать ее ему, так два других с жизнью расстанутся, тогда на почтенном будет грех убийства“. И Агнисвамин, опасаясь этого, не решился отдать ее никому из брахманов. А тем временем случилось так, что по воле судьбы Мандаравати ушла в другой мир (- в те древние времена такое бывало запросто. И даж щас случается. - germiones_muzh.). Когда ее сожгли, то один из брахманов тем пеплом свое тело посыпал, волосы в знак подвижничества в косу заплел и отправился странствовать. Другой брахман собрал ее кости и пошел по разным святым местам. Третий же на месте ее сожжения хижину построил и там, утративший счастье, жил.
Случилось однажды так, что брахман, ушедший в подвижничество, скитаясь, пришел в дом брахмана Рудрашармана и попросил есть. А тот сказал: „Жена, дай этому благородному брахману поесть“. Когда же еда готовилась, заплакал ребенок, и Рудрашарман швырнул его в огонь. Подвижник увидел мертвого ребенка, отказался от еды и уже готов был уйти, но Рудрашарман заметил это, оживил мальчика особым заклятием, и тогда подвижник согласился остаться, Закончил он трапезу, взял книгу об оживлении и направился туда, где была сожжена Мандаравати. Другой брахман, посетив разные святые места и омыв ее кости в священных водах, тоже туда явился. А третий, карауливший место сожжения, и так был там. И вот второй и третий, собрав кости и прах, сделали фигуру Мандаравати, а подвижник прочел мантру из принесенной им книги и таким образом оживил ее. Как только увидели брахманы, что она вновь обрела жизнь, так все трое перессорились.
Скажи, о царь! Кто же по закону ей муж?»
«Слушай, Ветала! Тот, кто мантру прочел, отец для нее, так как он ее воссоздал. Тот, кто кости ее по святым местам носил, — ее сын, ибо выполнял он сыновний долг. Тот же, кто прах ее охранял, муж ей, так как он заботился о ней».
И только успел царь так сказать, как Ветала сызнова повис на шиншипе...