germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

Categories:

УЧЕНИК ВОЛШЕБНИКА (СССР, 1950-е). - VII серия

Глава 13. РАЗГОВОР НА СКАМЕЙКЕ В ПАРКЕ. И ГЛАВНОЕ: ВАСЯ ВЕРТУШИНКИН УДИВЛЯЕТСЯ, КАК ЭТО ОН РАНЬШЕ ОБО ВСЕМ НЕ ДОГАДАЛСЯ
полосатый кот быстро разыскал доску, которая держалась на одном гвозде. То ли ему волшебство помогло, то ли просто кошачий нюх, сказать трудно.
— Прыгайте, дяденька волшебник, — сказал Вася Вертушинкин.
Он отвел доску в сторону, и волшебник Алеша легко проскочил в щель. Вася Вертушинкин полез вслед за ним, но зацепился за гвоздь рукавом. Куртка противно затрещала, на плече повис треугольный язычок.
А, все равно теперь!..
Вася решил идти пешком через парк. Ехать с волшебником Алешей на троллейбусе — нет уж, благодарю покорно, да ни за что в жизни!
У первой же скамейки волшебник Алеша замедлил шаг.
У второй он совсем остановился, понюхал гнутую ножку скамейки, с тоской повел глазами на воробья, который серым кулечком на тонких лапках бодро прыгал по дорожке.
— Вот, лапу натер… — капризным голосом протянул волшебник Алеша. — И вообще, устал. С утра на ногах, ни минуты покоя, стараешься изо всех сил — и никакой тебе благодарности. А ведь все хочешь, как лучше…
— Давайте посидим, — согласился Вася и невольно вздохнул.
Идти домой ему тоже не хотелось. Ведь во дворе ничего не стоило встретить Катю или Сашку Междупрочим. Или еще кого-нибудь из ребят. Можете не сомневаться, уже все всё знают. Сашка молчать не будет, не из таких. Будьте уверены — раззвонил по всему двору. А Петька в другом доме живет. Значит, на оба двора позор.
Вася Вертушинкин опустился на скамейку. Волшебник Алеша пристроился рядышком. Уселся, как сидят все коты на свете: обвив хвостом передние лапы.
Негромко прошелестел ветер в старых дубах.
Покачиваясь и ныряя в воздухе, полетели легкими лодочками темные листья. Они падали со всех сторон. Вася и волшебник Алеша сидели внутри этого шепота, сухого шороха, а листья все кружились и падали вокруг них.
Волшебник Алеша, словно нехотя, поддел лапой коричневый поджаристый лист, столкнул его со скамейки. Наклонил голову набок, с интересом проследил за его плавным полетом.
«С листиками играет, — раздраженно подумал Вася Вертушинкин, — тоже нашел время… Хотя чего ему? Вернется домой, засядет свои волшебные книги читать…»
А он, Вася Вертушинкин, что же он теперь будет делать? Ничем ему не помог волшебник Алеша, ничем. Только наобещал, наговорил с три короба. И все.
— Выходит, вы просто… нахвастали, — не выдержал Вася Вертушинкин.
Волшебник Алеша вздрогнул. Из глаз его брызнули колючие зеленые лучи.
— Нахвастал, говоришь? — негромко переспросил он. — Так, значит, нахвастал…
Вася Вертушинкин немного смутился. Но ведь он правду говорит, сущую правду.
— Так уж получается, — упрямо повторил Вася Вертушинкин. — Извините, хвастун вы.
— Хвастун? — воскликнул волшебник Алеша. — Хорошенькое дело! А в кого я такой хвастун, ты подумал? В тебя!!! Кто меня нарисовал? Ты!!!
(- да. Кот - доппельгангер Вертушинкина. А вы недогадались? Незря оба Васи. - germiones_muzh.)
Вася Вертушинкин вне себя от изумления уставился на волшебника Алешу. То есть не на волшебника Алешу, а на полосатого кота, то есть…
— Так вы… Так ты… — заикаясь, с трудом проговорил Вася Вертушинкин.
Ну да. Точно. Как он только сразу не догадался?
Вот и ухо — кончик словно в воздухе расплывается. Это он его резинкой стер… И одна полоска на спине размытая. Это он воду пролил…
— Так это, выходит, ты?
— Я…
— Ты?!
— Я. Ты меня нарисовал, а волшебник Алеша оживил.
— Васька! Дружище!
Вася Вертушинкин сгреб кота Ваську в объятия.
Он даже на какое-то время забыл о всех невзгодах, свалившихся на него в это утро.
Забавно все-таки получилось, а? Ничего не скажешь. Вы только подумайте: сидит себе его рисунок у него на коленях, живой, теплый, растроганно мурлычет, трется мордой о подбородок. Кончики лап сырые: озябли, наверно, земля-то уже холодная.
— Васька, постой, что же это получается? — спросил Вася Вертушинкин, понемногу приходя в себя. — А звери? Или это мне приснилось, что ты их в мышей превратил?
— Отчего же? — кот Васька с горделивым видом поднял голову. — Я такое заклинание знаю. Я ведь теперь самый-самый-самый…
— А обратно не можешь?
— Очень надо, — кот Васька надменно фыркнул в усы. — Я только одно заклинание знаю. А чего? Мне хватает. Все равно я самый-самый-самый главный волшебник на всем белом свете.
— Ну и хвастун ты! — невольно вырвалось у Васи Вертушинкина.
Глаза кота Васьки сверкнули холодным игольчатым блеском. Из бархатных лап на миг показались кривые острые когти, которые Вася Вертушинкин не поленился ему нарисовать.
Кот Васька потянулся, надменно зевнул и соскочил с Васиных коленей.
— Что, не нравится? — прищурившись, проговорил он. — Выходит, тебе одному хвастать можно? А другие пусть и рта не открывают? Так по-твоему?
Вася Вертушинкин ничего ему не ответил. Да и что он мог ему сказать?
Сухой лист зацепился за его плечо, шурша, скользнул вниз по рукаву. Осень. И листья будут падать, падать до тех пор, пока не укроют всю землю…
Вася Вертушинкин глубоко вздохнул. Он встал со скамейки с таким трудом, что даже подумал: может, он постарел, пока сидел тут на скамейке, или просто земное притяжение увеличилось?
— Ну ладно, собирайся, — негромко сказал он. — Пошли к волшебнику Алеше. Чего уж тут…
Вся шерсть на коте Ваське моментально встала дыбом.
— Хорошенькое дело! — прошипел он. — Конечно, я всего-навсего нарисованный кот, но и мне дорога свобода… Соображаешь, что говоришь? Ведь волшебник Алеша меня сразу же туда… назад, в рамочку!
— А мне, думаешь, хочется к нему идти? — с тоской сказал Вася Вертушинкин. — А надо. Не бойся, я сразу скажу, что ты не виноват, что ты это только для меня…
— Ха-ха! Будет он разбираться, кто виноват! Тебе-то что. Тебя-то в рамочку не посадят.
— Погоди, а как же звери? — вдруг сообразил Вася Вертушинкин. Он все время был занят одним собой, своим невезением, своими горестями и только тут подумал о зверях. — Постой, им что же, навсегда мышами оставаться, по-твоему? А какой же зоопарк без хищников? Эй, ты куда?
Кот Васька медленно и плавно слез со скамейки, даже не слез, а словно пролился на землю большой полосатой каплей. Не оглядываясь, пошел по дорожке.
— Стой! Стой! — крикнул Вася Вертушинкин.
Но кот Васька будто не слышал его. Он уходил все дальше и дальше, гибко и мягко переступая лапами, обходя кучи опавших листьев.
И лишь дойдя до поворота, он оглянулся, с глубоким укором посмотрел на Васю Вертушинкина и сказал, даже как будто не Васе, а самому себе:
— Вот так-то! Постигай законы жизни, кот Васька. Из-за каких-то посторонних хищников лучший друг готов загнать тебя в рамочку. Виси всю жизнь на гвоздике, кот Васька! Вот так-то!

Глава 14. ВЛАДИМИР ВЛАДИМИРОВИЧ ПОЛУЧАЕТ УЖАСНОЕ ИЗВЕСТИЕ. И ГЛАВНОЕ: ВОЛШЕБНИК АЛЕША В ПЕРВЫЙ РАЗ В ЖИЗНИ НЕ ЗНАЕТ, ЧТО ЕМУ ДЕЛАТЬ
Волшебник Алеша вышел из дома и тут же увидел такси.
Зеленый огонек показался ему на этот раз удивительно милым и приветливым.
Волшебник Алеша с криком «Такси! Такси!» бросился на середину улицы, ступив при этом левой ногой в лужу, отчего левый ботинок, словно лодка, черпнувшая бортом, наполнился водой.
Но он так торопился и был настолько взволнован, что даже не заметил этого.
Волшебник Алеша предусмотрительно уселся на заднем сиденье такси и тут же начал успокоительно похлопывать ладонью по портфелю и ласково поглаживать крышку термоса.
Дело в том, что джинн терпеть не мог ездить в такси. Он тут же начинал плаксиво жаловаться, что от запаха бензина его тошнит и укачивает. Не успевал шофер отъехать от дома, как он тут же принимался громко проклинать это бессердечное чудовище на четырех вращающихся лапах.
Водители с тревогой косились на портфель, изрыгающий проклятья.
Из-за этого часто случались всевозможные недоразумения.
Вот совсем недавно, да что там, ровно неделю назад, волшебник Алеша куда-то торопился и вызвал по телефону такси. Едва машина тронулась, джинн завел свою песню:
«О жестокое чудовище! Вместо сердца у тебя стучит счетчик! Ты только и умеешь, что выманивать деньги у моего повелителя. О безжалостный зверь, дышащий бензином!»
Водитель, к несчастью, попался на редкость нервный и впечатлительный. Не проехав и двух кварталов, он так разволновался, что пересек площадь прямо на красный свет.
«Я не виноват. У него портфель ругается», — попробовал он объяснить остановившему его молодому милиционеру.
«О птица Рух! Схвати это чудовище, которое меня так безбожно трясет и подкидывает, и низвергни его в бездонную пропасть!» — отчаянно завывал джинн из портфеля.
«Магнитофон?» — строго спросил милиционер.
«Джинн», — как всегда в подобных случаях, по-детски краснея, ответил волшебник Алеша.
Милиционер четко козырнул и посоветовал водителю ехать с минимальной скоростью.
Но на этот раз джинн вел себя на удивление тихо и примерно.
Он только время от времени еле слышно горестно вздыхал, иногда тихо шуршал, словно перелистывая страницы старинной книги.
Так что, можно сказать, на этот раз они доехали благополучно, без всяких приключений.
Между тем директор зоопарка Владимир Владимирович, вне себя от нетерпения, ждал своего друга волшебника Алешу.
Он ходил по пушистому ковру, то ступая только по темным квадратам, то по светлым, часто вздрагивая и с беспокойством вглядываясь в темные углы, где ему все время мерещилось нечто серое, юркое, с длинным ужасным хвостом.
Поэтому, услышав чьи-то быстрые шаги в коридоре, он с радостью и облегчением вскрикнул: «Алешка, входи! Да входи же скорее!»
Но в кабинет вошел не волшебник Алеша, а милиционер Толик.
Друзья мои, вы бы его просто не узнали, честное слово! Куда девалось его извечное веселье и неизменная улыбка?
Он был серьезен. Более того, мрачен. И этого мало. Он был чем-то явно удручен и озабочен. Между бровей у него залегла глубокая суровая складка.
Но Владимир Владимирович был так занят, так поглощен одной-единственной мыслью о разноцветных мышах, что не обратил на это никакого внимания.
— А, это ты… — разочарованно протянул он и опустился в кресло.
— Понимаешь, на вверенной мне территории совершена загадочная кража, — негромко сказал Анатолий Иванович, пристально глядя на своего друга.
— А? Кража, говоришь? — равнодушно переспросил Владимир Владимирович. — Честное слово, мне сейчас не до этого. Ну что там могло случиться, Толик? Украли скамейку?
— Хуже, — все так же пристально глядя на него, сказал Анатолий Иванович.
— Что ты пристаешь ко мне со всякими пустяками! Ну что? Ларек с мороженым?
— Хуже, — снова повторил Анатолий Иванович.
— Но что же в таком случае?.. Неужели… — начиная волноваться, воскликнул Владимир Владимирович.
— Еще хуже, — все больше хмурясь, сказал милиционер Анатолий Иванович.
— Умоляю тебя, Толик! Ты меня пугаешь! Скажи наконец!.. — вскакивая, закричал Владимир Владимирович.
— Бога ради, не волнуйся, — милиционер Толик положил руку ему на плечо. — Это только в первый момент кажется таким страшным. А потом, поверь мне, как всегда, все наладится, образуется…
Владимир Владимирович молча смотрел на него округлившимися от ужаса глазами.
— Понимаешь, украли хищников, — наконец неохотно сказал милиционер Толик.
— Украли зоопарк!.. — Владимир Владимирович побледнел и рухнул в кресло.
И хотя кресло было совсем новеньким, но все-таки все его четыре ножки при этом жалобно хрустнули.
— Что?! Украли зоопарк?! — воскликнул волшебник Алеша, входя в этот момент в кабинет. Он подбежал к Владимиру Владимировичу. — Тебе плохо? Воды?
Но Владимир Владимирович только безнадежно махнул рукой. Он тяжело облокотился о стол, обхватил бледный лоб ладонью.
— Клетки на месте, замки целы, зверей нет, — прошептал на ухо волшебнику Алеше Анатолий Иванович. — Невероятно!
Да, это было невероятно. Оба друга молча, с сочувствием и пониманием посмотрели на Владимира Владимировича. Кто, как не они, отлично знали, с каким страстным нетерпением ждал он этого дня. И вот…
«Сопоставим все невероятное, — лихорадочно думал между тем волшебник Алеша. — Оживление кота… О, эти подозрительные отпечатки лап на волшебной книге! Потом исчезновение двери… Да-да, загадочное и непостижимое. И наконец, разноцветные мыши. Почему именно мыши? Неужели это просто случайность? Кот и мыши. Нет ли тут какой-нибудь скрытой закономерности? И наконец, исчезновение зверей… Возможно, это звенья одной и той же волшебной цепи. Конечно, это только предположение, только смелая гипотеза. Но…»
— Володька! — вдруг воскликнул милиционер Толик.
Он наклонился, с пристальным вниманием разглядывая чьи-то коричневые подсыхающие следы на пушистом ковре.
— Постой-постой! Отпечаток ботинка! Совершенно очевидно, вне сомнений, у тебя в кабинете сегодня был одноногий человек. Кто это?
— Это я, — смущенно, но вместе с тем с некоторой досадой сказал волшебник Алеша. — Извини, Володя, это, как всегда, моя рассеянность. Я наследил тут у тебя на ковре одной ногой, потому что я сегодня именно одной ногой угодил в глубокую лужу. Но это совершенно не важно. А важно совсем другое. Дело в том, друзья мои, мне кажется, я близок к разгадке этой необыкновенной тайны. А именно: я предполагаю, что во всем случившемся виноват мой ученик!
Две пары изумленных глаз уставились на волшебника Алешу. Оба они — и директор зоопарка и Анатолий Иванович — не понимали ничего, совершенно ничего.
В лице Анатолия Ивановича мелькнул даже какой-то испуг. Возможно, в этот миг он подумал, уж не заболел ли его друг волшебник Алеша. Он даже поднял руку, словно желая потрогать его лоб и проверить, нет ли у него высокой температуры.
— Я почти уверен, да нет, я совершенно уверен, — волнуясь, продолжал волшебник Алеша, — что все это натворил мой ученик кот Васька. Я думаю, это он превратил в разноцветных мышей твоих зверей. Как вы считаете? О, несомненно!..
Директор зоопарка вскочил с кресла и бросился к волшебнику Алеше. Надежда засветилась в его глазах.
— Алеша, миленький, умоляю, — дрожащим голосом проговорил он. — Ты у нас такой первоклассный волшебник. К тому же ты Повелитель Волшебных Ключей. Преврати этих любимых мышей обратно в моих ужасных зверей… То есть я хочу сказать, преврати моих любимых зверей обратно в этих ужасных мышей… Словом, я хочу сказать… Ну, ты понимаешь, что я имел в виду…
Волшебник Алеша глубоко вздохнул. Делать нечего, дальше скрывать правду было невозможно.
— Понимаешь, Володя, — смущенно признался он, — их может расколдовать только тот, кто их заколдовал. Некоторые считают, что мы, волшебники, плывем, так сказать, без руля и без ветрил. Делаем что хотим. Ничего подобного. Волшебство — это как математика. Оно подчиняется строгим законам, железным правилам, своей логике… И главное…
Но Владимир Владимирович не дал ему закончить.
Он нетерпеливо перебил его:
— Тогда сейчас же разыщи это чудовище, этого убийцу, этого ужасного… как его там… кота Ваську!
— А вот это — пожалуйста! — с торжеством сказал волшебник Алеша.
Что ж, довольно играть в прятки. Пусть они увидят волшебство во всей его красе, силе и могуществе. И ничего, если вылетят пробки, погаснет электричество.
Пусть, пусть потолок слегка закоптится, комната наполнится дымом и величественный джинн вырастет до самого потолка. Даже если ковер будет прожжен в нескольких местах — все равно истина дороже!
А как он будет торжествовать, когда в мгновение ока на темной ладони джинна, возникнув неизвестно откуда, появится злополучный плут и бездельник кот Васька.
Да, любопытно, какие лица будут при этом у его друзей!
Слегка дрожащими руками, подергав непослушный замок, который, конечно, заело в самый что ни на есть неподходящий момент, волшебник Алеша извлек наконец из портфеля голубой термос. Он с гордостью поставил его на стол между новыми телефонами.
— Джинн… — разочарованно протянул Владимир Владимирович, — а я-то думал…
Волшебник Алеша с трудом сдержался, чтобы не ответить ему какой-нибудь резкостью. Но ничего, через несколько мгновений… Нет, пусть они сами убедятся…
— Прости, Алеша, — осторожно коснулся его локтя Анатолий Иванович. — Я просто так, к слову. Разрешение на джинна у тебя имеется?
— Имеется, имеется, — уже не сдерживая раздражения, огрызнулся волшебник Алеша, — есть справка. Все как полагается. Он у меня зарегистрирован.
Нет, это уже переходит все границы! Зато эффект будет тем грандиозней…
Звенящим от волнения голосом и потому чуть слишком громко, виня себя за самолюбивое волнение, волшебник Алеша произнес:
Джинн, яви свою мне верность
И покинь сейчас же термос!..

Волшебник Алеша отвинтил крышку, вытянул пробку, на всякий случай сделал шаг в сторону…
Но вместо привычного грохота, свиста и треска раздалось только: «Пшик!» — словно открыли бутылку лимонада. Ни клубов дыма, ни ослепительных снопов искр — ничего.
Волшебник Алеша в полной растерянности заглянул в термос, наклонил его… И в тот же миг из термоса выскочила серая мышь в полосатой чалме, чудом угнездившейся между маленькими круглыми ушами. Она кругами и восьмерками юрко и суетливо забегала по столу между телефонами.
— Что прикажешь, о повелитель? — пискнула она слабым голоском.
— Мышь! — смертельно бледнея, прошептал директор зоопарка.
Он пошатнулся. Если бы его вовремя не подхватил милиционер Анатолий Иванович, он бы, наверное, опять грохнулся на ковер.
Волшебник Алеша мгновенно обо всем догадался.
Он бережно взял мышь, посадил ее на ладонь, ласково погладил одним пальцем по спинке, поправил съехавшую набок чалму.
Ах, Васька, Васька! Едва ли он сам мог понять, что он натворил.
Но самое скверное, что могущественный джинн потерял теперь всю свою волшебную силу и рассчитывать на него больше не приходилось.
А кот, глупый, легкомысленный кот, вооруженный к тому же опаснейшим заклинанием, бегает сейчас где-то по городу, на свободе и мало ли что еще может натворить. И попробуй его теперь разыщи в большом шумном городе…
— Неслыханное оскорбление! Ничтожный кот! — возмущенно пищала мышь.
Волшебник Алеша, став спиной к директору зоопарка, осторожно опустил мышь в горлышко термоса и тщательно завинтил белую крышку.
— Это так, к делу не относится, конечно… — простонал Владимир Владимирович, — но не лучше ли тебе, Алеша, все-таки выбрать себе какую-нибудь другую профессию?
Волшебник Алеша скрепился и промолчал. Да и что он мог возразить? Он был просто ошеломлен всем случившимся. И главное, он совершенно не знал, что можно предпринять в этом поистине безвыходном положении. Да, такое с ним случилось первый раз в жизни!
Все трое друзей погрузились в тяжкое, мучительное раздумье. Владимир Владимирович сидел, грузно опершись о стол, в отчаянии обхватив голову руками.
Волшебник Алеша ходил по ковру, рассеянно постукивая себя пальцами по губам.
— Вот что, друзья мои, — наконец прервал гнетущее молчание Анатолий Иванович и в первый раз за все это время улыбнулся. От его улыбки у всех стало как-то полегче на душе, а у Владимира Владимировича на бледных щеках проступил слабый румянец. — Если не помогло волшебство — поможет милиция. Объявим розыск этого кота, всех поставим на ноги, и вы увидите…
— Толик, умоляю… — только и сказал Владимир Владимирович.
Анатолий Иванович быстро набрал короткий номер. Правда, ему пришлось несколько раз терпеливо повторить дежурному, что опаснейший преступник всего-навсего кот. То есть, конечно, не совсем обычный кот…
— Особые приметы? — негромко спросил он у волшебника Алеши.
— Особые приметы? Ах да… — волшебник Алеша очнулся от своих невеселых мыслей. — Левое ухо подтерто резинкой, одна полоска смазана…
Анатолий Иванович закончил разговор и повернулся к своим друзьям.
— Теперь остается только ждать, — вздохнул он.
— Ждать?! — воскликнул Владимир Владимирович. — О чем ты говоришь? Мои бедные беззащитные хищники будут бегать по городу, одинокие, беспомощные, а я буду ждать? Нет, давайте и мы отправимся на поиски. Только, пожалуйста, Алеша, не оставляй у меня в кабинете этого… серого с хвостом… в термосе…
Волшебник Алеша молча закусил губу. Он осторожно засунул термос в портфель, поймав тревожный взгляд Владимира Владимировича, громко щелкнул замком...

СОФЬЯ ПРОКОФЬЕВА (1928)
Tags: Повелитель Волшебных Ключей
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments