germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

Categories:

МАКСИМ В СТРАНЕ ПРИКЛЮЧЕНИЙ (1963). - III серия

ТРЕТЬЯ СКАЗКА КАРЛИКА БУЛЬБУЛЯ. ОТКУДА ВЗЯЛИСЬ ПУЗЫРИ
убегая из города, правитель Топус I даже не успел захватить с собой своего сына, которого тоже звали Топусом, и сестру – старуху Тимофаус. Они остались жить среди горожан. И никто не причинял им зла. Но старуха была недовольна тем, что ей, знатной даме, и племяннику, наследнику правителя, приходится жить, как простым горожанам. Целыми днями она хныкала о добром старом времени, о дворце, о пирах, о золотых каретах. Она ненавидела всех жителей города, но сначала боялась их, боялась высунуть нос на улицу. Потом увидела, что никто ей ничем не угрожает, осмелела и, наконец, стала для развлечения из своего окна бранить прохожих.
– Изменники! – кричала она целыми днями. – Мятежники проклятые! Чтобы вы сдохли! Чтобы глаза ваши лопнули! Чтоб у вас руки-ноги отсохли!
Прохожие только смеялись и проходили мимо. А кому было нечего делать, нарочно собирались под окошком послушать брань старухи Тимофаус. Еще пуще злилась она на весь город. И Топус тоже злился.
– Ладно, – говорил он. – Я им всем покажу.
Но что он мог такое особенное показать? Он ловил соседских собак и поджигал им хвосты. Он протягивал поперек улицы веревку, чтобы прохожие спотыкались и падали. Он влезал на крыши соседних домов и затыкал дымовые трубы промасленным тряпьем. А потом сваливал все на кого-нибудь из других мальчишек, и тому здорово влетело ни за что. А Топус веселился. Все сходило ему с рук, пока его однажды не поймали, когда он пытался повесить соседскую кошку. Тут ему досталось за все разом. И никто из ребят больше не хотел с ним водиться. Не стоило выходить на улицу: к нему или поворачивались спиной или принимались дразнить, и неизвестно, что было хуже. Оставалось одно: сидеть в угрюмом темном доме со злой теткой и пускать мыльные пузыри.
Топус пускал пузыри и скучал. Тетка тоже скучала и становилась злее день ото дня.
– Ничего, – скрипела она, глядя в темный угол, – будет еще на нашей улице праздник…
Это она просто себя утешала. Потому что знала в точности, что никакого праздника не будет. Ну чем она, старая и злющая, может насолить целому народу? Ведь ничем. А уж так насолила бы, если бы могла!
Но тетке вдруг нечаянно повезло. И принес ей удачу не кто-нибудь, а ее племянник Топус. И даже не Топус, а его мыльные пузыри.
Эти пузыри у него обыкновенно получались тяжелые, серые. Слишком мало света было в доме. Пузыри не хотели подпрыгивать и летать. Они лениво доплывали до полу и лопались, оставляя мокрые пятна.
И один-единственный раз он выдул удачный пузырь – легкий, блестящий, переливчатый, как радуга. Потому что как раз в эту минуту солнечный луч вошел в запыленное оконце и дотронулся до пузыря. Пузырь сорвался со стеклянной трубки, подпрыгнул к потолку, пролетел через комнату и с тихим звоном ударился об пол. Он не лопнул! И когда Топус схватил его, он увидел, что это не пузырь, а прозрачный шар из тонкого стекла. В середине шара плясала сверкающая огненная пушинка.
– Тетка! – закричал Топус. – Тетка! Иди сюда!
Прибежала тетка. Она жадно схватила прозрачный шар, рассматривая огненную пушинку.
– Это Волшебная Искорка, – сказала она. – Только раз в жизни она попадает человеку в руки! И мне тоже один раз она попалась. Ох, какое платье я заставила ее сшить мне к придворному балу! Все полопались от зависти! Какая же я была глупая! Ведь с этой искоркой можно добывать даже живую воду!
– Хочу живой воды, – сказал Топус.
– Будет живая вода, – сказала тетка.
Она разбила шар, поймала огненную пушинку и бросила ее в кувшин с водой. Пушинка заскользила по поверхности все быстрее, быстрее, чертя огненные круги. Над кувшином поплыл легкий парок.
– Живая вода готова, – сказала тетка. – Пей и станешь бессмертным. – Только не пей слишком много, – добавила тетка. – Иначе ты больше не будешь расти и навсегда останешься мальчишкой!
Но Топус не послушался. Он решил, что тетка боится, как бы ей самой не осталось мало живой воды. И он пил, пока вода не полилась у него через нос. Тогда кувшином завладела тетка. Но и после этого воды в кувшине осталось немало. И там по-прежнему золотой мушкой вилась и сверкала волшебная искорка.
– Тетка, – сказал Топус. – Мы повесим на нашем доме вывеску, на которой будет написано: "Аптека". Мы разольем живую воду в бутылочки и начнем их продавать. На каждой бутылочке будет длинная надпись по-латыни: "Принимать перед едой по столовой ложке три раза в день". Ох, сколько мы денег с них слупим, тетка! Они станут очередями в целые улицы, но мы будем продавать не каждому. Нашим врагам ничего не достанется. Ни капли. Правильно, тетка?
– Ты дурак, – сказала тетка. – Ты хочешь, чтобы еще кто-нибудь стал бессмертным? Нам не нужна живая вода. Нам нужна мертвая вода.
– Кто будет покупать мертвую воду? – сказал удивленный Топус.
– Никто, – сказала тетка. – И не надо. Мы и так завладеем всем городом.
Она выловила Искорку из кувшина, бросила ее в большую бочку, наполненную водой. И сказала:
– От искорки бывает живая вода, а от ее пепла – мертвая. Пусть искорка погаснет!
И погасла огненная пушинка, нечаянный подарок солнечного луча, в большой бочке, от которой пахло плесенью и огуречным рассолом. Так в Городе Удивительных Чудес появилась бочка мертвой воды. И вот что из этого получилось.
Уже через день все газеты города вышли с такими заголовками.
СРЕДИ БЕЛА ДНЯ…
УЖАСНОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ…
УБИЙСТВО НА УЛИЦЕ ВОЛШЕБНОЙ ЛАМПЫ…
ПРЕСТУПНИКИ СКРЫЛИСЬ…
Никто не знал, что виновницей загадочного преступления была тетка Тимофаус. Накануне в полдень она шла но малолюдной улице Волшебной Лампы. Ей встретился только один прохожий. Он не захотел поздороваться. Тетка глянула по сторонам. Поблизости никого не было. И тогда она плеснула в лицо встречному мертвой водой из бутылочки, а потом, не оглядываясь, пошла дальше.
Наступил новый день. Горожане расхватывали газеты, в которых не нашли почти ничего нового. Заголовки кричали:
ПРЕСТУПНИК НЕ НАЙДЕН!
К ЧЕМУ ПРИВОДИТ БЕЗДЕЙСТВИЕ!
ГОРОДСКАЯ СТРАЖА ИГРАЕТ В КОСТИ!
Но одна газета вышла с запозданием. Она задержалась из-за небольшой заметки, которую напечатали на первой странице. Заметка называлась: "Таинственный яд".
В ней было рассказано о том, что городские власти хотели пока удержать в секрете: все, кто хоть раз прикоснулся к одежде убитого, погибли. Это были стражники и врачи. Доступ в городскую больницу поэтому запрещен, больных оттуда выносят через окна. Помещение решено сжечь.
А на другой день в газетах появился новый страшный заголовок:
"ЭПИДЕМИЯ НЕВЕДОМОЙ БОЛЕЗНИ"
Вот одна из заметок, напечатанных под этим заголовком:
"На Южном Острове распространилась эпидемия неизвестной болезни. Установлено, что так называемое убийство на улице Волшебной Лампы было лишь первым случаем загадочного заболевания. С тех пор имел место еще ряд подобных случаев в окрестностях той же улицы.
Рекомендуем жителям Южного Острова не выходить из домов без крайней необходимюсти. Продукты питания будут доставляться на дом на Бегающих Тележках. Не пейте сырой воды!
Никакой паники!
Спокойно и решительно встретим Неведомую Опасность!"

А виновница всех бед тетка Тимофаус даже чуть-чуть помолодела от радости. Еще бы: ведь столько злости у нее накопилось на весь мир, пока она сидела взаперти в мрачном темном доме и ждала случая отомстить! Она без устали придумывала новые ловушки для своих недругов и потом, хихикая, рассказывала Топусу, как они поскальзывались на лужах мертвой воды, пролитой перед их дверьми… Топус тоже хихикал и называл имена все новых врагов – в основном окрестных мальчишек, которые не хотели с ним играть. Вместе с теткой он составил длинный список всех, кого надо было предать казни. И опять тетка выходила ночью на улицу, смачивала мертвой водой дверные ручки, плескала ее в форточки и слуховые окна.
– Пусть они как следует испугаются, – сказала она Топусу. – А потом я заставлю их объявить меня Великой Правительницей Города Удивительных Чудес. Вот тогда они у нас попляшут.
Топус помрачнел.
– Я сам хочу стать правителем этого города, – сказал он.
– После меня, – сказала тетка.
– Но ты же никогда не умрешь, – с грустью ответил Топус. – Зря я дал тебе живой воды!
Тетка закатила ему оплеуху и перестала с ним разговаривать. Топус надулся и сказал себе, что тетке это даром не пройдет. Когда-нибудь, когда он подрастет.
Он ушел в другую комнату, насыпал в кружку немного мыльного порошка, плеснул в нее воды, взял стеклянную трубку и принялся выдувать мыльный пузырь. Задумавшись, он не сразу заметил, какой странный пузырь у него получается: на тонкой блестящей пленке появились плоские, будто нарисованные глаза, уши и рот. Тольно носа не было. Но вот пузырь сорвался с трубки, и нос появился тоже. Пленка затвердела. Она перестала быть прозрачной. Пузырь превратился в круглую человеческую голову. Голова сказала:
– Здравствуй, хозяин! Сделай мне, пожалуйста, еще туловище, руки и ноги.
– Ты кто? – в ужасе спросил Топус.
– Я твой Пузырь, – сказала голова. – Ты растворил мыльный порошок в живой воде, и вот я ожил!
И правда: Топус по ошибке плеснул в стакан живую воду, которая оставалась в кувшине и о которой он совсем позабыл.
– Лопни! – сказал он Пузырю. – Я боюсь тебя!
– Не бойся, – сказал Пузырь. – Ты меня оживил, и я стану верным твоим слугой, когда у меня будет туловище, руки и ноги. Я мигом научусь любому делу и выполню все, что ты захочешь приказать.
Топус подумал и сказал:
– Хорошо!
Он был вовсе не прочь иметь собственного слугу, который одевал бы его по утрам и вместо него умывался. Поэтому он выдул новый большой пузырь – туловище – и посадил на него голову. Перед ним стоял человек, похожий не то на снежную бабу, не то на ваньку-встаньку. Два маленьких пузыря, пристроенные с боков, вытянулись и стали короткими толстыми ручками. Еще два пузыря превратились в короткие толстые ножки.
– Я готов, – сказал Пузырь. – Что прикажешь?
– Иди поколоти мою тетку, – приказал Топус. – Она сегодня дала мне затрещину.
И Пузырь отправился колотить тетку, которая вовсе этого не ожидала. Поколотив ее, он вернулся и спросил:
– Чего ты еще хочешь?
– Красных петушков на синих палочках, – сказал Топус, – новые сапоги и… и еще я хочу стать Правителем Города Удивительных Чудес!
– Когда ты станешь правителем, у тебя будет сколько хочешь новых сапог и целые горы красных леденцов, – сказал Пузырь. Ты только потерпи! Надо выдуть побольше таких Пузырей, как я, очень много: целое войско. Тогда мы захватим город силой.
– Правильно! – сказал Топус. – Начинай!
И Пузырь принялся выдувать других Пузырей, одного, другого, третьего… И каждый новый Пузырь, едва встав на короткие толстые ножки, кланялся Топусу, говорил:
– Здравствуй, хозяин! – и принимался помогать первому Пузырю выдувать все новых и новых Пузырей.
Скоро Пузырями наполнился весь дом. И тогда Топус задумался: если так продолжать, то горожане все увидят и поймут. Нет, готовить войско нужно втайне, чтобы никто об этом не знал!
В ту же ночь он вместе со слугами Пузырями, захватив с собой тетку, потихоньку удрал из города и скрылся в Диких Неведомых Землях, в неприступном Подземном Дворце Топуса I.

БЕГСТВО В СТРАНУ ПРИКЛЮЧЕНИЙ
– Вот что я узнал о том, как появились Пузыри, – сказал карлик Бульбуль. – Знаешь, сколько пришлось подглядывать и подслушивать пока я не узнал всю историю? Жуткое дело!
– А что задумал Топус?
– Войну, – сказал карлик. – Войско уже готово, вот-вот выступит. Пора предупредить своих. Но я не смог узнать, откуда берутся тени и зачем они. Поэтому я еще здесь. А потом…
Он вдруг смолк, сорвал с носа очки, протянул их Максиму:
– Смотри сам! Вон туда смотри! – Карлик показал на забор Тимофеихиного огорода.
Очки Максиму были маловаты. Все же он, хоть и с трудом, надел их, сморщился, снял, протер и опять надел, но лучше видно не стало: перед глазами был сплошной полосатый туман. Максим уже думал снять очки, но туман начал проясняться, полосы превратились в доски забора, которым был обнесен сад тетки Тимофеихи. Доски тут же разошлись в стороны, открыв ветхий дом. Дом медленно приблизился, стало видно, как с края крыши спускается паук на тусклой паутинке. Перед самым лицом Максима очутилось закрытое ставнями окно. А потом – так показалось Максиму – он просунул голову прямо сквозь ставень. И вот что он увидел.
В маленькой комнате, где чадила керосиновая ламиа без стекла, он увидел тетку Тимофеиху. В этой комнате у нее была настоящая аптека: на столе, на полках вдоль стен стояли бутылки, кувшины, склянки. Она брала по очереди то одну, то другую посудину, вынимала пробку, нюхала, морщилась и добавляла несколько капель в кувшин с длинным узким горлышком, Потом взбалтывала этот кувшин, опять нюхала его, добавляла еще несколько капель из другого пузырька. А ее любимый Топочка, злющий-презлющий, стоял тут же, топая ногами, и визжал:
– Скорей, тетка!
– Сейчас, детка, – ответила ему старуха.
– Убей его, тетка!
– Убью, душенька.
Она заткнула горлышко кувшина пробкой, в которую был вделан пульверизатор, и отдала кувшин Топочке. Он сдавил резиновую грушу. На Тимофеиху брызнуло водяной пылью. И сразу тетка Тимофеиха продала с глаз, будто и не было ее вовсе! Но ее шевелящаяся тень осталась на столе. Тень переползла на пол, потом на подоконник и в лопух около дома.
– Ну что? – спросил Бульбуль.
– Ползет сюда, – сказал Максим.
– Если останешься здесь – тебе смерть. Бежим!
– Куда?
– В Страну Приключений (- давно пора! А то одни сказки рассказывают. – germiones_muzh.)! Спускайся в колодец. Скорей!

СТРАНА ЗА ДВЕРЦЕЙ
Раздумывать и вправду было некогда. Максим ухватился за цепь и, пачкая руки ржавчиной, стал спускаться в прохладную глубину колодца. Чем глубже он спускался, тем вокруг становилось темнее, а внизу все громче шумела вода.
– Там должна быть дверь! – шепотом сказал карлик.
Действительно, колодец оказался довольно хорошо обжитым местом. Неведомо кто и в какие времена сделал дверцу в его бревенчатой стенке над самой водой. Даже в полутьме можно было понять, что это очень ветхая дверца. Она была чуть приоткрыта.
Максим раскачался на цепи, ухватился за ржавую железную ручку, распахнул дверцу и, бросив цепь, шагнул на скользкий от плесени порожек. Вытертые, влажные, как в бане, ступеньки вели куда-то вверх. Было очень темно. Максим шел вверх по скрипучей лесенке, а карлик карабкался следом и повторял:
– Ты только не бойся! Не бойся!
– Да с чего ты взял, что я боюсь? – шепотом зарычал на него Максим. – Чего тут бояться? И не думаю даже!
Когда он говорил это, он уже и в самом деле не боялся, потому что впереди как раз забрезжил слабый дневной свет. Чем дальше они шли, тем светлее становилось.
Наконец, на ступеньки упала сверху полоска солнечных лучей. Тайный ход заканчивался, как сусличья нора. Максим вылез из неглубокой ямы, стенки у которой наполовину обвалились, обросли травой. И очутился на просторном ярко-зеленом лугу. Светило солнце, стрекотали кузнечики. Место было совершенно незнакомое. Вдали чернел какой-то лес. Его Максим видел тоже в первый раз. И точно знал, что возле города никакого леса нет.
– Эй, – послышался тоненький голос. – А про меня-то забыл!
Карлик с трудом карабкался вверх по стене ямы, цепляясь за травинки. Максим подал ему палец. Бульбуль обеими руками ухватился за него, выскочил наверх, отряхнулся и вытер ладони, выпачканные землей о рубашку.
– Посади меня на плечо, – сказал он, – и пойдем. Тут самое опасное место: спрятаться негде. И надо поглядывать – нет ли воздушного патруля.
– Что за воздушный патруль? – изумился Максим. – У них есть самолеты?
– А что это за штука? – спросил карлик. Немножко подумал и сказал: – Что ж, про них можно сказать, что они – самолеты. Сами летают. Подожди, еще увидишь!
Максим недоуменно пожал плечами. Они тронулись в путь. Вокруг было очень тихо. Только стрекотали кузнечики да чуть слышно шелестела трава.
Долго они так шли, и никто им не мешал. Но вдруг в отдалении послышалось:
– Эге-гей! Эге-гей! Стой!
– Кто где кричит? – Максим посмотрел налево – никого не увидел, посмотрел направо – и там никого, оглянулся – то же самое. Тогда он задрал голову вверх…

ЮРИЙ САМСОНОВ (1930 – 1992)
Tags: пузыри и искра
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments