germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

ЛЮДОЕДЫ ИЗ ЦАВО (1898). XIV серия

ГЛАВА XIV
НАХОДКА ЛОГОВА ЛЮДОЕДОВ

к юго-западу от Цаво расположены скалистые холмы, которые я особенно жаждал исследовать. Однажды, когда из-за нехватки материалов работа была приостановлена на день, я отправился туда в сопровождении Махины и пенджабского кули, который был так тучен, что его прозвали Мута, то есть Толстяк. В ходе своих вылазок в окрестности Цаво я выяснил, что почти всегда проще достичь нужного места, следуя по хорошо заметным звериным тропам, которые я во время своих исследований кусок за куском наносил на карту. В тот раз, к примеру, как только мы пересекли реку и вошли в джунгли, нам повезло найти носорожью тропу. Она вела в нужном направлении и сильно облегчила наше продвижение. Мы шли по высохшему руслу реки, и я обратил внимание, что песчаное дно искрится там, где лучи солнца проникают через густую листву. Мне в голову тут же пришла мысль об алмазах. Место для этого было вполне подходящее, и я начал жадно копать гравий охотничьим ножом. Через несколько минут я наткнулся на то, что сначала принял за алмаз, искрящийся во влажном песке. Он был длиной в полдюйма, и его грани выглядели так, словно были выделаны амстердамским ювелиром. Я проверил камень на стёклах своих часов и выяснил, что им легко можно вырезать мои инициалы. Хотя я знал, что и кварц способен на это, но камень не был похож на кварц ни своим видом вообще, ни углами. Несколько секунд я наслаждался своим открытием, меня посетили яркие мечтания об алмазных копях. Но, увы, после более подробных осмотра и проверки я был вынужден признать, что это не алмаз. Хотя он не был похож ни один минерал, который я встречал в своей жизни.
Таким образом мои надежды стать миллионером были разбиты, и мы пошли дальше, забираясь всё дальше и дальше вглубь мрачного леса. Через просвет в деревьях, недалеко от нас я увидел носорога, стоящего у всех на виду на берегу оврага. К сожалению, он тоже заметил нас, и прежде, чем я прицелился, он громко фыркнул и убежал в спутанный подлесок. Когда я следовал по этому оврагу, украдкой бредя под приятной тенью нависающих пальм, я увидел слева от меня небольшое ущелье. Вход в него был перекрыт густыми кустами и лианами. В этих зарослях был хорошо заметный сводчатый вход, который, несомненно, сделали проходящие туда носороги и бегемоты. Я решил войти и исследовать, что внутри. Я прошёл не очень далеко и понял, что это большой залив, который был вымыт в береге потоком во время паводка. Его покрывал слой мягкого мелкого песка, на котором неясно различались следы животных. В углу этого залива под нависающим деревом был небольшой песчаный холмик. Посмотрев поверх него, я увидел с другой стороны зловещего вида пещеру, которая, кажется, простиралась далеко под каменный берег. Вокруг пещеры и внутри неё я нашёл множество человеческих костей и несколько медных браслетов, какие носят туземцы, и меня словно громом сразило. Без всяких сомнений, это было логово людоедов! Вот так, совершенно случайно я наткнулся на берлогу этих некогда ужасных "демонов". Я вспомнил, как они терроризировали Цаво, как много дней я потратил на их поиски в этих невыносимых, бесконечных джунглях. У меня не было желания исследовать мрачные глубины пещеры, но, подумав, что там могут быть львица или львёнок, я несколько раз выстрелил внутрь через отверстие в земле. Никто не появился, за исключением стаи летучих мышей. Я сделал фотографию этого ужасного места и с радостью покинул его. Слава богу, что свирепые, ненасытные твари, когда-то жившие здесь, больше не ходят по свету.
Вернувшись в основное русло, я продолжил путешествие по нему. Через некоторое время мне показалось, что на берегу, в высоком тростнике я увидел бегемота. Жестом я быстро приказал Махине и Муте замереть. Я осторожно приблизился к бегемоту, но тут же понял: глаза обманули меня, и я принял за животное тёмный берег и тростник. Мы вылезли из высохшего русла и пошли поверху. Это был хороший ход, поскольку скоро мы услышали, как впереди бежит стадо каких-то животных. Я бросился к повороту тропы и, затаившись в кустах, увидел несущихся мимо зебр. Я первый раз видел этих известных красивых животных в дикой среде, поэтому выбрал самую большую и выстрелил. Поскольку я был очень близко к ним, зебра упала, как подкошенная. Когда я стоял над этим изящным созданием, я сильно пожалел, что убил его. В отличие от Муты, который в экстазе бросился к зебре и перерезал ей горло прежде, чем я успел остановить его. Как он заметил, это было сделано, чтобы "мясо стало законным". Мута был убеждённым последователем Пророка, а никакой магометанин не будет есть мясо животного, пока этому животному не перережут горло в надлежащем месте и не выпустят кровь. Этот обычай меня очень раздражал, поскольку последователи Мохаммеда всегда бросались к застреленному животному и так быстро отрезали ему голову, что потом оно совершенно не годилось как трофей.
К тому времени, как зебра была разделана, опустилась темнота, поэтому мы выбрали подходящее дерево, чтобы провести на нём ночь. Мы развели под ним большой костёр, заварили немного чая и поджарили пару перепелов. Я подстрелил их раньше днём, и они оказались просто прелестны. Затем мы отправились на дерево, то есть мы с Махиной, а Мута сказал, что ничего не боится и что будет спать на земле. Но позднее его храбрость куда-то подевалась, поскольку в полночь мимо проходил огромный носорог. Он учуял нас и так громко зафыркал, что Мута, сильно перепугавшись, забрался на наше дерево. При его тучности он был прыток, как обезьяна, и не прекращал лезть наверх, пока не оказался выше нас. Мы искренне смеялись над тем, как он поспешно удирает от опасности, а Махина немилосердно вышучивал его.
Остаток ночи прошёл без происшествий. Рано утром, пока бои готовили завтрак, я прогулялся до скалистых холмов, которые я видел из Цаво. Сейчас до них было всего полмили. Внимательно высматривал животных для охоты, но здесь не было ничего, кроме изредка попадавшихся паа и цесарок. На полпути к холмам я увидел прекрасного леопарда, который лежал на камне и нежился на утреннем солнце. Но он был слишком быстр для меня и убежал прежде, чем я успел выстрелить. Я приближался недостаточно бесшумно, а леопард очень осторожный зверь, и его не возьмёшь врасплох. К сожалению, у меня не было времени исследовать холмы, поскольку я хотел как можно скорее возобновить работу в Цаво. Поэтому после завтрака мы упаковали шкуру зебры и отправились в обратный путь по джунглям. Стоял очень жаркий день, и мы все были страшно рады, когда, наконец, достигли нашего лагеря.
Большинство из моих небольших путешествий было в северном направлении, в сторону рек Ати и Сабаки, которые меня всё больше интересовали. Как приятно было после долгой, утомительной ходьбы лежать под защитой тростника, росшего на берегах, и наблюдать за животными, которые приходили на водопой и не подозревали о моём присутствии. Я сделал несколько фотографий подобного рода сцен, но, к сожалению, многие негативы были испорчены. Часто, когда сияла луна, я сидел на камне посреди реки у водопоя и ждал, кого мне принесёт удача. Как досадно мне было, когда в неподходящий момент менялся ветер и прогонял носорога или другого животного, которого я терпеливо ждал несколько часов. Иногда я уставал от своей утомительной стражи и по тёплой воде перебирался на берег. Я ложился на мягкий песок, не обращая внимания на клацанье крокодилов, которое слышалось из речных омутов. В то время я был новичком в этой стране и не осознавал, на какой риск я шёл. Позднее, когда крокодил схватил моего несчастного спутника-камба и утащил его, как было описано выше, я понял, что надо быть осторожнее.
Самый короткий путь из Цаво до реки Ати лежал через джунгли в северо-западном направлении. К счастью, здесь была особенно приметная носорожья тропа, которой я всегда пользовался. Я нашёл её совершенно случайно, когда однажды гости, которые остановились у меня в Цаво, захотели провести ночь на берегу реки. Мы медленно, с трудом пробирались через густые джунгли, и я наткнулся на эту проторенную тропу, которая, казалось, должна вести туда, куда мне надо. Поскольку я был уверен, что она как-нибудь выведет нас к реке, я без сомнений последовал по ней. Теперь наше продвижение было лёгким, дорога вела через прогалины, где были бесчисленные следы водяных козлов и бушбоков (- виды антилоп. - germiojnes_muzh.). Пару раз мы замечали этих животных, когда они убегали в заросли, испуганные звуками нашего приближения. В конце концов, как я предполагал, старая носорожья тропа оказалась верным проводником, выведя нас к идеальному на Ати месту для устройства лагеря. Раскидистые деревья стояли близко к берегу и дарили приятную, освежающую тень. У нас был восхитительный пикник, и мои гости насладились ночью на открытом воздухе. Только один из гостей был напуган носорогом, который неожиданно фыркнул близко от нашего лагеря, очевидно недовольный, что мы вторглись в его владения.
Утром, сразу после рассвета гости пошли попытать счастье вдоль реки, а я остался в лагере присмотреть за завтраком. Через час или больше все они вернулись с пустыми руками и очень голодные. Когда они принялись за свою обильную трапезу, я решил прогуляться и проверить, буду ли я более удачлив. Я недолго прошёл по правому берегу реки, и мне показалось, что в кустах впереди меня кто-то движется. Готовый ко всему, я тут же остановился. В следующий миг я был вознаграждён, увидев роскошного бушбока, уходящего от воды в самым величественным видом. Я различал над подлеском только голову и шею, но поскольку он был всего в пятидесяти ярдах, я поднял винтовку, чтобы выстрелить. Он тут же заметил этот движение и долю секунды стоял, вглядываясь в меня. Это дало мне время, и я прицелился в плечо. Когда я выстрелил, он неожиданно, бесследно исчез. Я был уверен, что промахнулся, и он убежал в кусты. Поэтому я перезарядил винтовку и осторожно продвигался, намереваясь пойти по его следам. Но, к своей безграничной радости, я наткнулся на бушбока, свалившегося замертво, с моей пулей в сердце. Не теряя времени, я вернулся в лагерь. Два сильных кули принесли антилопу, привязанную ногами к ветке. Мои неудачливые друзья были крайне изумлены, когда увидели, что я так быстро добыл такой прекрасный трофей. Скоро мы освежевали животное и поджарили вкусное мясо для ланча. Прохладным вечером мы без каких-либо приключений вернулись в Цаво.
Спустя некоторое время один из тех самых друзей, мистер С. Роусон, снова был у меня в Цаво, и мы сидели в сумерках на веранде моей хижины. Мне нужно было что-то из моей палатки, и я попросил своего индуса-чокидара (- сторожа. - germiones_muzh.) Миану сходить и принести. Он ушёл в темноту, но я вернул его и сказал взять фонарь, чтобы не наступить на змею. Он взял фонарь и, добравшись до двери, которая была в дюжине ярдов, бешеным голосом закричал: "Ар, сахиб, бура санп хаи!" ("О, хозяин, здесь большая змея!")
"Где?" - спросил я.
"Здесь, возле кровати, - крикнул он. - Принесите ружьё, скорей".
Я схватил ружьё, которое всегда держал под рукой, и бросился к палатке. В свете фонаря я увидел большую красную змею семь футов длиной, которая лежала возле походной кровати и смотрела на меня. Я сразу же выстрелил, пуля перерезала её ровно напополам. Хвост остался на месте, но передняя часть, извиваясь, исчезла во мраке палатки. Кровавые пятна помогли нам выследить змею, и скоро мы нашли её под пологом палатки, готовую к бою. Она отчаянно бросилась на одного из подбежавших людей, но была убита на месте ударом по голове. Роусон схватил её и понёс к свету. Он придавил ей голову ногой и палкой раскрыл челюсти, как вдруг две идеально ровных ядовитых струи брызнули из её зубов. Индус-бабу (клерк), стоявший рядом, принял на себя весь яд. Бедняга был в такой панике, что за секунду сорвал с себя всю одежду до последнего клочка. Нас это очень насмешило, ведь мы знали, что хотя яд был опасен, он не мог причинить вреда, пока не попал в порез или открытую рану. Я так и не узнал название этой змеи, которая, как я уже сказал, была полностью красного, тёмно-кирпичного цвета. За всё время, что я был в Восточной Африке, я видел только ещё одну змею того же вида. Я наткнулся на неё однажды на охоте. Она, очевидно, очень испугалась, подняла голову и предупреждающе зашипела. Я тоже был ошеломлён её появлением и не думал стрелять, глядя, как она уползает в густой подлесок…

подполковник ДЖОН ПАТТЕРСОН (1867 - 1947. охотник, боевой офицер, писатель)
Subscribe

  • из цикла О ПТИЦАХ

    КТО КРУПНЕЕ - ХИЩНИК ИЛИ ТРАВОЯД, ОХОТНИК ИЛИ ДОБЫЧА? распространено представление о больших хищниках, уничтожающих мирную "мелочь"... Это клише…

  • (no subject)

    человек-потребитель не любит, не создаёт - он использует и расходует. Это видно даже в детских играх, увы.

  • ДОДО (Монмартр, газета, тёплая решетка). - XXV серия, заключительная

    когда дверь тихо отворилась, я осталась лежать с закрытыми глазами, желая прежде всего показать, что доверяю и принадлежу ему, иначе все остальное не…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments