germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

поморски сыны – весной на острова по яица (Унежма, птичьи базары Онежской губы Белого моря. 1913)

…весной бабка ВасИна (- скорей всего, уменьшительное от Василина. - germiones_muzh.) тоже ловила селедку (- селедку «дома» ловили бабы, старики да дети. Папани подавались на Мурман – наниматься к купцам на дальний промысел. - germiones_muzh.). Силы у нее было мало, старая старушонка – не может сама тащить невод. Стали мы просить ее:
– Давай, бабушка Васина, мы за тебя половим, только вечером дашь нам лодку съездить погулять.
Взрослый парень Ванька Хобот и ребятишки – Петька Монах, Андрюшка Курица, Митька Плита и я – стали выметывать бабкин невод (- к берегу. Заводили с лодки. – germiones_muzh.). Невод выметали, а сами поехали гулять с гармошкой, с песнями. Покуда ездили до острова и обратно, приехали обратно к берегу, а вода уже в море ушла, невод весь забило глиной, а селедки попало пудов восемь. Выбираем мы из глины невод, а в это время идет бабка и давай нас ругать:
– Сто вам чирьев, не одна тысяча! Унеси вас леший!
Всяко выругала. Мы испугались, как бы нам чего не сделалось от бабкиной ругани (- боялись ее колдовства. - germiones_muzh.). Не рады и лодке, отступились от селедки и убежали домой.

Летом мы с ребятами ездили на острова километров за двадцать – за яйцами водяной птицы.
Поехали однажды на остров Лехлуду (- «луда» - мель, камень, остров. - germiones_muzh.).
Приехали туда, вытащили карбас на берег. Ребята разбрелись по острову, а я остался караулить карбас. Вижу, ребята наклоняются: ну, думаю, наберут яиц.
Через час идут ребята к лодке. Я спрашиваю Плиту:
– Ну, как, Митька?
– Да штук двадцать есть.
– Какие?
– Разные. Пятнадцать гагиных, да пять клушьих.
– А, мне, Митька, дашь одно гагино, покрупнее?
– Дам. А ты мне дашь, когда я останусь караулить у карбаса?
– Дам.
Вслед за Плитой идут Тимоха Масло и Андрюшка Курица. Оба невеселые.
– Что с вами случилось? – спрашивает их Плита.
– Тимоха на чужие яйца прилетел, – начал жаловаться Андрюшка Курица. – Я нашел гнездо и согнал гагу с яиц. В гнезде было шесть штук.
– Нет, я первый гнездо увидал, – возражает Тимоха.
Ребята стали спорить, а мы их давай мирить. Оказалось, когда они оба побежали к гнезду, то стали друг друга отталкивать, чтобы каждому вперед схватить яйца. Тимоха толкнул Андрюшку сзади, тот упал на гнездо и раздавил все яйца.
Андрюшка Курица разозлился, схватил камень и бросил его в шапку, где у Тимошки были яйца, и все их разбил. После этого пошли ребята к карбасу, дорогой все спорили. Нам их удалось все-таки помирить.
Переехали на другой остров, подальше, так как на этом было мало яиц. Вытянули карбас сажени на три из воды на берег, привязали его веревкой за большой камень. Сами малы, а смекаем, что надо делать. Поставили греть чай. Хлеба у каждого было по куску. Часть хлеба съели с чаем, а другую оставили на дорогу.
Пошли собирать яйца. Яиц было много. Больше всего было чайкиных и гагиных. Когда сошлись вместе и сосчитали яйца, ребята спросили меня:
– Сколько у тебя, Вася?
– Гагиных сорок шесть, да тридцать три чайкиных. Только чайкины-то, кажется, запарены все.
Ребята стали надо мной смеяться:
– Ах ты, Вася Вавило, запарышей набрал. Мы тебе и не дадим чистых.
Я заплакал:
– Да разве моя вина, что Митькина собака мне сегодня дорогу перебежала!
– Верно, Вася, мы это видели. Ладно уж, мы по десятку дадим тебе.
Тогда мы еще верили в эти приметы.
Поехали домой. Подул сильный ветер, в самую нам встречу. Мы с Митькой гребем, по два весла в руках. До берега далеко, а ветер все сильнее да сильнее. Силы у нас не стало грести. Андрюха сидит на корме с веслом вместо руля и правит.
Кое-как подъехали к берегу, только бы пристать. Привязали лодку за камень, сами мокрые, как из-под матки телята. Есть охота, а хлеба нет – весь съели. До деревни еще далеко, верст пятнадцать. Дождь идет. А мы не боимся погоды – молоды, а знаем, как наши отцы на Мурмане живут. Побегали да полежали, холодно стало лежать.
– Ребята, а ребята, давайте яйца варить, – говорит Митька Плита.
– Давайте.
Тимоха пошел бересту собирать, а мы начали носить щепки. Развели огонь, положили яичек кругом. Положил я одно, оно лопнуло. Положил второе яйцо, опять лопнуло, да мне на рубашку. Яйцо по рубашке потекло, ребята хохочут, а я поскакиваю – тело жжет, яйцо уж горячее было. Котла нет, варить не в чем. Тимоха Масло и говорит:
– Давайте, ребята, в горячий песок их зарывать. Я слыхал от Артюхи Брюха, что через три минуты яйца в песке варятся.
Так и сделали. И действительно, вышло так, как говорил Артюха Брюхо. Тут мы обрадовались.
А в это время вода прибывала. Мы сидели за наволоком и не видели, как наш карбас стало поднимать водой и раскачивать, а потом веревка отвязалась и карбас стало относить от берега в море. Первым это заметил Андрюха Курица и заорал во все горло.
– Ребята, карбас наш в море унесло!
Мы испугались, стоим на берегу и не знаем, что делать.
В это время на другом наволоке бабы селедку ловили и увидели, что чью-то лодку несет. Лизка с Феклиской сели на другой карбас и вытащили нам лодку. Поехали мы домой. Сперва родители не знали про то, как у нас лодку унесло, а на другой день Феклиска проговорилась. Бабы рады стараться, раззвонили об этом по всей деревне. От родителей нам здорово попало за лодку и мы долго на смели ездить на острова за яйцами.

Осенью мне исполнилось восемь лет и меня приняли в школу учиться. Учился я хорошо, на все внимание обращал и ученьем интересовался. В тетради к ребятам не заглядывал, сам своей головой работал.
Первую зиму проучился целиком, а вторую зиму не доучился и пришлось уйти из школы. Надо было работать…

ВАСИЛИЙ ЕВТЮКОВ. В «ЗУЯХ» (- в юнгах. – germiones_muzh.)
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments