?

Log in

No account? Create an account
 
 
11 March 2018 @ 05:18 pm
Веласкес  
Диего Родри́гес де Сильва-и-Веласкес (1599 – 1660) – однозначно золотой живописец «золотого века» Испании.
Веласкес – дворянин, сын помещика. Достаточно взглянуть на его автопортрет и сравнить с портретами его учеников (Мурильо – плебей, а Пареха – вообще мулат), чтобы это понять. Но черты Веласкеса спокойны и мягки под аристократической шевелюрой и закрученными усами; а фигура в облаченьи с орденом СантъЯго – в чуткой позе отображающего. Теплый южный севильянец, он чужд сословного холода кастильских кабальерос. Прославившийся портретами императорской семьи и высшей знати, Веласкес всю жизнь с удовольствием писал совсем простых людей.
Он очень правдив. Неприукрашивает. Папа римский Иннокентий на портрете – это роскошествующий недоверчивый старик («Слишком правдиво!» - сказал папа и наградил художника златою цепью). Пятилетняя инфанта Маргарита, серьезно изображающая величие, у Веласкеса так же забавна и смешна, как любая из ее карлиц, стоящих с собакой в правом углу. - Даже больше.
В «Сдаче Бреды», которую все помнят по лесу копий над головами, Веласкес выбрал момент, когда испанский победитель маршал Спинола, принимая ключ у сдавшегося голландца, дружески кладет ему руку на плечо («Всё, всё! Мир, дружба и жувачка!»). Апостола Петра все изображали с ключами от Рая и Ада в руке – у Веласкеса апостол сидит отбросив знаки своей власти всторону; старческое честное лицо рыбака обращено к небу и капают с него горькие человеческие слезы.
Обнаженное тело в стране инквизиции художник писал смело и легко. – И так, что ему труднобыло, наверно, что-либо «предьявить». Почти ничем неприкрытый юноша Вакх вкругу собутыльников участвует уверенно и уместно, по-мужски без всякого эротического месиджа (столь свойственного мальчикам пидора Караваджо, кисти которого Веласкес подражал вначале). Изогнувшаяся по постели пред зеркалом фигурка молодой Венеры безупречно красива – и четкоповернута к сластолюбивому зрителю спиной. Она просто потягивается. Полутеневой образ в квадрате зеркала гарантирует полную анонимность, отраженье бюста отсутствует по причине перекрывающего «горба» кружевного покрывала.
Веласкес любит писать парами юных и стариков, высокопоставленных с низкими. – Всегда у него в их чертах есть нечто неуловимо общее.
В прореху коричневой капы водоноса («Севильский водонос») смотрит на нас его белая груботканая сорочка крупной вязки. Смотрит пристально и спокойно – уверенная в том, что сделана на совесть - и свою работу выполняет хорошо…
Tags: