germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

Categories:

Давид Ливингстон vs лев (1843, северная Африка)

(рассказывая о европейцах в Африке, я представлял вам прежде всего колонизаторов. – Но несправедливо было бы обойти вниманием миссионеров, которые колонизаторами были не всегда. Шотландец Давид Ливингстон – проповедник, первопроходец, борец против рабства – один из лучших тому примеров. Это человек твердый и совестливый, бескорыстный и деятельный. Непохожий ни на амбициозных пионеров вроде Генри Мортона Стэнли, ни на экономических завоевателей – таких как Родс, ни на кровавых «подавителей» типа Лотара фон Тротты… Тридцать три года шестидесятилетней жизни Ливингстона было отдано Африке – и громкие географические открытия, сделанные им, для него самого были не главным на этом пути. Ливингстон изучал язык и обычаи племен, среди которых странствовал, и рискуя собой помогал им в беде. Он стремился жить трудом своих рук - и нестыдился учиться ремеслам у негров; не отступал перед тяготами нехоженых дорог, враждебностью иных туземцев, угрозой изнурительных и смертельных болезней. Хочется верить, что все это было не зря. – germiones_muzh.)
…так как в Куруман (- ныне город в северной Капской провинции ЮАР. – germiones_muzh.) меня сопровождало несколько человек из племени бамангвато, то я должен был возвратить этих людей с их багажом к вождю Секоми. Возникла необходимость нового путешествия к месту пребывания этого вождя, и – первый раз в моей жизни – я проехал несколько сот миль верхом на быке.
На обратном пути в Куруман я облюбовал для миссионерской станции прелестную долину Мабоца (25° 14 ю. ш., 26°30 в. д.) и переехал туда в 1843 г. Здесь произошел случай, о котором меня часто расспрашивали в Англии и который я намеревался держать в запасе, чтобы, будучи уже в преклонных летах, рассказать о нем своим детям, но настойчивые просьбы моих друзей превозмогли это намерение. У бакатла, жителей деревни Мабоца, вызвали сильную тревогу львы, которые ночью ворвались в их скотный загон и уничтожили несколько коров. Львы нападали на стадо даже среди бела дня. Это было необыкновенное явление (- обычно львы охотятся ночью. – germiones_muzh.), и причиной его бакатла считали колдовство. "Мы отданы во власть львов соседним племенем", – говорили они. Они вышли один раз охотиться на львов, но, будучи в подобных случаях несколько трусливее бечуан (- бечуаны-тсвана были скотоводами; бакатла, судя по всему, тоже. – germiones_muzh.), возвратились обратно, не убив ни одного.
Известно, что когда один из львов бывает убит, то все остальные (- львы этого прайда. – germiones_muzh.), почуяв опасность, покидают эту местность. Поэтому, когда львы еще раз напали на стадо, я отправился вместе с туземцами на охоту, чтобы помочь им уничтожить хищника и тем избавиться от бедствия. Мы застали львов на небольшой, заросшей деревьями возвышенности, длиной около мили. Люди оцепили возвышенность кругом и, поднимаясь по ней, постепенно сблизились вплотную. Находясь внизу на равнине вместе с туземным учителем Мебальве, весьма замечательным человеком, я увидел одного льва, который сидел на скале внутри замкнувшегося теперь круга людей. Прежде чем я мог сделать выстрел, Мебальве уже выстрелил в него, и пуля ударилась о камень, на котором сидел зверь. Он сейчас же укусил то место, в которое ударилась пуля, как собака кусает палку или камень, брошенные в нее; затем, соскочив со скалы, он прорвался через раздавшийся перед ним круг людей и убежал невредимым. Люди боялись напасть на него, вероятно, вследствие своей веры в колдовство. Когда из людей был снова образован круг, мы увидели внутри его еще двух львов, но побоялись стрелять, чтобы не попасть в людей, и они дали уйти также и этим зверям. Если бы бакатла действовали по принятому (- у охотничьих племен. – germiones_muzh.) обычаю, то они бросали бы свои колья в зверей в момент их попытки к бегству. Увидев теперь, что мы не можем добиться от этих людей, чтобы они убили одного льва, мы направились обратно в деревню, но, когда мы огибали конец возвышенности, я увидел, что один из хищников, как и прежде, сидит на скале, только на этот раз нас с ним разделяли кусты. Находясь приблизительно в 30 ярдах [27 м] от него, я хорошо прицелился через кусты и выстрелил. Люди сразу закричали: "Убит! Убит!" Другие кричали: "Тот человек [Мебальве] тоже убил его, пойдемте к нему!" Я не заметил, чтобы кто-нибудь еще, кроме меня, стрелял в зверя, но увидел, как там, за кустами, у льва поднялся от ярости хвост, и я, повернувшись к народу, сказал: "Подождите немного, пока я еще раз заряжу ружье". Когда я забивал шомполом пули, кто-то закричал. Вскочив и полуобернувшись, я увидел, что как раз в этот момент лев прыгнул на меня. Я стоял на небольшом возвышении; он схватил меня за плечо, и мы оба вместе покатились вниз. Свирепо рыча над самым моим ухом, он встряхнул меня, как терьер встряхивает крысу. Это встряхивание вызвало во мне оцепенение, по-видимому, подобное тому, какое наступает у мыши, когда ее первый раз встряхнет кошка. Это было какое-то полусонное состояние: не было ни чувства боли, ни ощущения страха, хотя я отдавал себе полный отчет в происходящем. Нечто подобное рассказывают о действии хлороформа больные, которые видят всю операцию, но не чувствуют ножа. Такое состояние не было результатом мыслительного процесса. Встряхивание уничтожило страх, и я, оглядываясь на зверя, не испытывал чувства ужаса. Вероятно, это особенное состояние переживают все животные, убиваемые хищником… Повертывая свою голову, чтобы освободиться от тяжести лапы, которую лев держал на моем затылке, я увидел, что его взгляд направлен на Мебальве, который, находясь в 10–15 ярдах [9-13 м] от нас, хотел выстрелить в него. Но его кремневое ружье (- у самого Ливингстона, стало быть, ружье было уже капсюльное? – germiones_muzh.) дало осечку на оба курка, и лев мгновенно оставил меня и, бросившись на Мебальве, вцепился зубами в его бедро. В это время другой негр, которому я однажды спас жизнь, когда его вскинул на рога буйвол, хотел ударить льва копьем. Оставив Мебальве, лев вцепился негру в плечо, но в этот момент возымела действие пуля, попавшая в него, и он упал мертвым.
Все вышеописанное произошло в несколько мгновений и было последней вспышкой предсмертной агонии льва. Для того чтобы уничтожить связанные с ним магические чары, бакатла на следующий день сожгли его труп, который, по их словам, был крупнее всех виденных ими прежде. У меня, кроме раздробленной кости руки, осталось еще одиннадцать ран в мягких тканях плеча…

ДАВИД ЛИВИНГСТОН (1813 – 1873). ПУТЕШЕСТВИЯ И ИССЛЕДОВАНИЯ В АФРИКЕ
Subscribe

  • последняя пилюля

    ...некто шутя спросил его: «А пилюлями бессмертия вы не торгуете?» Аптекарь отвечал: «А что, пожалуй, за одну штуку тысячу связок монет». Все…

  • рожденные ползать...

    ...умеют плавать. Нетолько в луже и ручейке, но и в океане. Морские черепахи развивают вводе скорость до 35 км/час - их недогонишь! Как и перелетные…

  • ИЗАБЕЛЛА, или ТАЙНЫ МАДРИДСКОГО ДВОРА (1840-е). - II серия

    ЧЕРНЫЙ ПАВИЛЬОН замок Дельмонте лежал на возвышении, окруженный парком, полным душистых миндальных деревьев и кустов роз, гранатовых деревьев с…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments