germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

Category:

ХОАКИН ДИСЕНТА (1863 - 1917)

«ХРАБРЕЦЫ»

давным-давно, когда я был еще маленьким мальчиком, на улицах Мадрида можно было встретить странного кабальеро лет тридцати, в черном длиннополом сюртуке и в цилиндре. Высокий, угловатый, с орлиным носом, маленькими глазками и торчащими, кверху закрученными усами, он своим обликом напоминал Дон Кихота, а траурным одеянием походил на вдовца. Да он и был вдовцом — вдовцом счастья и радости, жертвой несчастной любви, человеком, отказавшимся от крупного наследства, завещанного ему родителями. В минуты отчаяния, находившего на него от сознания своего полного одиночества и печального состояния кошелька, он был способен на любые чудачества и сумасбродства.
Родился он в Арагоне — стране любви. В то время, к которому относится мой рассказ, он вел жестокую борьбу с нищетой; жил он в Мадриде в самом конце Посольской улицы, вместе с женщиной легкого поведения, по уши влюбленной в этого чудака, вечно носившего траур.
Однажды вечером герой нашего рассказа — назовем его Диего — вышел из театра со своей простоватой, но любившей принарядиться подругой.
У дверей дома, где они жили, девица вдруг обратилась к своему спутнику:
— Черт побери! Совсем забыла тебе сказать: мне хочется есть, а у нас, как назло, ничего нет.
— Ну что ж! — ответил Диего. — Раз ты проголодалась, без ужина не останешься. Кое-какая мелочь у меня еще найдется. Таверна Барранко открыта, яичницу нам приготовят где угодно. Идем.
— В таверну Барранко? — переспросила девушка. — Я в этой шляпе, а ты в своем колпаке и салопе? Да ведь туда не всякий осмелится войти!
— Почему?
— Потому что там собираются такие люди...
— Какие?
— Воры, бандиты, всякий сброд.
— Вздор! Ничего не случится. Сами не будем приставать — и нас никто не тронет.
— Но...
— Я сказал — пойдем. Будь спокойна, ничего с нами не случится.
Девушка отлично знала: уж если Диего что-нибудь взбредет в голову, то лучше ему не перечить, поэтому, замолчав, она последовала за ним.
Узкий полутемный зал с низким закопченным потолком и грязными стенами. Против входа стойка, несколько грубо сколоченных сосновых столиков и табуреток. Так выглядела таверна, куда зашел Диего со своей возлюбленной.
За стойкой стоял широкоплечий, коренастый, угрюмого вида трактирщик в рубахе с засученными рукавами и зеленом в черную полоску фартуке. За столом посреди зала сидело несколько мужчин: лицо наиболее привлекательного из них не предвещало, однако, ничего доброго.
Нам нет надобности пересказывать те приветствия и шуточки, которыми компания завсегдатаев встретила сеньориту в шляпке и сеньора в цилиндре, когда они появились в дверях таверны. Даже сам трактирщик не мог скрыть своего удивления.
— Подайте нам яичницу с ветчиной и бутылку вина, — сказал Диего хозяину таверны, усаживаясь со своей спутницей напротив стола, за которым восседала почтенная компания.
Трактирщик юркнул на кухню. Неизменные посетители славного заведения оживленно зашептались друг с другом, а когда хозяин подал ужин, они стали открыто, вслух насмехаться над вновь прибывшими.
— Послушай,— сказал один из них, толкая в бок соседа,— почему бы тебе не купить своей Исидоре такую вот шляпенцию?
— Ха, да тогда ей придется купить мне такую же трубу, как у того сеньора! — отвечал его приятель.
Спутница Диего сидела как на углях.
— Уйдем отсюда, — шептала она.
— Ешь и молчи, — отвечал ей Диего.
Забияки, видя, что их остроты не достигают цели, решили перейти от слов к делу и принялись бросать хлебные корки на стол, где ужинали «господа».
— Ты была права, — тихо проговорил Диего, обращаясь к своей подруге. — Эти типы затевают скандал. Я сейчас расплачусь, и мы уйдем. На кой черт нам с ними связываться.
Но не успел Диего опустить руку в карман жилета, как кусок хлеба величиной с полкаравая угодил прямо в голову его спутнице.
Диего побелел, как полотно, предостерегающе махнул девушке рукой и направился к столу, за которым восседала компания забияк.
— Кто из вас самый храбрый? — глядя на них в упор, спросил Диего.
— Ха-ха-ха! Для вас — любой! — ответил один из них.
— Вы ошибаетесь, — возразил Диего, — мне нужен самый храбрый.
— А я вам повторяю, что для вас — любой, — ответил ему другой забияка. — Да хотя бы и я. Ведь это я бросил...
— Вы?
— Я.
Диего положил левую руку на стол, правой выхватил из кармана альбасетский клинок и пригвоздил им свою ладонь к столу; потом в правую руку взял короткую наваху, открыл ее зубами и крикнул в лицо своему противнику:
— Вот так дерутся настоящие храбрецы. Подходите!
И пока «храбрецы», завсегдатаи таверны, словно трусливые волки, заслышавшие хриплый лай волкодава, спешили выскользнуть в дверь таверны, Диего извлек клинок из ладони и спокойно сказал, подходя к своей возлюбленной, которая с ужасом взирала на него:
— Я же говорил тебе, что ничего с нами не случится.
______________________________________________

(- нет слов. Золотой респект! Снимаю шляпу. Хорошо, что в этот раз не нужно выносить телА:). – germiones_muzh.)
Tags: еще раз.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments