germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

Categories:

ПУТИ-ДОРОГИ ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КАЗАКА. V серия

…так мы проработали (на строительстве желдороги. - Вы уже догадались, верно, что забайкальские казаки были очбедные, и за службу особо не держались… Беднее их были только казаки амурские - вообще пропащее войско: границу охраняли, а земля ничего не родила. Болото. – germiones_muzh.) 2 недели и решили рассчитаться и идти до Амазара. Хозяин стал нас уговаривать:
— Я вам добавлю 20 копеек, на куб 2 руб.80 коп.
Но мы были неумолимы, хотя Никифор сказал хозяину:
— Мы останемся, если вы дадите плату 3 руб. за кубическую сажень.
— Нет, — ответил хозяин — мне тогда самому ничего не останется.
Тогда мы начали сдавать свою работу. Десятник все обмерил, пишет себе, а я себе. Он думал, что я малограмотный, и решил нас обсчитать. Когда с Никифором пришли в контору, то десятник сказал:
— Я подсчитал 52 кубических саженей на 83 руб.20 коп.
На что я ответил:
— А по нашим подсчетам выходит 72 кубических саженей на 115 руб. 20 коп.
Десятник стал выкручиваться: говорит, обождите, я пересмотрю, может быть, что-то пропустил. Но Подойницын был серьезный:
— Вы ерунду не говорите и не крутите. А то я сейчас пойду к уряднику и пожалуюсь, что вы нас обсчитали.
— Да, я сейчас все пересмотрю и быстренько, — заторопился десятник. Пока он ходил, мы вышли и немного посидели во дворе. Прошел час, видим, идет хозяин, спрашивает нас:
— Ну что вы тут сидите, в чем дело?
Никифор все ему рассказал. Хозяин видит, что мы народ грамотный, деваться ему некуда, тогда он и сказал:
— Идите в контору, к бухгалтеру, подсчитайте забор продуктов, а я сейчас заставлю десятника, чтобы все выправил.
В бухгалтерии справили забор, сошелся правильно, выбрали мы продуктов на 65 руб. На руки нам приходится на всю артель 50 руб.20 коп. Тут пришел хозяин и сдал бухгалтеру справку, что нами сработано на 115 руб.20 коп., и бухгалтер выдал нам тут же причитающиеся деньги в сумме 50 руб.20 коп.
Никифор любил выпить. Он не вытерпел и купил четверть водки (- это дохуя: четверть ведра – три литра и еще столовая ложка. За такие инициативы надо убивать! Если в артели хоть один запойный – смертельноопасно… – germiones_muzh.), закуски. Только потом мы пошли в наш барак и рассказали артели, как и что было, как нас хотел обсчитать десятник.
— А теперь, — говорит Никифор, — думаю, что заработанные нами деньги не станем делить, а вот у кого они будут храниться, давайте решим сообща.
Кто-то предложил, чтобы деньги были у меня, но я категорически отказался и предложил отдать их Екатерине Васильевой, как хозяйке. Остальные товарищи согласились со мной, и мы ей вручили 45 рублей с условием никому ничего не давать, а только брать продукты. Выпили четверть водки, попели песни и улеглись спать.
Утром позавтракали, взяли на дорогу продукты и пошли вниз по Белому Урюму, на станцию Зилово. Был уже август, и мы стремились побыстрее пробраться на Амазар. Но тут испортилась погода, пошли дожди, пришлось кое-где сидеть. На второй день пришли, а там уже наехали купцы, понастроили магазины, питейные заведения, и наши приискатели не утерпели, чтобы не выпить, правда, Катерина не дала им разгуляться, но все же половину денег тут оставили.
На другой день стали продолжать свой поход. Вниз по Белому Урюму мы должны были пройти до станции Сбега. На Сбегах сливаются Белый Урюм и Черный Урюм, и дальше текла Черная речка. От Сбегов мы должны были идти вверх по Черному Урюму почти до вершины и перевалить в систему реки Амазар. От Зилово до Амазара — около 250 км.
Направление взяли на станцию Урюм. Но мы не знали, что изыскания и времянки дошли только до станции Урюм, а в самом Урюме уже был тупик. Дальше ничего не было: ни жилья, ни времянок, а только проводили изыскательские работы, намечали, где проводить насыпь, где ставить времянки. В то время шли частые дожди, реки все вышли из берегов, а реки там горные, течение у них быстрое, дно каменистое, частые перекаты, валуны высотой по метру и больше, если глубина будет с метр, реку не перейдешь вброд, все равно сшибет с ног. Мы пришли на реку Усть-Ундургу, впадающую в Белый Урюм. Усть-Ундурга намного меньше Белого Урюма.
Мы нашли широкое место и плесу. Никифор был очень высокий и сильный, и ему уже много раз случалось переходить эти горные реки. Он взял в руки 2 хорошие палки, привязал веревку за пояс и пошел вброд пока один. Воды оказалось ему до бедер, и он смог перейти реку, а потом вернуться. Тогда и мы все взяли палки, привязались веревкой и пошли, а Никифор был за проводника. Так и перешли реку, хоть воды и было только по пояс, но сильное течение сбивало с ног, шли мы с большим трудом и кое-как смогли перейти реку. На берегу развели огонь, обсушились.
Со станции Урюм прошли обратно 6 км до Усть-Ундурги. Тут были кое-какие бараки, в них жили рабочие, и была лавка некого Яновского, он торговал продуктами. Мы попросились в одном бараке переночевать. Рядом работала артель в 8 человек. Расспросили рабочих о том, как дойти до Амазара. Они нам сказали, что надо пройти отсюда еще километров 180, это дней 7 или 8 ходу. Ни дороги, ни тропы туда еще не проложено. В Амазар ушла только изыскная партия в 12 человек, и все. Дорогу перекрывают реки. Белый Урюм впадает в Черный Урюм, который больше Белого, и они сливаются в Черную реку, очень широкую, через нее можно переправиться только на плоту. А у нас даже одного топора не было, да и денег осталось на пропитание всего на 2 дня.
Тогда Никифор предложил пойти на прииск в Кару, где можно в отвалах намыть золото. Судили и рядили мы до 9 часов вечера и, наконец, решили все идти в Кару. Рабочие нам сказали, что в Кару можно попасть через деревню Ушумун, в которую проложена тропа с Усть-Ундурги. Из деревни привозят продавать им мясо и сметану вьючно, верхами. От Ушумуна до Верхнего Стана — 35 км, а там уже Подойницын знал все станы по Каре.
Утром мы отправились по этой тропе в Ушумун. В этой деревне жили исключительно поселенцы, которые отбыли каторгу в Каре. Они занимались охотой. Добывали пушнину, сеяли понемногу хлеб, особенно овощи, которые возили продавать в Кару. Поговаривали, что они занимались еще охотой на людей, особенно на нас, золотоискателей, которых называли хищниками и котомашниками. Расстояние до Ушумуна от железной дороги было 25 или 30 км, но мы пришли рановато, можно было бы идти дальше и заночевать в степи, но нас еще в Усть-Ундурге предупредили, чтобы из Ушумуна мы не выходили, ночевали в деревне.
Мы начали проситься на ночлег, но нас нигде не пускали. Прошли всю деревню, наконец-то один старичок нас пустил переночевать. Утром мы стали предлагать ему денег за ночлег, а он спрашивает:
— А вы с заработка идете или работу еще смекаете?
— Нет, — говорим — только работу смекаем.
— А почему же вы в широких штанах? — спрашивает. (- широкие плисовые штаны – дресскод приисковиков-старателей. Дедушка может подвести их под стволы… Хотя нет – ножами надежней: тише. – germiones_muzh.)
Никифор ответил:
— Думали на Амазар пробраться, да не с чем, вот теперь до Кары как бы нам добраться.
Тогда старичок сказал:
— Ну что же, раз такое дело, то идите с Богом, ничего не надо, я ведь заметил, что вы вечером хлеб по пайкам делили.
Так он отказался, ничего не взял, рассказал дорогу, как и куда идти:
— Придете на Верхний стан, сходите на Амурский стан. Там еще работает хозяйственник, может, он кое-кого возьмет на работу, молодых-то наверняка возьмет.
С восходом солнца мы отправились на Кару. Дорога все время шла тайгой, но тропа была торной. По ней ездили верхами, и мы прошли ее благополучно. На Верхний стан пришли еще за солнце. У нас на всю артель осталось 50 коп., с чем и стали подыскивать себе квартиру. В двух домах нам отказали, а в 3 доме один старик согласился взять к себе на работу по 1 рублю в день на готовых харчах, но только двоих.
— А может быть, всех возьмете? — спросили мы.
Старик не согласился:
— Нет, некуда, у нас небольшая бутара (- агрегат для промыва золота. – germiones_muzh.), да и лошадей только 2. Тут есть кому нужны рабочие, все найдете работу.
Юсупов и Магарин согласились остаться у этого старика. У него же мы переночевали, наутро спросили у Катерины, сколько у нас еще осталось денег. Оказалось, что только одна полтина. Тогда Никифор сказал:
— Давайте устраивайтесь кто куда, но на зиму соберемся вместе и возьмемся золотишко мыть.
На Верхнем Стане было несколько подрядчиков-золотопромышленников. Они имели арендованные участки от Горного управления с обязательным условием сдать в казну пять или шесть фунтов золота по 5-5,5 рубля золотник. Сами подрядчики сдавали рабочим землю: бить ямы и мыть золото, которое рабочие сдавали подрядчику по 4 руб. золотник. Продукты рабочие брали тоже у подрядчика. Так местные работали. Если некоторые имущие имели своих лошадей, то нанимали рабочих помесячно и на своем питании. У них были большие конные бутары, с помощью которых перемывали отвалы.
Прииски Кары гремели в 1860-1870 годах, в них было очень богатое золото, и добывали его рабочие, которые отбыли срок каторги. Впоследствии, сколько и где я ни бывал и ни работал на приисках, но таких разработок нигде не видел. От Верхнего Стана до Нижнего 30 км, и от Верхнего до Дмитровки 15 км, и все эти 45 км был сплошной разрез шириной от 80 до 150 м. Старожилы рассказывали, что толщина золотоносного пласта была от полутора до двух с половиной метров, и содержание золота в одном пуде породы — от 40 долей до 2-х золотников (в одном золотнике содержится 96 долей, а в фунте 96 золотников). Вот такое было богатство по Каре.
Вверх по Каре против поселка Дмитровка была падь Амурская, по ней шла целина. Работал здесь хозяйственным способом крупный золотопромышленник Дмитриев. У него была большая конная бутара (железные грохоты для пробойки промываемой на золото земли), лошади и инструмент. Артели составлялись из 4-х человек с двумя лошадьми и таратайками. Артель должна сдать урок в три кубических сажени. Дмитриев платил рабочему за это 1,5 рубля. А когда выработаешь урок, то сдаешь лошадей на конный двор и идешь домой отдыхать, или имеешь право взять лоток и идти стараться на старые выработанные разрезы, мыть золото или искать самородки. Тогда еще попадались самородки в галечных отвалах. В то лето было 4 таких случая. Один старатель нашел самородок на 1,5 фунта, а другой на 1 фунт 60 золотников, третий на 2 фунта 70 золотников, и четвертый на 3 фунта 80 золотников.
Васильев сходил в Дмитриевку и узнал, что им требуется 2 человека. Я пошел с Васильевыми на Амурский стан, нас там тоже сразу взяли на работу, а остальные на Верхнем стане устроились, кто где сумел, но договорились между собой по окончании сезона работ после 1-го октября собраться вместе и продолжить поход на Амазар.
В Дмитровке мы с Петром нашли квартиру, сдали паспорта в контору, нам выдали заборные книжки для получения продуктов, и на следующее утро мы вышли на работу. Работа начиналась в 6 часов утра. Меня нарядчик поставил во 2-ю артель, у них не хватало одного человека, а Васильева в 8-ю артель. Поскольку работа была урочная (- задавался «урок» - а по выполнении остальное время работать можно на себя. – germiones_muzh.), то и рабочие подбирались в артель по удальству и проворству. Работали как сумасшедшие. Обед в 12 часов на полчаса. На бутаре висел флаг, на обед он спускался, и вся работа останавливалась враз. Каждый рабочий брал с собой в мешочке что-нибудь поесть: хлеба с маслом или отварное мясо, или яйца, а лошадям овса навешивали в мешочках. Как только подымался флаг, то все сразу приступали к работе. Наша артель к обеду всегда выполняла урок, и мы сдавали лошадей на конный двор, а сами домой, но Васильев работал до шабаша (шабаш — конец работы). С конями я был привычный обращаться, а главное — молодость, проворство. Бригадир или, по-тогдашнему, артельщик, был человек скромный, хороший, Григорий Иванович его звали. Он рассказал мне все по порядку, где и как что делать, и я быстро освоился.
После работы я стал ходить по галечным отвалам, искать самородки, а мыть лотком я еще совсем не умел.
В Воскресенье к нам пришел Подойницын узнать, как мы устроились. Мы купили бутылку водки и угостили его. Васильев тоже любил выпить, и жена его пила немного. За столом разговорились. Я говорю Подойницыну:
— Плохо, что я не умею лотком мыть.
А он Васильеву:
— Ты что же, брат, не научишь парня мыть золотишко?
— Мне некогда, я попал в 8-ю артель, работаем до шабаша.
— А почему Катерина не ходит стараться? Пускай ходит, и он около нее научится.
Так и договорились. Я приду домой, пообедаю и иду с Катериной стараться по старым разрезам. Я ей породу таскаю, а она моет и меня приучает мыть. Я походил с ней вместе с неделю, за это время намыли полтора золотника на 6 рублей. Доход оказался маленьким, поэтому Катерина отказалась:
— Ну его к черту, спина болит, не в силу.
Но я уже научился мыть золото (правильно говорить — смывать в лотке, то есть отделять золото от породы: песка, гальки и мелкого шлифу), стал ходить один. За неделю намыл на 3 рубля. А на следующей неделе мне повезло. Иду по разрезу, то тут попробую, то там. Смотрю — нет ничего. Так несколько раз пробовал, все плохо — намывается с полдоли, с долю. Пошел дальше, вижу, лежат большие камни, один от одного на метр. Я попробовал между ними рыть, а там настоящий синий ил. (- незнаю, кчему он, но звучит вкуснейше. – germiones_muzh.) Лежал он не толстым слоем, в 10 сантиметров всего, а под ним маслянистый песок. Я нагреб лоток и пошел смывать. Пробутарил скребком, смыл и глазам своим не верю: пестрят крупинки золота. Меня даже в жар бросило. Когда отмыл, то увидел, что кучка порядочная, с золотник будет. Так я смыл еще 4 лотка, а солнце уже закатывалось. Связал золото в узелок и запрятал в поясок шароваров. Забросал эту ямку камнями и землей и пошел домой.
Спал я в сарае около избы вместе с хозяйским мальчиком лет 12. Костей его звали. У хозяина были маленькие весы взвешивать золото. Я взял их, пошел в сарайчик, взвесил, оказалось 5 золотников. Я так обрадовался, что это все заметили и стали меня спрашивать:
— Как, Андрей, постарался?
— Да на 50 копеек намыл. Немного совсем, но и то хорошо.
А подвезло мне в самом деле очень хорошо. Правду я никому не сказал. Дней восемь я ходил на тот провальчик и намыл 75 золотников, но никому не говорил и не показывал…

АНДРЕЙ ФИЛИППОВ (1889 – 1974. забайкальский казак. Батрак, золотоискатель, участник 1 Мировой, партизан гражданской, прораб)
Tags: по диким степям Забайкалья
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments