July 12th, 2018

АЛЬБИЙ ТИБУЛЛ (ок.50 - 19 до н.э. прозван "отчищенным и изящным". высокой очистки Тибулл)

Был я суров и не раз говорил, что разрыв мне не страшен;
Но как далёко теперь слава дерзаний моих!
Ныне мечусь, как по ровной земле под мальчишечьей плетью
Неугомонный волчок, пущенный ловкой рукой.
Гордого жги и пытай, чтобы слов хвастливых ни разу
Он не посмел повторить; грубые речи уйми.
Но пощади мою жизнь! Я тайною нашего ложа,
Лаской Венеры молю и поцелуем любви.
Помни, я тот, кто тебя во время тяжелой болезни
Спас (это ведомо всем) жаркой молитвой своей:
Сам вкруг постели твоей курил очистительной серой
В час, как звучал над тобой заговор ведьмы седой;
Сам я, чтоб страшные сны тебе не вредили, старался:
Сыпал священной мукой, трижды свершая обряд;
Сам я, повязку надев и тунику свою распустивши,
Тривии в тихой ночи девять обетов вознес.
Все это я совершил; но любовь — другой пожинает,
Рвет он, счастливец, плоды пылких молений моих.
Я же, безумец, мечтал о безоблачной жизни с тобою
В день, как поправишься ты, но воспротивился бог;
Думал в деревне я жить, где Делия (- это – она. – germiones_muzh.) — страж урожая,
Где под палящим лучом жатву молотят мою;
Будет мой виноград хранить она в полных корытах,
Пеной сверкающий сок, выжатый быстрой ногой;
Скот привыкнет считать, и привыкнет резвиться со смехом
Маленький раб (- сын. – germiones_muzh.) на груди милой хозяйки своей;
Богу она воздавать приучится: грозди — за лозы,
Колос — за тучный посев, жертвенный пир — за стада;
Всеми пусть правит она, обо всем пусть заботится в доме,
Я же в хозяйстве моем рад оставаться ничем.
Скоро приедет туда Мессала, и яблок румяных
Нашему гостю нарвет Делия с лучших дерев.
Славного мужа (тоесть героя. – germiones_muzh.) почтив, сама пусть обед приготовит
И, хлопоча, как слуга блюда ему подает.
Так я мечтал, но, увы, по Армении благоуханной
Эвр разносит и Нот (- ветры. – germiones_muzh.) эти пустые мечты!
Часто заботы свои развеять вином я пытался,
Но превращала тоска в слезы хмельное вино;
Часто других обнимал, но Венера при первых же ласках,
Имя шепнув госпожи, вмиг охлаждала мой пыл;
Женщины, прочь уходя, кричали, что проклят я, верно,
Стали шептать, — о позор! — что я в колдунью влюблен.
Я не заклятьем сражен, но рук и лица красотою,
Золотом светлых кудрей нежно любимой моей.
Нет, не прекрасней тебя была голубая Фетида
В час, как послушный дельфин с нею к Пелею спешил.
То погубило меня, что нашелся богатый любовник:
Ах, на погибель мою хитрая сводня пришла!
Пусть она жрет кровавую снедь и, ртом обагренным
К горькому кубку прильнув, пьет ядовитую желчь;
Пусть, проклиная свой рок, вкруг ведьмы тени витают,
С крыши пускай на нее кличет неистовый сыч;
Пусть на кладбищах она коренья от голода ищет,
Мертвые кости пускай — волчьи объедки грызет;
С голыми бедрами пусть, завывая, по городу бродит,
Следом же мчится за ней свора взбесившихся псов.
Сбудется так: мне знаки даны; за любовника — боги,
Грозно Венера отмстит тем, кто нарушил закон.
Ты же забудь поскорей шептанья корыстные сводни:
Верь, от обильных даров в сердце скудеет любовь.
Бедный любовник всегда исполнит твои приказанья,
Будет угадывать их, нежно привязан к тебе;
Бедный в огромной толпе поможет, как спутник надежный
Руку протянет тебе, мигом дорогу пробьет;
Бедный проводит тайком и к другим друзьям сокровенным,
С ног белоснежных твоих снимет сандалии сам…
Горе! Зачем я пою? От слов не откроются двери:
Надо стучаться рукой, полной монет золотых.
Ты, кто сейчас предпочтен, такой же судьбы опасайся:
Кружит Фортуна шутя легким своим колесом.
Кто-то ретивый не зря появляется вдруг на пороге,
Подстерегает ее и убегает, таясь,
Делает вид, будто мимо спешит, но снова подходит
И, одиноко бродя, кашляет возле дверей.
Знать не дано нам козней любви! Так что ж, пока можешь,
Пользуйся счастьем: твой челн гладью спокойной плывет.

(no subject)

счастлив только гадкий утенок. У него есть время подумать в одиночестве над смыслом жизни, дружбы, почитать книгу, оказать помощь другим людям. Так он становится лебедем. Только нужно терпение! (Марлен Дитрих)
- рискну рекомендовать книжку Дитрих "Размышления", и вот именно блять впереводе Майи Кристалинской. На мой ум, самом близком.

нанотехнологии древнего Китая против Вэя Черное Яицо (V в. до н.э., Поднебесная)

Вэй Черное Яйцо из-за тайной ненависти убил Цю Ясного и сын Ясного - Верный, задумал [ему] отомстить. Духом Верный был очень силен, но телом слишком слаб: ел по зернышку, ходил [лишь] при попутном ветре. Даже в гневе не мог поднять оружие, чтобы отомстить. [Но], стыдясь прибегнуть к чужой помощи, [он] поклялся расправиться с Черным Яйцом своей рукой.
Черное же Яйцо превосходил всех дерзостью и отвагой, силой противостоял сотне мужей, [крепостью] суставов и костей, мускулов и кожи даже не походил на человека: вытянутой шеей отражал [удар] мяча, обнаженной грудью - стрелу. Лезвие и острие гнулись и ломались, а на теле [у него] не оставалось ни царапины, ни шрама. Зная свою силу, [он] смотрел на Верного, как на цыпленка.
- Что ты думаешь делать? - спросил у Верного его друг, Советчик Шэнь. - Ты так оскорблен, а он так пренебрегает тобой.
- Хочу, чтобы ты мне посоветовал, - проливая слезы, ответил Верный.
- Слышал я, что предок Великого Совершенного из царства Вэй (- Вэй образовалось в 445 до н.э. в ходе распада царства Цзинь. - germiones_muzh.) добыл драгоценный меч иньского царя (- династия Инь прекратилась в результате битвы при Муе в 1046 до н.э. Большинство воинов не стало сражаться за царя Чжоу Синя. - germiones_muzh.). С таким мечом один отрок способен отразить три армии. Не попросить ли у него [этот меч]? - сказал Советчик.
Верный отправился в Вэй и увиделся с Великим Совершенным. Поклонился ему, точно раб-возница, попросил принять в дар жену и детей, а затем обратился со своей просьбой.
- У меня три меча, выбирай любой, - ответил ему Великий Совершенный. - Но ни одним нельзя убить человека. Сначала расскажу тебе о них. Первый называется Таящий свет. Смотришь на него - и [его] не видишь, взмахнешь им - и не знаешь, коснулся он чего-либо или нет; прозрачен и не имеет граней, рассекает [тело], а тело ничего не ощущает. Второй называется Принявший тень. Если всматриваться в него с северной стороны при смене предрассветного мрака утренней зарей или в сумерках - на грани дня и ночи,
то что-то увидишь, но формы не разберешь. [Когда] он кого-то коснется, издает будто украдкой тихий звон, но тело не ощущает боли. Третий называется Закаленный ночью. При свете дня видна его тень, блеска не видно; ночью он блестит, но не видна форма. Коснувшись тела, рассекает его с треском, но рана сразу же заживает, остается лишь боль, к лезвию кровь не пристает. Эти три сокровища передавались [в нашем роду] уже тринадцать поколений, но в деле не бывали. Спрятаны в ларце, и даже печати [с них] не снимали.
- И все-таки я должен попросить [у вас] последний, - сказал Верный.
Тут Великий Совершенный вернул ему жену и детей, постился с ним вместе семь дней и на грани вечерней зари и ночной темноты, опустившись на колени, вручил ему меч Закаленный ночью. Верный принял его, дважды поклонился и возвратился домой.
И тогда Верный отправился с мечом к Черному Яйцу. Тот, как раз опьянев, лежал навзничь под окном. [Верный] трижды разрубил его от шеи до поясницы, но Черное Яйцо не проснулся. Думая, что он мертв, Верный поспешил уйти, но у ворот встретил сына Черного Яйца и трижды его рубанул, рассекая, будто воздух. Сын Черного Яйца расхохотался и спросил:
- Что ты так глупо трижды меня поманил?
Тут Верный понял, что [таким] мечом не убить человека, и, тяжко вздыхая, пошел домой.
Проснувшись, Черное Яйцо рассердился на свою жену:
- Оставила меня, пьяного, непокрытым. Вот у меня и заболело горло, заломило поясницу!
Сын же его сказал:
- Недавно приходил Верный, встретился со мной в воротах, трижды меня поманил, и у меня также заболело все тело, а конечности онемели. Он нас сокрушил!

ЛЕЦЗЫ V - IV вв. до н.э.