germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

Categories:

БАРСУК ВЫСЛЕЖИВАЕТ ТИГРА (Тасмания, 1950-е). - III серия

3. ИГГИ ПРИШЛА ДОМОЙ
хотя солнце село, в долине было еще светло. Вечер выдался ясный, небо было зеленоватого, как лед, цвета, что предвещает сильный мороз. Морозило уже и теперь.
— Пора чай пить! — Крошка мама, разогнув спину, поставила на стол круглое блюдо с грудой горячих лепешек.
Бадж жадно схватил одну, разрезал и успел намазать ее тающим от жара маслом и медом, пока отец неохотно складывал газету.
Крошка мама разлила по кружкам крепкий чай и сама размешала сахар в каждой. В комнате было тепло, аромат чая смешивался с запахом горевших в камине смолистых дров. И сквозь обычные звуки — хруст лепешек, плеск чая и звон ложечек в кружках — снаружи донесся тихий, но явственно слышный шелест шагов.
— Что это там? — спросил отец, прислушиваясь.
— Может, какой-нибудь старый опоссум, — сказал Бадж с полным ртом. — Или кенгуру.
Но все трое были взволнованы. Даже Бадж, только что высказавший свое предположение, понимал, что это шумит не опоссум на крыше, и не кенгуру в саду, да и вообще не лесной зверь.
Крошка мама стояла у стола, а отец пошел к двери. Бадж, забыв проглотить кусок лепешки, застрявший у него в горле, смотрел на родителей. Молчание их напугало его, он даже весь дрожал, хотя в комнате было жарко. Что же это слышится там, за стенами дома? Что это?
Теперь было уже ясно, что это чьи-то шаги, под которыми хрустит изморозь. Да, шаги человека, а вовсе не безобидного зверька!
Отец взялся было за тяжелую деревянную щеколду, но в эту самую минуту ее кто-то поднял снаружи, и дверь распахнулась перед самым его носом.
— Добрый вечер, — сказала Игги, входя. Она всю дорогу старательно репетировала, что скажет, и тон у нее был небрежный и веселый. Все получилось как нельзя лучше, только вот она чуть не ушибла отца, распахнув дверь, а мать сразу заметила и бледность дочки, и темные круги у нее под главами.
— Игги! — взвизгнул Бадж, наслаждаясь этой сценой, самой драматичной, какую он видел в своей жизни.
— Здорово, Бадж, барсучок! А что у нас к чаю?
— Игги! Почему ты пришла? Разве сегодня нет занятий в школе?
— Есть, — Игги заговорила еще чуточку веселее и развязнее, — но школа мне надоела, и я подумала, что, пожалуй, пригожусь вам дома.
Она, опустив ресницы, смотрела на отца, закрывавшего дверь.
— Увидим, — отозвался он. — А теперь положи узел и подкрепись, пожуй чего-нибудь. А ты, — это относилось к Баджу, который в радостном возбуждении прыгал около сестры, — вопросы отложи на после и принеси ей кружку горячего чая. Да поживей!
Игги с аппетитом поужинала. Ее ни о чем не расспрашивали, и это очень ободрило девочку. Она дома, и, значит, все будет хорошо! Но, когда все уселись вокруг камина, честность заставила ее сказать родителям правду:
— Ну так вот: я бросила школу.
Она готовилась к борьбе, ожидала возражений, особенно со стороны матери. Но мать уже некоторое время незаметно присматривалась к ней и что-то обдумывала.
— Ладно, Игги, — сказала она неожиданно. — Раз уж ты пришла, побудь дома, до каникул осталось ведь всего несколько недель. А к началу учебного года ты, конечно, вернешься на ферму. Так я говорю, отец?
— Так, так, — сказал отец.
К началу учебного года? Ну, до него еще далеко!
— Вот и чудесно! — Игги вся просияла, — Я принесла домой кучу шерсти. Буду вязать детские вещи для магазина тети Эдны. И пусть деньги за мою работу пойдут в счет платы за Ланса.
Она знала, что родители довольны, хоть и молчат.
— Да как же ты добралась сюда одна в темноте? Ничего не видела по дороге в лесу? — спрашивал Бадж.
Будущий учебный год был так далеко, а Игги уже сейчас тут, и без Ланса, одна. Можно будет о многом с ней поговорить. С Игги у Баджа всегда было о чем поговорить.
— По дороге? Ах да! — Игги замолчала, стараясь привлечь внимание отца. — За тобой когда-нибудь гнались в лесу, папа? Не бывало так, чтобы ты слышал в темноте позади себя топанье?
— Ой, Игги! Где это? — У Баджа даже дух перехватило.
— Не гнался за тобой зверь ростом с теленка, с большущей уродливой головой и темными полосами на спине?
— Да это тасманский тигр, Игги! — Отец встрепенулся. — Где ты его встретила? Много лет назад я видел одного тигра за тем большим эвкалиптом на тропе.
— Да, да, около эвкалипта!
— Дядя Линк видел его даже не один раз. А я-то думал, что этот тигр давно издох.
— Тигр! Настоящий тигр! — закричал Бадж. — И ты не струсила, Игги?
— Чего его бояться? — смеясь, сказал отец. — Запомните: нужно только схватить его за хвост и не отпускать. Если хвост вытянут прямо, как жердь в заборе, тигр не может укусить.
— Ах, как жаль, что я этого не знала! — воскликнула Игги. — Знала бы, так я бы могла…
Бадж от удивления широко раскрыл глаза:
— Да ты это знала, Игги. Я слышал от тебя эту шутку, еще когда ты прошлый раз приходила домой с фермы.
Наступило недолгое молчание.
— Значит, никакого тигра ты не видела. Я так и думал. Ведь они теперь у нас редкость, к сожалению, почти всех перестреляли, — сказал отец и снова уткнулся в газету.
— Я просто хотела пошутить, — смущенно пробормотала Игги.
— Ну понятно. — Крошка мама поставила чайник на огонь. — Но у нас в лесу есть тасманский дьявол{2}, он каждую ночь приходит к ручью. Мы его слышали, не правда ли, Бадж?
— Да, да. Он так громко рычит.
— Сейчас принесу твою постель, Игги, согреешь ее у огня — и спать! — сказала Крошка мама.
— У меня тут есть кое-что для тебя, папа. — Игги порылась в своем узле и вытащила старую газету. — Видишь, я не забыла.
— Ага! Вот умница! А от какого она числа? В парламенте теперь идет перепалка, и мне интересно…
– : Да у них там без споров никогда не обходится. Газету я взяла самую последнюю — пересмотрела всю пачку, что дядя приберег для тебя… А это тебе, малыш, держи! — Игги бросила Баджу кулечек с мятными конфетами. Бумажный кулек лопнул, и конфеты рассыпались, но Бадж собрал их с пола и принялся с наслаждением сосать.
Матери, как только она снова вошла в комнату, был преподнесен фартук с ярким рисунком — букеты красных роз, перевязанные алыми лентами. Фартук всем очень понравился, и никому, кажется, в голову не пришло, что он будет выглядеть несколько странно на фоне старых рабочих брюк Крошки мамы. Для Баджа Игги припасла еще несколько мелков, и оба тут же принялись рисовать ими. Они рисовали и болтали между собой, согревая одеяла на коленях. Отец опять был поглощен чтением газеты, а мать возилась в маленькой пристройке, где обычно спала Игги. Слышно было, как она перетряхивала заменявшую тюфяк подстилку из листьев папоротника, перевязанных волокнистыми стеблями.
— А что же она? — шепотом спрашивал Бадж. — Что сказала тетя Флорри, когда ты вздумала удрать?
— «Как бросить сейчас школу! — заговорила Игги, передразнивая тетку. — Да где это слыхано? Будь ты моя дочь, я бы мигом тебя проучила! Что ж, ступай, скатертью дорога, пользы от тебя нам все равно никакой. Ведь подумать только — чтоб девочка забыла…» — Игги вдруг замолчала, не договорив, так как в комнату вернулась мать.
— Ну, что же дальше? — сквозь смех допытывался Бадж.
— Тсс!.. Что это ты нарисовал? А я хочу нарисовать тигра.
— Ну что ты скажешь! — начал вдруг отец, ни к кому не обращаясь. — Нет, это уж слишком. Они собираются загнать сюда, в наши леса, толпу разных ученых болтунов!
— А для чего, папа?
— Будут искать… ну-ка, Игги, ты только что из школы, так, может, знаешь это слово. Сейчас прочту его тебе по слогам: ти-ла-ци-нус.
— А как это по-нашему?
— Погоди, сейчас дочитаю… Ага! Ну вот, слушай!.. «Ти-ла-ци-нус, более известный под названием „тасманский волк“ или „тасманский тигр“». Вон оно что!.. «Полагают, что где-то на диком юго-западе нашей страны еще водится этот зверь, которым так интересуются все зоологи. Он укрывается в своем логове…» Да, да, и логово у него не одно, но, к счастью, эти ученые не знают, где их искать… Чего тебе, женушка?
— Выпьешь еще кружечку чаю? Раз Игги уже дома, я достала то печенье, что пекла для нее.
— Гляди, Игги, я нарисовал арки на холме, — сказал Бадж. — Желтое вот тут — это солнце светит сквозь них. Как в тот раз, когда мы их видели, помнишь?
— Да. Я тебя сведу туда как-нибудь, Бадж. А вот гляди, какой у меня получился тигр с черными полосами на спине!
— О-ох, Игги! Вправду сведешь? Когда? Этим летом?
— Может, и летом.
— Скоро? Еще до каникул, да, Игги?
— Может быть.
— Ну-ка, дети, садитесь за стол. Выпьем по последней кружке — и марш спать! — сказала Крошка мама…

НЭН ЧОНСИ (1900 - 1970. родилась в Британии. австралийка)
Tags: кусочек мира
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments