germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

Category:

ДОНАЛЬД БАРТЕЛМИ

ПОЛИЦЕЙСКИЙ БАЛ

полисмен Гораций готовил Диких Плимутроковых Куриц для особого ужина. Эти дикие курицы промерзли, как ледышки, думал Гораций. На нем были синие форменные брюки.
В каждую из Диких куриц был вложен пластиковый пакетик с потрохами. Гораций взял щипцы и извлек из куриных утроб мороженые потроха. Сегодня у нас Полицейский бал, думал Гораций. Мы будем танцевать всю ночь напролет. Но сперва эти дикие курицы должны отправиться в трехсотпятидесятиградусную духовку.
Гораций начищал свои черные, парадные сапоги. Даст ли Марго сегодня? Сегодня, в эту ночь из ночей? Ну а если нет… Гораций долго взирал на птичьи шеи, напрочь оторванные щипцами. Нет, думал он, это недостойные мысли, ибо я — сотрудник правоохранительных сил. Я должен стараться держать свою ярость под контролем. Я должен стараться подавать пример остальным людям. Потому что если они потеряют веру в нас… в людей в синем…
Во мраке, на ближних подступах к Полицейскому балу, хоронились ужасы, подстерегавшие Горация и Марго.
Марго была дома одна. Подружки, вместе с которыми она снимала квартиру, уехали на выходные в Провинстаун. Она покрыла свои ногти перламутровым лаком, в тон своему новому перламутрово-серому платью. Там будут полицейские полковники и генералы, думала Марго. И даже сам Пендрагон полиции. Вихрем проносясь мимо сцены, я взгляну вверх. Жемчуг моих очей встретится с холодной сталью его высокого звания.
Марго поймала такси и поехала к Горацию. Симпатичная штучка, — думал таксер. Я бы не отказался ее полюбить.
Гораций извлек птиц из духовки. Он украсил их ножки маленькими золотыми оборочками, предусмотрительно вложенными в каждый пакет. Затем он откупорил вино, размышляя: Этот город не знает жалости, этот город. К тем, в чьем голосе не звенит властный металл. К счастью, эта форма… Ну почему она не сдается на милость? Неужели она думает, что сможет устоять против силы? Силы правоохранительных сил?
— Какие вкусные птицы!
Доставляя Горация и Марго в Учебный манеж, новый таксист думал о баскетболе.
Почему они всегда аплодируют игроку, сделавшему бросок?
Почему они не аплодируют мячу?
Ведь это мяч залетает в корзину.
Игрок не залетает в корзину.
Я ни разу не видел, чтобы игрок залетел в корзину.
На ежегодное торжество собралось двадцать тысяч полицейских всех должностей и званий. Сцена изображала Камелот, с яркими флагами и вымпелами. Над манежем устроили роскошный брезентовый навес. Полицейские полковники и генералы смотрели вниз, на темные мундиры, белые перчатки, серебристые вечерние платья.
— Сегодня?
— Не надо, Гораций, потом. Такое блестящее зрелище. Я хочу сохранить его в памяти.
Его? — думал Гораций, — Не меня?
Пендрагон говорил:
— Я прошу вас относиться к гражданам разумно и сдержанно. Ведь это, в конце концов, они платят нам жалование. Я знаю, что те, с кем мы сталкиваемся в процессе несения службы, зачастую бывают несговорчивыми, нередко бывают тупыми, бывают даже преступными. И несмотря на все это, я прошу вас — будьте сдержаны… Я знаю, что, к примеру, когда вы видите здоровую машину, «Бискайн» семидесятого года, вылетающий из-за угла на бешеной скорости, с тремя ими впереди и тремя сзади, и все они разного возраста, разного пола, разного цвета, у вас появляется естественное желание… Я знаю, что первая ваша мысль будет: Все эти люди! Вместе! А вторая ваша мысль будет: Сила! Но я должен попросить вас, во имя наших правоохранительных сил — сдержите себя. Ибо сила, этот великий принцип, наиболее почитаема, когда она выступает против нарушений за соблюдение. Вы прекрасные люди, лучшие из лучших. Вы американцы. Так вот, во имя Америки, ведите себя осторожно. Сдерживайте себя. Не спешите. Во имя Отца и Сына и Духа Святого. А теперь я хотел бы представить вам Верцингеторикса, предводителя пожарных, который принес нам поздравления от этой славной когорты.
Укрытая брезентом аудитория встретила слова Пендрагона шквалом аплодисментов.
— Он симпатичный пожилой мужчина, — сказала Марго.
— Он родился в одном из западных штатов и возвысился до своего теперешнего положения исключительно благодаря своим достоинствам, — рассказал ей Гораций.
Правительство Чехословакии прислало на Полицейский бал своих наблюдателей.
— Наши полицейские силы недостаточно счастливы, — объяснил генерал-полковник Чепицкий. — Мы ищем способы улучшить положение. Это один из способов. Возможно, это и не самый лучший изо всех возможных способов, однако… Кроме того я люблю пить казенный виски! Он вселяет в меня веселье!
— Кто эта блондинка в жемчужном платье? — думал бармен. — Весьма аппетитная, все при ней.
Настроение бала изменилось, танцы пошли всерьез. Глаза Марго искрились, как выпитое ею шампанское. Она ощущала на своей щеке дыхание Горация, чуть-чуть приправленное ароматом Дикой курицы. Я дам ему то, что он хочет, — решила она. Этой ночью. Его героизм того заслуживает. Он стоит между нами и ими. Он представляет собой все лучшее в нашем обществе: порядочность, порядок, безопасность, силу, сирены, дым. Хотя нет, он не представляет собой дым. Дым представляют пожарные. Огромные, черные, маслянистые облака. У этого Верцингеторикса благородная внешность. С кем это танцует Верцингеторикс в настоящий момент?
Ужасы терпеливо поджидали снаружи. Даже до полицейских, — думали ужасы. Мы доберемся даже до полицейских, в конце.
В квартире Горация золотая оборочка переместилась на палец ноги, на перламутровый ноготь.
Ужасы перебрались под окна Горация. Даже полицейские и их возлюбленные, даже они не в безопасности, — думали ужасы. Никто не в безопасности. Безопасности не существует.
Ха-ха, ха-ха, ха-ха, ха-ха!
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments