germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

Category:

ВЕСЁЛЫЕ БУДНИ. ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ ГИМНАЗИСТКИ (1906)

НАШИ УЧИТЕЛЬНИЦЫ
ну, теперь я кажется, всякий уголок и закоулочек y нас в гимназии знаю, все облетела и высмотрела.
В самом низу один только первый, выпускной класс (- нумерация шла в обратном порядке! – germiones_muzh.), квартира начальницы, докторская, дамская и еще какая-то большая-большая комната, с желтыми шкафами и столами, a на них все хитрые машины стоят; написано "физический кабинет", но, кто его знает, что там делают. В среднем этаже второй, третий и четвертый классы, a на самом верху остальные. Во всех трех этажах есть коридор и зала, и оба верхних, как две капли воды, друг на друга похожи, только в средней зале есть образ "Благословения детей" (- икона. - germiones_muzh.), потому что там всякое утро общая молитва бывает.
Нам, малышам, бегать вниз только до начала уроков позволяют, a потом ни-ни.
Класс у нас большой, светлый, веселенький. Уроков каждый день пять полагается, только в субботу четыре.
Вот одна за другой, стали учительницы являться.
Русская -- тот же самый милый, толстый Барбос, который экзаменовал меня, настоящее его имя -- Ольга Викторовна.
Француженка -- тоже та самая, что меня на экзамене спрашивала, только теперь она как будто побелела -- меньше йодом намазана. Зовут ее -- Надежда Аркадьевна, -- она русская француженка, не французская (- Мусю учила французскому мама – и гувернантка. Французская француженка. – germiones_muzh.).
Девочки её не любят, говорят цыганка, a мне она нравится, хотя правда -- не красивая: глаза у черные и точно вон выскочить собираются, a прическа -- как большое-большое гнездо. Bсe-таки она славная.
Попинька же y нас премиленький, настоящий душка; некрасивый и тоже желтоватый, но весёлый, ласковый, постоянно шутит и нас иначе, как "кралечками" да "красавицами" и не называет. -- Евгения Васильевна (это нашу классную даму так зовут) говорила, кажется, что он академик, но, конечно, это вздор или я что-нибудь не разобрала, или она напутала. Первый раз слышу!.. То есть, понятно, не про академию, это я давным-давно знаю, да и дядя Коля мой -- академик; но то совсем другое, он офицер, -- так ему и полагается значок, шпоры и аксельбанты носить, но чтобы наш милый поп-батинька нарядился!!..
Конечно, ерунда. (- тем неменее, как дядь Коля окончил Академию генштаба – так и священник, преподающий Закон Божий, учился в Духовной академии. А шпоры неносит из скромности. – germiones_muzh.)
Ну, и немка y нас! Откуда это только такую откопали? Уж кого-кого, a ее верно циркулем не обводили. Ни дать, ни взять две дощечки в синее платье нарядились, и всю ее точно из треугольников сложили: локти углом, подбородок углом, нос углом, глаза карие и ужасно блестящие, щеки будто вдавленные, но розовые, a сама такая длинная, что хочется ее взять да посередине узлом завязать.
Зовут это сокровище m-lle Linde. Видно, злющая-презлющая, настоящая шипуля. A начнет по-русски говорить, все смеются: где только "л" попадется, она непременно мягкий знак поставит: "палька", "слюшайте". Ведь надо ж выдумать!
A я-то, чуть не на первом же уроке отличилась!
Повесили нам на доску картину, a там нарисована девочка на стуле, и волосы y неё размалеваны как раз, как пестрые кошки бывают. Стала М-lle Linde вопросы задавать, a девочки отвечать должны. Уж и отвечают они -- одно горе! На весь класс, кроме нас с Любой, всего пять-шесть есть, которые хотя что-нибудь маракуют. Вот немка и спрашивает одну девочку, -- Сахарова называется:
-- Was fabr Haare hat das Mädchen? (- Какого цвета волосы у девочки? [нем.] - germiones_muzh.)
Ta стоит, рот разинув, ничего не понимает, a я Любе потихоньку и говорю: "Bunte" -- правда ведь пестрые. Сахарова, умница дорогая, возьми, да и повтори:
-- Bunte!
Кто сообразил, понятно, так и покатился, мне тоже страшно смешно было, только я очень испугалась: ну, думаю, съест меня сейчас немка! Закусила я губу, сделала "святые глаза" и сижу тише воды, ниже травы. Классная дама кажется видела, что это я шепнула, но она только собрала свою носулю на веревочку и хохочет-заливается.
Немка посмотрела-посмотрела, ничего, сказала только Сахаровой: "Какие глюпости" и объявила, что "Das Mädchen hat blondes Haar". (- конечно, пестро были изображены на картинке именно блондинистые волосы. Контрастно тогда еще не красились. – germiones_muzh.) Хорошо, что сказала, иначе я бы до этого никогда не додумалась.
Кто ужасно-ужасно милый -- это учительница рисования. Высокая такая, волосы черные, глаза большущие, идет точно царица, но с нами такая ласковая, меня даже по голове погладила, a как в коридоре встретит, сейчас:
-- Ну-ка, черноглазый стригунчик, подите сюда, покажите ваши тараканчики.
Но если бы только вы видели, что этот самый "стригунчик" в тетрадке рисует!.. Господи, как мне совестно! Так бы хотелось угодить Юлии Григорьевне, но рука ни с места, a коли двинется, так и еще того хуже. И ведь есть же счастливые девочки, которые могут рисовать: и Юля Бек, и Зернова, да и "японочка" моя совсем недурно, a y меня -- Боже, Боже, что за ужасные кривули в тетрадке красуются!
Учительница географии y нас очень хорошенькая, зовут ее Елена Петровна; она совсем молоденькая, розовая, тоненькая, нарядная, и всегда как куколка одета. Девочки наши по ней с ума сходят, только не я. Вот хорошенькая она, a не нравится мне, потому что я знаю... То есть не знаю, а... Чувствую, что она никого из нас не любит. Я всегда чувствую, любят меня или нет, и когда нет, мне делается так неуютно, так холодно... А около неё всегда холодно, и глаза y неё недобрые.
Учительница же наша арифметики и того хуже. Это не та, что меня экзаменовала, совсем другая. Зовут ее Вера Андреевна. Она молодая, но вся красная, вечно по классу бегает, руки потирает и вертится, и крутится, ужасно ей хочется миленькой быть, a только по-моему она противная. Мы с Любой ее сейчас же "краснокожим индейцем" прозвали; все девочки одобрили, теперь ее никто иначе и не называет.
Весело y нас в гимназии, просто чудо! Чего-чего мы только на переменках не вытворяем, -- да кабы только на переменках, на уроках тоже всяко бывает. У нас своя компания, хоть и маленькая, но, правду надо сказать, шумная. Говорят, что мы и на новеньких не похожи, так скоро ко всему привыкли.
Да, все это хорошо, a уроки-то на завтра все-таки выучить надо, это не дома, тут весь класс слушает, да и перед учительницами совестно. И задана-то гадость какая: горизонт, небосклон, параллельные круги -- покорно благодарю. И зачем только все это выдумали?
Бегу, a то мамочка ворчать будет.
Только что пришло письмо от тети Лидуши; пишет, что она с мужем приедет через месяц из Швейцарш и привезет мне что-то очень хорошее. Что бы это могло быть? И отчего прямо не сказать? Извольте-ка четыре недели мучиться!

ВЕРА НОВИЦКАЯ (1873 - ?)
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments