всем месяцам живется очень одиноко. Ведь хотя их и двенадцать, встречаются они только по двое, к тому же ночью, в полной темноте. Эта встреча заканчивается так быстро, что они едва успевают поздороваться. Так что время от времени кто-нибудь из них выражает желание встретиться всем вместе в тихой, спокойной обстановке. И между месяцами разворачивается активная переписка. Но беда в том, что им никак не удается договориться о времени, которое бы всех устроило. Одному слишком жарко летом, другому слишком холодно зимой, третьему хочется собрать подснежников, которые цветут весной, четвертому — запустить воздушного змея, а это, что ни говори, приятней делать осенью. В общем, боюсь, что так они никогда не договорятся. (- но они, бывает, встречаются без договоренности: случайно. И выпадает снег июлем, и подснежники цветут зимой. Но ненадолго. - germiones_muzh.)
Раньше был еще и тринадцатый месяц под названием Квимбер. Говорят, что однажды он опоздал, и его очередь прошла. То ли у него случилась авария по дороге, то ли он грипп подхватил, то ли еще что-то, почем я знаю. Только когда он наконец приехал, наступил уже Январь.
Почти все месяцы носят какие-нибудь странные названия: Январь, Февраль, Март… Хотя в них самих нет ничего странного. Будь моя воля, я бы назвал Январем ручную ворону. А Февраль мог бы стать огромным деревом без листьев. И только высоко-высоко, под самым небосводом, у него была бы шапка из веток.