June 8th, 2020

о геройских кло(у)нах, навсеруки пансексуалах, "людях государевых"

вы должнобыть, заметили эту "страту" в российском нашем обществе - люди способные на всё. И пришить могут, и крестиком вышивать. Сыграть и богатыря-спецназовца, и нарцисса-креатора с тонкой душой, запросами да комплексами. - Вобщем, всем потрафить. Широк русский человек, как говорится...
Такие, однако, выросли совсем недавно: всвязи с двойными мерками сегодняшней власти. Онаже держится формально за либеральный стандарт - намекая приэтом каждому, что "демократия у нас своя" (тоталитарная тоись). Ничего неимея против здорового тоталитаризму, скажу прямо, что такая позиция попросту нечестна. Понятно что положение сложное, длинных козырей нехватает, нефть невцене и всётакое... Однако надобы почестней?
Но мы не про власть, а про "слуг". "Людей государевых". Чего они стоят как люди? - Да по-разному стоят, как и все остальные. Кто сколько. Есть ли они нечто новое, более совершенное, блестящий продукт госсоцинженерии? - Нет. Такие были уже, при батюшке Иоанне IV. Опричники назывались. То есть очень особенные парни. Они тож могли по-всякому - как царь прикажет. Федя Басманов у него и в сарафане плясал, и головы рубил. Однако, когда в разгар Ливонской войны пришел вдруг с тылу крымский хан с полтораста тыщами гастарбайтеров жечь Москву - опричники разбежались. Все. Вслед за царем, конечно - еслиб Иван неубежал, онибы тоже... - Дело в том, что без царя такие как ноль без палочки. Сами по себе они не могут. Не универсальные они люди, несамостоятельные. Самостоятельные - это простые старого образца боевые лошадки типа Буданова, Игоря Потапова (который подполкан), Виктора Блинова; и непростые простые люди культуры как Веничка Ерофеев, Савва Ямщиков и Пётр Мамонов. Эти - настоящие.
- А тех завтра небудет. Сдует ветром времени. Небеспокойтесь.

Гёте - о нордическом

чертовщиной я позабавился лишь однажды и, радуясь, что таким образом разделался со своим нордическим наследством (- а кроме "Фауста", Гёте называл в числе этого наследства своих "Гёца фон Берлихингена" и "Вертера". - germiones_muzh.), поспешил к столу греков. (Иоганн Вольфганг Гёте)
- интересно, что самый великий немец Гёте понимал германское прежвсего как готическое. Как гримасу и чертовщину. Гармоничные и общительные древние греки ему подходили больше:)

ШАРЛЬ КРО (1842 - 1888. франсюз, поэт и изобретатель)

СЛОВО О СЕБЕ, 1-е.

Моя душа - как небо - без границы.
В безбрежности и сумрачность таится,
и ясный свет в бесчисленных огнях.
Но, если жизнь течёт не в худших фазах,
мне кажется, что всё вокруг - в алмазах,
и все они блестят в моих стихах.

Что б ни сказал я, тихо или шумно,
мои слова звучат подчас безумно.
Но я даю ответ другим мирам -
на обращения из дальней дали,
которых мудрецы не разобрали,
поскольку смысл для них не по зубам.

Я занят погружением в секреты
и неразгаданные свойства света.
Мне нужно тайны мозга рассмотреть.
Меня ведёт настырный дух новаций.
Могу заставить плакать и смеяться.
Могу сказать о том, что будет впредь.

Хочу, чтоб зелень в свежести и глянце,
хочу, чтоб прелесть праздника и танца,
концерт и опера, и лилия, и мак -
вплоть до любой искринки и росинки -
зеркально закреплялись на пластинке
(- фотографической. - germiones_muzh.).
Я так хочу, и, значит, будет так.

Как на камее виден каждый волос,
пусть точно так, навек, любимый голос
останется для нас запечатлён.
Заставлю музыку, чтоб вновь звучала
в точь так, как мы услышали сначала.
Я подчиню упрямый бег времён.

Надеюсь, что потом мои таланты
не высмеют скептичные педанты.
Пройдут века. Настанет благодать.
И женщины признают, что устами,
я мог, как ни страдал я временами,
божественно и жарко целовать.

ОСАМУ ДАДЗАЙ (1909 - 1948. японец, аристократ. всёвремя кидался вводу со своими возлюбленными)

САД НЕУДАЧ

(перед моим домом — небольшой садик. Жена без всякого порядка засадила его всякой всячиной, с первого же взгляда ясно, что ее затея обречена на неудачу. Жалкие уродцы-растения тихонько перешептываются, а я быстро записываю их разговоры. Я действительно слышу их, не подумайте, что я подражаю этому французу Ренару [- Жюль Ренар. Автор имеет ввиду его новеллу «Семья деревьев», рассказчик которой учится быть деревом. – germiones_muzh.], ничего подобного. Итак…)

Кукуруза и Помидор
— Ах, какой позор, все только расту да расту, никак не могу остановиться! Пора завязывать початки, а у меня нет сил, тужусь-тужусь, да ничего не выходит. Небось, все принимают меня за тростник… Я просто в отчаянии! Господин Помидор, позвольте слегка опереться на вас.
— Что-о? Что вы такое говорите? Разве вы не бамбук!
— Вы это серьезно?
— Ну, полно, полно, не надо так расстраиваться. Ну похудели немного, с кем не бывает, в такую жару это так естественно. Зато в вас столько изящества! Я слышал, как наш хозяин говорил, что вы напоминаете ему банановое дерево. Думаю, он к вам неравнодушен.
— Да он просто насмехается надо мной, а все потому, что у меня только листья с каждым днем становятся все длиннее и ничего более. Наш хозяин человек совершенно безответственный. Мне так жалко его жену! Она все хлопочет вокруг меня, бедняжка, а у меня все в рост уходит, я ничуть не толстею. А вы, господин Помидор, вроде все-таки готовитесь порадовать нас плодами.
— Хм, да, похоже на то… Я ведь из простых и готов приносить плоды, даже если за мной не ухаживают вовсе. Не презирайте меня за это, ладно? Хозяйка-то наша ко мне расположена. А плоды — это у меня вроде бицепсов. Посмотрите-ка, вот я поднатужусь, видите, как они вздуваются? Еще немного поднатужусь, и они покраснеют. Вот только что-то я совсем растрепался, хорошо бы подстричься.

Росток грецкого ореха
— Я так одинок! Конечно, большой талант созревает поздно, и в своем будущем я уверен. Но как хочется поскорее вырасти, ну, хотя бы настолько, чтобы по моему стволу могли взбираться гусеницы! Что ж, проведу и этот день в думах о возвышенном. Никто ведь и не подозревает о том, к какому благородному роду я принадлежу!

Росток шелковой акации
— Что он там бормочет, этот малютка-орех? Вот нытик! Не исключено, что у него еще и дурные наклонности. Представляю себе, какие гадости он станет говорить, когда я расцвету.
Надо с ним поосторожнее. Ой, кто это меня щиплет за зад? Наверняка малютка-сосед! От горшка два вершка, а корень отрастил как у взрослого. «Думы о возвышенном» — ну и мерзавец! Лучше сделаю вид, будто ничего не замечаю. Сложу листья, будто сплю. Вот так… Конечно, пока у меня всего два листа, но увидите, какие красивые цветы у меня будут лет через пять!

Морковь
— Будут или нет, пока об этом рано говорить. Нет, извините, я никакой не сорняк, я морковь. Правда, я что-то совсем не расту, какой была месяц назад, такой и осталась. Наверное, вообще никогда не вырасту. Уродина уродиной. Эй, кто-нибудь выдерните меня, сделайте милость. Просто кошмар! Ха-ха-ха! И смех какой-то дурацкий! (- у этих японских растений вечно какие-то комплексы. – germiones_muzh.)

Редька
— Эта почва никуда не годится. Камень на камне, я не могу вытянуть свою белую ногу. К тому же она стала какая-то волосатая. Сделаю-ка вид, что я простой лопух. Откровенно говоря, мне все равно, что со мной будет.

Росток хлопчатника
— Я такой маленький, но, говорят, из меня может выйти целое одеяло. Интересно, правда ли это? Ужасно люблю подтрунивать над самим собой. Не презирайте меня, ладно?

Луффа (- лианистый овощ семейства тыквенных, но плоды похожи на длинный огурец. Съедобны – и еще изних делают мочалки. – germiones_muzh.)
— Да, вот так, значит, теперь сюда, потом сюда, вот за это уцепиться. Ничего себе стенка! Шею можно свернуть, обвиваясь вокруг нее. А все дело в том, что когда наш хозяин сооружал ее, он вдрызг разругался с женой. Жена его все пилила да пилила, и наконец этот дурак взялся за ум и принялся с серьезной миной на лице мастерить стенку. Только ничего хорошего у неумехи не вышло, и жена стала над ним смеяться, тогда он совсем рассвирепел, так что даже вспотел, и начал брюзжать, как всегда, делай, мол, сама, стенка для луффы — предмет роскоши, при нашем образе жизни мы не можем себе это позволить… Жена попробовала подойти с другой стороны и разжалобить его: «Ты, конечно, прав, но хотя бы стенку для луффы мы можем иметь. Так прекрасно, когда в бедном доме есть стенка для луффы, это просто как чудо. Ну, пожалуйста, я так давно о ней мечтаю, ты даже не представляешь, какая это для меня радость…» — нудила она, и хозяину пришлось снова взяться за дело. Он ведь немного подкаблучник, наш хозяин. К тому же он терпеть не может ссор. Да-а, теперь значит сюда, потом сюда и вот за это зацепиться… Дрянная стенка, ничего не скажешь. Как будто нарочно постарался сделать так, чтобы не за что было цепляться! Зачем тогда вообще она нужна? А может, просто я луффа-неудачница?

Роза и Лук
— В этом саду я, разумеется, королева. Ну, пусть я сейчас грязновата, да и листья какие-то тусклые, но ведь совсем недавно я была вся в цветах, их было больше десятка. Помню, как восхищались соседки: «Красота-то какая», а хозяин, услыхав, непременно сразу же выходил из дома и так неловко им кивал, что я просто не знала куда деваться от стыда. Не пойму, может, у него с головой не все в порядке? Вообще-то хозяин обо мне очень заботится, но все делает неправильно. Когда меня начинает мучить жажда и я опускаю листья, он, всполошившись, набрасывается с попреками на жену, а сам и пальцем не пошевелит. В довершение всего, он вдруг взял и ни с того ни с сего оборвал все самые лучшие мои бутоны, будто вдруг взбесился. Да еще и приговаривал при этом с совершенно серьезным видом: «Вот, теперь, может, как-нибудь…» Я только горько улыбалась. Что поделаешь, если у него с головой не все в порядке? Если бы он с такой жестокостью не оборвал мои бутоны, у меня было бы целых двадцать цветков! Но что теперь говорить? Я и так цвела из последних сил, потому так быстро и состарилась. Побыстрее бы умереть. Ой, а ты кто такой?
— Покорнейше прошу называть меня «драконий ус» (- рогоз узколистый. – germiones_muzh.).
— А разве ты не Лук?
— Значит, я разоблачен? Позор на мою голову! (- убей непонятно, чем рогоз лучше. Из него цыновки плетут. Разве только название… А! Рогоз высокий: луку таким небыть. - germiones_muzh.)
— Ну, зачем же ты так? Но какой ты тонкий!
— Да, позор на мою голову. Не пользоваться преимуществами своего местоположения… Ах, в другие времена… Впрочем, потерпевшему поражение полководцу не пристало болтать вздор. Прилягу вот здесь…

Стрелолист, на котором нет цветов
— Все живое умирает, таков закон. Расцветшее увядает. Интересно, я еще буду меняться? (- он надеется на буддийские реинкарнации? – germiones_muzh.)

арабы и верблюды

я намерен обойтись здесь без сексуальных коннотаций. Уж извините:)
С незапамятных времен верблюд для араба был всем. Араб ездил на нем и возил свое имущество; ел верблюжатину и пил верблюжье молоко, одевался в него и жил в нем - шатер бедуина из верблюжьей шерсти. Бедуин впустыне даже нож мог сделать из кости верблюда. И выжить. А традиционным главным блюдом на арабской свадьбе считался запеченный целиком верблюд, фаршированный баранами, фаршированными курами, фаршированными рыбой, фаршированной яицами...
Верблюд в арабской поэзии - символ терпения, упорства, бескорыстной любви к своему ребенку. Арабы называют верблюдов шестью тысячами слов своего языка.
В Саудовской Аравии ежегодно проводят соревнование "кораблей пустыни" по 439 категориям! Цена чемпионов доходит до двух миоллионов баксов.
Недаром весь этот полуостров в древности называли Страной Верблюдов.

(no subject)

сегодня Духов день - день особый и опасный. И начинается русальная неделя, когда русалки выходят из вод вести хороводы и заманивать людей впучину... Расскажу-ка я вам про русалок