— Дошло до меня, что есть тут одна девушка бесподобной красоты, но хозяин показывает ее только у себя дома. Веди нас, посмотрим на нее.
Вот что рассказывал впоследствии везир:
— Вышли мы с работорговцем (- вданном случае это был посредник. – germiones_muzh.), постучали тихонько в дверь. Открыл нам юноша в грубой одежде, худой и бледный, мы вошли в пустой дом, он постелил циновку, мы сели, а он удалился. Тут явилась девушка в той же самой одежде, что и он, но была она краше солнца; взяв лютню, она начала петь, потом вдруг перестала, расплакалась и вышла из комнаты, спотыкаясь из-за длинного платья. Мы услышали их плач и вздохи, потом голоса затихли, мы даже подумали, что они успокоились навсегда.
Тут вышел юноша и говорит:
— Свидетельствую вам, что она свободна, я хочу, чтобы вы меня с ней поженили.
Просьбу его выполнили (- у мусульман для этого нужны только два свидетеля мужского пола, вкрайнем случае мущина и две женщины. – germiones_muzh.), а Джафар, огорчившись, что девушка досталась другому, спросил:
— Что побудило тебя к этому?
— Если хочешь, я расскажу, но рассказ мой будет длинен.
— Рассказывай.
И юноша начал:
— Я сын такого-то. Мы были людьми богатыми, он знает, — юноша кивнул на работорговца и продолжил: — Хотя эта девушка и принадлежала моей матери, мы с ней росли вместе, как брат и сестра, читали книги, а потом ее послали учиться пению. Я не мог без нее прожить и дня и всюду ходил за ней следом. Когда она выучилась, моя мать хотела продать ее, но девушка убедила ее, что не вынесет разлуки и умрет. Мать поверила и подарила ее мне.
Ее нарядили для меня, и я пришел к ней. До этого я отказывался от женитьбы на дочерях знатных людей, проявлял воздержанность и целомудрие, потому что мечтал только о ней, а люди думали, что это просто от скромности.
Жили мы безбедно, пока не умер мой отец. Я не смог уберечь свое счастье, израсходовал все деньги, без конца одаривал ее, потратил все, так что осталось у меня только это платье, которое мы с ней носим по очереди (- о .....! Вот это – любовь. – germiones_muzh.).
Мне стало жаль ее, и я сказал, когда увидел, что к нам едет халиф:
— Я продам тебя. Знай, что после этого я погибну, но мне хочется, чтобы тебе жилось хорошо.
Она вышла к вам и, вернувшись, сказала мне:
— Если бы ты ко мне относился так же, как я к тебе, то не заговорил бы о продаже.
— Хочешь, я отпущу тебя на свободу и женюсь на тебе, и ты будешь жить со мной в нищете.
— Если ты искренен в любви, сделай так.
Я так и поступил.
Джафар простил его и обратился к Исхаку:
— Когда мы седлали лошадей, ты говорил, что потратишь деньги, чтобы помочь нуждающимся. Разве ты ему не сочувствуешь?
— Конечно, сочувствую.
— Сколько у тебя с собой денег? — обратился Джафар к работорговцу.
— Триста тысяч динаров (- думаю, здесь преувеличение: насамделе дирхемов. В 14 раз меньше. Это и так агрохуенная сумма. А Джафар в любом случае молодец, каких, ксожалению, мало. – germiones_muzh.).
— Отдай их ему и вели завтра прийти ко мне.
Торговец дал юноше деньги и рассказал ему, что в гостях у него был сам Джафар и что он ждет его завтра.
Юноша почувствовал, что от радости у него будто крылья выросли, и на другой день он нарядился и явился к халифу, а тот определил ему жалованье и, узнав, как он умен и образован, сделал своим писцом и велел страже проводить его.
И зажил тот в довольстве.
ДАУД ИБН ОМАР АЛЬ АНТАКИ (- 1597. слепой и великий врач). УКРАШЕНИЕ РЫНКОВ ПОДРОБНЫМИ РАССКАЗАМИ О ВЛЮБЛЕННЫХ