germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

Categories:

перебег: князь Курбский - первый раз против русских, под началом Радзивилла (при Улле, 1564)

...и вот все кончено — снято напряжение двух недель, которое не отпускало ни разу с того военного совета в Вольмаре и наконец провалилось под землю на этой лесной грязной дороге через смешанный елово-березовый лес. Все кончено — Петр Шуйский разбит наголову, его пятитысячная армия в панике рассеялась в лесах и болотах вдоль реки Уллы от Орши до самого Богушевска. Это случилось сегодня ночью, а сейчас раннее утро... (- гетман Радзивилл застиг корпус Шуйского на марше, без доспехов, и после заметного сопротивления разбил. - germiones_muzh.) Они едут по тылам главного полка, в который входят вся шляхетская, ляшская конница и тысяча немцев. Немцы сейчас на дороге Орша — Полоцк... Это заслон надежный, и можно расслабиться, подчиняясь шагу коня, бездумью победы, и ехать не спеша, вдыхая болотистые испарения чернолесья, запах хвои, брусники, мокрых грибов на поваленных колодах. На дорогу вытаскивают из тумана трупы и раненых, слышны голоса, треск сучьев, чавкающие шаги, всхрапывание коней, чей-то смех и очень далеко призывный звук трубы — где-то продолжают отзывать пропавшие в погоне отряды. «Это чья хоругвь?» — кричит кто-то, и кто-то отвечает, кое-где уже горят костры — там перевязывают раны, варят кашу или просто ждут, когда все соберутся и поступит новый приказ. Но во всем этом лесном временном бивуаке, растянувшемся на две версты, чувствуется то облегченное, добродушное расслабление, которое охватывает людей, вышедших из боя. Курбскому знакомо это, он отдыхает.
У одного костра слышится русская речь, толпа в литовских доспехах окружила кого-то, люди что-то разглядывают, кто-то свистит насмешливо, и все разражаются смехом, а потом смолкают — слушают чей-то напуганный высокий голос, который не то умоляет, не то рассказывает нечто всем интересное. Это — русские пленные. Курбский и Келемет (- Иван, дворянин Курбского, перебежал вместе с князем. - germiones_muzh.) едут мимо. «Воевод Захара Плещеева и Ивана Охлябина на реке пленили. Князя Острожского (- Константин. Литовский и польский магнат. - germiones_muzh.) люди. Видел их?» — спрашивает Келемет равнодушным голосом. «Видел», — отвечает Курбский таким же голосом. Но он не видел воевод вблизи — он издали следил, как их вели в лагерь Острожского, спешенных, простоволосых, грязных.
Они едут дальше, молча, на свет большого костра, который в утреннем тумане кажется матовым круглым фонарем, подъезжают ближе, но к костру нельзя проехать на коне — он на поляне за ельником, — и они спешиваются, бросают поводья коноводам и идут по мокрой кочковатой ложбине, отводя от лица ветки: им хочется размяться и погреться у огня. Но у костра никто не сидит — все стоят и смотрят вниз, много людей в разной одежде, и литвины, и ляхи, и немцы. А на земле лежат мертвые тела, одно, огромное, ближе к огню, и все его рассматривают. Это тучный пожилой человек. Его тело давно окоченело, желтовато-белое лицо, черные с проседью волосы и такая же борода запачканы землей, под приоткрытыми тусклыми глазами — фиолетовые отеки. И поблескивают зубы, точно в усмешке, на щеке — засохшая кровавая царапина. Это главный воевода Петр Иванович Шуйский, убитый на реке Улле, а рядом двое князей Палецких; у одного проломлен череп и лицо залито кровью, как будто на него надели красную шелковую маску. Но Курбский узнал и его. Он знал всех троих, особенно Петра Шуйского, с которым вместе ходил на черемисов и на ливонцев, хотя и не дружил, но доверял — война всех побратала. Вот он лежит, не видя ничего и не слыша ни треска костра, ни речи человеческой, а как любил выпить и посмеяться после похода!
Какой-то шляхтич в богатом кафтане и рысьей шапке протолкался, поглядел и пнул Шуйского сапогом в лицо: «Отвоевался, схизматик!» Тупо дернулась тяжелая голова, и Курбского окатило холодом, рука рванулась к эфесу… Он повернулся и пошел прочь, и Иван Келемет — за ним, они шагали молча, чавкала болотина под ногами; совсем рассвело, побелело, Курбский все видел каменное лицо Шуйского, его усмешку, березовый листочек, запутавшийся в седоватой бороде. «Чем ты руку-то попортил?» — спрашивает он Келемета. «Руку? — Келемет поднимает правую руку, разглядывает: у ногтей запеклась кровь, и рукав тоже вымок, окровавлен. — Это не моя, — говорит он и косится исподлобья на Курбского. — Это я одного срубил, когда к реке выскочили…» Они опять идут молча, отстраняя еловые лапы, перешагивая через колодины. «Не сюда, князь, правее надо», — говорит Келемет, и они идут правее по пожухлым папоротникам и наконец выходят на лесную дорогу, где их ждут кони и люди. По дороге густо идет конница Станислава Стехановского, она возвращается после погони, которая длилась до полной темноты: конники много и громко говорят, некоторые шутят, иные, отдав все силы, дремлют, качаясь в седле, или, серолицые, бледные, едут, стиснув зубы от боли, белеют свежие повязки.
Это все знакомо Курбскому и привычно. Они смешиваются с конницей и едут на запад; лесной пар уже золотится солнцем. Первые дни теплого сентября, в елях посверкивают шишки. Курбский никак не может забыть окоченевшее лицо Петра Шуйского, его неуместную мстительную усмешку и зазубренный березовый листочек в черных с проседью волосах...

НИКОЛАЙ ПЛОТНИКОВ «АНДРЕЙ КУРБСКИЙ»
Subscribe

  • люди, которые смогли вести бой (всего два примера)

    - и переломить его ход. Сражаться вопреки всему... Сколько их было в прошлом? Спартанских гоплитов и русских гренадер, раджпутов и рыцарей,…

  • (no subject)

    суфий Мауляна Кутбаддин спросил человека, называвшего сябя звездочетом: - Кто твой сосед? - Незнаю, - пожал плечами тот. - Того, кто рядом,…

  • правосудие для старой клячи

    о колоколе, установленном во времена короля Джованни во времена короля Джованни из Акри (- это было в Святой земле. Джованни - король Иоанн…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments