germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

Categories:

сказка мпонгве

ИЛАМБЕ
у одного вождя была дочь Иламбе. Дура конкретная! Капризна, избалована, транжирка, ленивка, бездельница – весь список. Но красава. Женихи к ней ломились стадами, - да Иламбе ни один не устраивал.
- Выйду только за того, у кого кожа гладкая, как кожура банана!
Ну что ты будешь с ней делать? – И вот прослышал о такой вкусной девушке оборотень-Леопард. И решил немного подкрепиться. Подкатил в лучшем виде – просто Эдди Мёрфи или Омар Си. Стройный, черный, атласный – прям сверкает! Иламбе выпала в осадок и сходу согласилась. А папе жених не понравился. Долго отговаривал вождь дочку, и когда понял, что – никак, дал ей в приданое лучших своих воинов, самых верных служанок. И самую дохлую клячу. Причем взял с Иламбе клятву, что с Росинантом она не расстанется низачто и никогда.
Ну, пустились в путь. Тропический дождевой лес – не шутка: шаг вправо, шаг влево – или в трясину канешь, или под бегущего носорога попадешь, либо красным муравьям-людоедам на закуску. Заплутать тоже запросто. Но жених везде проходил, дорогу чуял носом, а дичь находил за каждым углом. (Превращаться, конечно, приходилось. Но никто не засек). Перед самым логовом побежал вперед, срочно оборотил всю родню в людей. Встретили кускусом и тушеными бананами. Угощали от пуза – сами не ели… Аппетит нагуливали.
На другой день муж отправился на поле за репой и бататом. С собой взял одного из воинов, пришедших с Иламбе, жену оставил дома… Вернулся один, сказал: крокодил слугу утащил! На другой день – тоже самое. И на третий… Как ни опытны были воины, как ни умелы служанки – угадать, в какой момент господин превратится в хищника, никому не удалось.
И вот осталась Иламбе одна с коньком-горбунком… Он ей и говорит:
- Завтра – наша очередь! Бежим, нето съедят. Бери три калебасы, пошли в кладовку.
Велел Иламбе насыпать первую калебасу тыквенных семечек, вторую – зерен кофе, а третью налить водой. И - погнали!
Вернувшись сытым после обеда последней служанкой, муж-Леопард обнаружил семейный очаг пустым и холодным, мигом принял первоначальный вид и помчался в погоню.
Заслышав крики птиц, спугнутых хищником, мустанг-иноходец командует Иламбе:
- Сыпь кофе!
Обернула Иламбе калебасу задом наперед, наклонила – и посыпались… Бросила пустую тару, оглянулась: а за спиной уж густой лес кофейный. Метров 6 в высоту, невпролаз. Слышно, как врезался в чащу кто-то с разгона, потом бешеный мяввв – и полетели клочки по закоулочкам! Словно газонокосилка заработала.
Ну, Иламбе с конем – ноги в руки и дёру!
Продравшись через чащу, муж опять нагоняет.
- Сыпь семечки!
И вот сзади у них бахча – плеть за плеть, тыква на тыкве. Прыгнул Леопард – и завяз. Раз за разом, вырывая с корнями цепкие побеги, проваливаясь в тыквенную мякоть, рвался оборотень вперед… Он уже видел свой одинокий ужин при свечах.
- Лей!
И хлынула быстрым водопадом новая река прямо на Леопарда! С жутким рычаньем унесся он по волнам в неведомую даль…
Отдышавшись, беглецы стали ориентироваться на местности.
- Надо переждать чутка, – говорит Холстомер. - Есть тут городок… Одна беда – баб туда не пускают. Под страхом смерти! Город пидарасов.
- А чё делать? – заныла Иламбе. – Есть охота…
- Чё делать, чё делать! Будем пол тебе менять.
- Нет!!!
- Успокойся, шутю. Переоденем только.
На это Иламбе согласилась. Спионерили мужской прикид, обскубали красотку под Котовского – и в город… - А там: пидарас на пидарасе! Крест-накрест все уже… Надоели друг другу хуже горькой маниоки. Вот один шустрый и хвать Иламбе за жопу! Она как запищит…
- Это чика! Держи ее, - заорали извращенцы.
- Где? Ободрать ее живьем! Посадить на дикобраза!
- Клопами накормить!
- Дело табак, - говорит ей на ухо Лошарик. – Придется применить самое злостное колдунство… Станешь трансвеститом. Ненадолго.
- А обратно как?
- Верну. Обещаю…
- Ну, давай!
Вскинулся Буцефал на дыбы, и обоссал Иламбе с головы до ног. Она ка-ак… громыхнет басом:
- Ах ты …. ….. в … через ……..!!!
Зарядила коню промеж ушей кулаком – тот и с копыт долой.
Оторопели пидарасы. Отступились.
Ну, переждали Иламбе с Боливаром пару дней, отъелись, у колодца помылись – ей (ему то есть) уж нечего было стесняться – и отправились домой, к папе вождю.
И вот уже за поворотом родной крааль…
- Тпр-р-ру! – затормозила Иламбе. – Давай, превращай обратно!
- Да нетак это просто…
- Что?!? Да я тебя!!!
- Вот именно. Зарежь, расчлени, сожги – и пеплом посыпься.
Села Иламбе и заплакала. Рука не подымается.
Видит Сивка-Бурка: нужен братский пендаль. Без него никак.
- Мущины не плачут! – подбодрил хозяйку.
Иламбе как ужалили. Мухой всё сделала. Посыпалась золой – и естество вернулось «на базу». В исходную, так сказать, форму с содержанием.
Приплелась она домой и говорит папе:
- Теперь выдавай меня замуж хоть за верблюда. Возражать не стану – пусть будет по-твоему.
- А если за жеребца? – смеется отец. - Был у меня один, заколдованный...
Охнула Иламбе. Так и села.
- Нету его, папа. Так и так…
- Ничего. Место помнишь? Вот иди туда. Вскопай, полей – и жди урожая.
Она и не спросила, долго ли ждать.
Рыхлила мотыгой каждый день. Воду носила за семь километров утром и вечером.
И вот бредет в энный раз с калебасами – а на грядке парень стоит… И нетак чтобы красавец, а знаком, как родной.
- Привет, - говорит, - дорогая. Спасибо тебе! Я созрел.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments