November 29th, 2017

раб Куллерво. III серия - заключительная

…так и растерзали медведи и волки злую кузнечиху.
А бездомный раб, пастух Куллерво, убежал в лес.
Долго скитался Куллерво по темному лесу.
Не разбирая дороги, брел он дремучей чащей, по крутым склонам холмов, через топкие болота.
Весь день он шел, а куда — и сам не знал. Ни дома у него, ни родни. Один он был на свете, — словно чайка среди морских волн, как орел на пустынном утесе.
Наконец упал Куллерво на землю и горько заплакал. Цветам и деревьям жалуется бездомный раб на свою несчастливую жизнь:
— Кто на родину стремится,
Кто идет под кров родимый,
Мне же темный лес — отчизна,
Поле — вот мое жилище,
Мой очаг — студеный ветер,
Дождик баню заменяет.
Что мне с жизнью подарили?
Потерял отца я в детстве,
Мать в младенчестве утратил,
Весь погиб наш род великий.
Что мне с жизнью подарили?
Лишь сапожки ледяные
Да чулочки снеговые
И на голый лед пустили,
По мосткам пустили шатким,
По мосткам среди трясины,
Чтоб свалился я в болото!
Солнце ласточке сияет,
Воробью блистает солнце,
Всех ласкает золотое,
Только мне оно не светит,
Никогда меня не греет,
Никогда мне нет веселья!

Плачет Куллерво, и с ним вместе плачет вся зеленая лужайка. Склонились к земле молодые травы, поникли ветвями старые деревья.
В ту пору шла лесной чащей старушка.
Видит она — сидит на зеленой кочке юноша, красивый, золотоволосый, в синих чулочках, в красных башмаках. Узнала она в нем сына Калерво, подошла поближе и говорит:
— Не плачь, Куллерво, не горюй, сын Калерво! Может, не пропал ваш славный род и живы еще твои отец с матерью.
От радости громко забилось сердце Куллерво.
— Скажи мне, милая старушка, где искать их, куда идти?
Отвечает ему старая:
— Не ближний это свет! Сначала лесом иди — все прямо и прямо, один день, и другой, и третий. А когда выйдешь из лесу, увидишь ты высокую гору. Обойдешь гору — и речку увидишь. Там за тремя порогами, на краю песчаной косы стоит рыбачья избушка. Слышала я от людей, что укрылись в ней твой отец с матушкой, твои братья с сестрами.
И вот отправился Куллерво в путь. Идет он лесом день, и другой, а когда кончился третий день — тогда и лес кончился.
Обошел Куллерво гору, миновал три порога и увидел на песчаном мысу рыбачью хижину.
Постучал Куллерво в окно — никто на его стук не откликнулся.
Позвал он отца с матерью — не вышли они на порог, чтобы обнять сына.
Открыл он дверь — пусто в избушке, мертво.
Протянул руку к очагу — черные в очаге угли. Нет в доме хозяйки. Умерла его бедная матушка.
Притронулся к печке — холод идет от каменных плит. Нет в доме хозяина. Умер его бедный отец.
Оглядел Куллерво горницу — давно уже не метен пол. Нет в живых его милых сестер.
На пристань пошел — и там пусто. Не стоят у деревянных катков лодки, и сети не сушатся на берегу. Видно, некому больше рыбачить, нет на свете его дорогих братьев.
Посмотрел Куллерво на свой разоренный дом, и чернее угля стали его мысли.
«Нет, не хочу я, как опавший лист, тонуть в болоте, — думает Куллерво. — Не буду я, как гнилые мостки, вязнуть в трясине. Еще не наказан злой Унтамо. Еще не расплатился я с ним за смерть отца, за страдания матери, за погибель своего рода».
Идет Куллерво по лугам и рощам, по лесам и холмам и громко грубит в свой рог:
— Выходи мериться мечами, Унтамо!
Вышел Унтамо на его зов. А с ним вместе сто воинов с мечами, тысяча мужей с копьями.
Один с целым войском сразился Куллерво.
Никто не ушел от его меча. (- вот это он выдал соляк! Бревнами, что ли их завалил? Или утопил в болоте? - germiones_muzh.) И сам Куллерво упал на землю, пораженный вражьими копьями.
Тогда в последний раз вынул Куллерво свой меч и говорит ему:
— Хорошо ты послужил мне, добрый клинок! Сослужишь ли мне еще одну, последнюю службу? Тысячу ран нанесли мне враги, но не хочу я умирать от злых вражьих рук.
Понял верный клинок, о чем просит его Куллерво, и отвечает:
— Никогда я тебе, хозяин, не изменял. Сослужу тебе и эту, последнюю службу.
И вот поставил Куллерво свой стальной меч рукояткой на землю и упал грудью на острый клинок, смело бросился навстречу смерти.
Так кончил свою жизнь бедный раб, так погиб бесстрашный герой Куллерво.

«КАЛЕВАЛА» в пересказе ЛЮБАРСКОЙ

(no subject)

ОСТАВЬ ИСКАТЬ СУЕТУ, ПОКА ОНА ТЕБЯ НЕ ОСТАВИТ. (Святитель Тихон Задонский)

ДЖОАНН ХАРРИС

МЕСТО ПОД СОЛНЦЕМ

я не жадная. Честно. Мне только и нужно, что место под солнцем: хорошенький кусочек, четыре на шесть футов; место для полотенца, косметички, шезлонга, солнцезащитного крема. Горячий песок, шум прибоя, дизайнерские солнечные очки, волшебный запах соли и кокоса. Это место называется Платиновые пески™, Пляж Пляжей, высшее наслаждение солнцем. Так и есть: там настоящие пальмы скрывают забор по периметру, фильтры вылавливают нежелательных посетителей, очистители воздуха дают свежесть круглый год и спасатели класса «А» следят с двух сторожевых вышек за постоянным соблюдением обязательного для Платиновых песков™ свода строгих правил.
Конечно, в этой зоне нигде не валяется мусор (любое нарушение влечет за собой автоматическое понижение класса). Водоросли, камни и пляжная живность проходят строжайший отбор, их исследуют и при необходимости удаляют. Конечно, природная естественность до определенной степени поощряется, но только не в ущерб эстетике. В конце концов, Прекрасность – и право, и почетный долг обитателя Платиновых песков™, а обязанность правления – поддерживать эти стандарты на высоком уровне.
Я очень одобряю эту политику. Более того, я ее всем сердцем поддерживаю; в конце концов, правила есть правила, а без них Платиновых песков и не было бы. Я видела рекламу. Я знаю, что они из себя представляют. Не живьем, конечно, – у меня серебряная карточка, поэтому меня пускают только на Серебряные пески™, там, конечно, очень мило, но совсем не так эксклюзивно. Но я не жалуюсь. Я почти два года стояла в очереди на Серебряные пески, пока не прошла отбор, и день, когда я впервые заняла место на Серебряных песках™, был счастливейшим днем моей жизни. Конечно, пальмы там пластиковые и эстетические требования не такие строгие, но большую часть времени даже и не скажешь, что ты на Серебряных песках™, разве что ветер подует с Общедоступного пляжа, расположенного дальше по берегу, и принесет запах пота, сточной ямы и дешевого лосьона для загара – тогда только вспоминаешь. Подумайте, как ужасно на Общедоступном пляже: ни отбора купальщиков, ни спасателей, ни пальм, ни ограды, ни сеток. Туда ходят совершенно все, кто хочет, и безобразность попадается так часто, что никто даже не обращает на нее внимания.
На Общедоступном пляже каких только уродов не встретишь: толстые женщины, волосатые женщины, беременные женщины, женщины в полиэстеровых слаксах. И мужчины не лучше: бледные мужчины, пухлые мужчины, лысые татуированные мужчины, седеющие мужчины с кожей, как гофрированная бумага. Просто ужас какой-то. Все равно что в какой-нибудь развивающейся стране. Некоторые, бедняжки, пытаются выбраться оттуда: например, Таня, с которой мы раньше жили на одной улице. Платиновая блондинка, девять стоунов четыре фунта (- около 60 кило веса всего-то. Видна работа над собой! – germiones_muzh.), две подтяжки лица, увеличение груди, липосакция, наращивание волос, подтяжка живота – и она все еще ждет своей серебряной карточки. Она знает, что ходит по краю: эти подпольные пластические хирурги, может, и дешево берут, но в итоге за все приходится расплачиваться так или иначе; в ее случае – отвислой задницей и безобразной складкой плоти как раз над линией бикини, какую не пропустит ни один инспектор. На Общедоступном пляже она еще может как-то вывернуться с помощью закрытого купальника, но у Серебряного пляжа есть свои стандарты. Как говорится, «вываливай или проваливай», и, я думаю, всем ясно, что Таня провалилась навсегда. По моим подсчетам, она еще года три будет расплачиваться за предыдущие операции; а к тому времени, скорее всего, уже по возрасту не пройдет на Серебряный пляж, даже если ей удастся сделать нормальную бразильскую эпиляцию воском.
Я бы ей помогла, конечно. Но не могу, я теперь живу в Серебряной квартире, и люди заметят, если я начну околачиваться на Общедоступном пляже. Мне могут даже понизить класс, а этого я не переживу. Кроме того, мне каждый день приходится проходить Проверку Прекрасности, и поверьте, это не даром дается.
Эпиляция воском, полировка ногтей, маникюр, массаж; час в спортзале каждое утро и еще час у парикмахера – не говоря уже о самом пляже. На Серебряных песках™ загар по всему телу обязателен, и если на теле увидят хоть контур бретельки, могут понизить класс прямо на месте. А еще пляжный волейбол, плавание, упражнения на осанку – все это не так просто, потому что теперь мне приходится носить каблуки. И все это – лишь поддержание себя в порядке.
Конечно, на Золотых песках™ и на Платиновых™ еще труднее. Моя лучшая подруга Люсида месяц назад сдала на Золотую карточку, так что я, конечно, теперь вижу ее гораздо реже, но мы все же иногда разговариваем по телефону, с тех пор как ей сняли бинты. По ее рассказам, там все так гламурно. Настоящие пальмы, в волейбол играют топлес, коктейли на пляже… Правда, темный загар на Золотом не принят, там обязателен солнцезащитный крем с фактором не меньше 15, и официально допускается только пять оттенков (Капучино, Киноварь, Колонок, Поцелуй солнца и Персик). На Серебряном, конечно, интенсивность загара не ограничивается (я где-то между Капучино и Шоколадкой, так что мне придется над этим поработать), но, в любом случае, надо поберечься от морщинок, если я хочу подняться еще классом выше. С тех пор как Люсида получила золото, она считает, что Серебряный пляж – это очень пошло: цветные купальники, подумать только! А эти пластиковые пальмы! На Золотых песках™ все купальники и плавки только черные, это, конечно, шикарно, но (осмелюсь заметить) скучновато. На Платиновом пляже все купальные принадлежности – телесного цвета, как балетная одежда, так что никакого уродства не скрыть.
Надо признать, что на Люсиду я в последнее время слегка в обиде. На Серебряном пляже мы были в таких хороших отношениях, даже волосы себе наращивали одинаково и покупали одинаковые бикини. Теперь у нее короткая стрижка, она похудела на стоун и думает, что блондинкой быть пошло. И еще мне кажется, что она отфильтровывает мои звонки: я уверена, что вчера вечером сквозь запись на автоответчике прорывался смех. Боже мой, а вдруг она теперь и меня считает пошлой; она всегда любила задирать нос, даже до того, как над ним поработал пластический хирург.
И все же я уверена, что попаду на Золотые пески™, если постараюсь; у меня, слава богу, хороший рост, но зубы надо поправить и похудеть до восьми стоунов, чтобы уложиться в нормы стройности. Конечно, можно сделать липосакцию, но это дорого и не всегда действенно – видите, что случилось с бедняжкой Таней. Ну ничего, в крайнем случае я могу начать курить, главное – не бросать окурки на пляже; и если урезать калорийность дневного рациона еще на две сотни – тогда останется четыреста, – то, наверное, к концу месяца я дойду до восьми стоунов.
Теперь лицо. На прошлой проверке инспектор сказал, что мое лицо тянет почти на Платиновый стандарт, если не считать носа, так что подтяжку мне можно не делать еще года два. Это хорошо. Остаются сиськи. С ними я все равно собиралась что-то делать:
32С – недостаточно для Золотого пляжа и уж совсем мало для Платинового. Кроме того, эти крохотные бикини телесного цвета, которые носят на Платиновых песках™, ничего не поддерживают, а вы знаете, как отвисают настоящие сиськи. Ужас. Сиськи моей матушки почти тянут на Золотые, а она их переделывала больше года назад, и все оплатила заблаговременно купленная ею Страховка Прекрасности – вот как важно обо всем вовремя позаботиться.
Маман, конечно, думает, что мне еще рано увеличивать грудь. Всегда успеешь, говорит она, потом, попозже, но она вообще уже слишком старая для пляжа и не понимает, как мало времени осталось у моего поколения. И в конце концов, у нее есть я; слабое утешение, конечно, за растяжки на животе и отвислую кожу. А у нас что есть? Ничего, кроме Пляжей. Ничего, кроме троякого долга – Добиваться Прекрасности, Стремиться к Возвышению и Быть Примерным Гражданином. Поймите меня правильно. Я тоже когда-нибудь выйду замуж. Может, даже детей рожу – сейчас можно сделать кесарево сечение, операцию по увеличению груди и подтяжку живота в один заход, чтобы лишних шрамов не оставалось. Но представьте себе, какой позор – выйти замуж за парня с Общедоступного. Даже Серебряные уже как-то не привлекают с тех пор, как я получила возможность заглянуть через решетку на Золотой пляж, с тех пор, как увидела в рекламе Платиновые пески™ и бронзовых, накачанных купальщиков, которые лежат на полотенцах от Луи Вуитона и рассматривают мимоидущих девушек.
«Но ты ведь уже такая хорошенькая! – жалобно говорит Таня. – Ты могла бы познакомиться с любым симпатичным мальчиком». Ей не понять. «Симпатичный» – этого недостаточно. Даже «хорошенький» – очень сомнительный комплимент для человека, стремящегося к Прекрасности. Дело даже не в пляже и настоящих пальмах; и даже не в эксклюзивных пАти и одежде от лучших модельеров. Главное – ощущение, что ты этого достигла; сознание, что ты прошла весь путь от Прекрасности к Совершенству. Держатель Платиновой карточки живет в мире вечных наслаждений; никаких препятствий для него не существует; любые намеки на некрасивость безжалостно исторгаются. Платиновой девушке не надо работать; ее обязанность – уход за собой, и эта обязанность поглощает все ее время. У Платиновой девушки не может быть ни прыщика, ни пятнышка. Платиновая девушка – глянцевая, ухоженная, эпилированная, накрашенная, дорогая, невероятно прекрасная в своих невероятно прекрасных одеждах. Она бесконечно сексуальна, она – предмет высшего вожделения, она прекрасна и любима. Разве я могу довольствоваться меньшим? Как вообще можно довольствоваться меньшим?
Но время играет против меня. Через несколько лет я буду слишком стара для Пляжей, ведь молодость и свежесть – первое и главное требование. Никому не охота глядеть на увядшую плоть, а любая операция дает лишь временный результат. Теперь я понимаю, что слишком много времени провела в Серебряной очереди. Потеряла целых два года на всякую ерунду, в то время как мои подруги зарабатывали себе Золотые карточки, накручивали необходимые часы в спортзалах и косметических салонах и возлежали на пляжах, как юные богини. Теперь мне придется работать изо всех сил, чтобы их догнать. Я знаю, что полностью нагнать мне не удастся, но меня уже поставили на очередь на Золотую карточку (при условии, что я проделаю оговоренные операции); я заказала себе новый нос и коплю карманные деньги на увеличение груди. Мать против, но что она понимает? Кроме того, мне уже тринадцатый год. Нельзя тянуть, а то будет слишком поздно.

плотник Франсиско Ромеро - изобретатель мулеты (Испанья, коррида, 1726)

дело было в белостенной Ронде (город над пропастью в сладкой Малаге).
Коррида издревле - любимая потеха Испании. Но в старые времена с быками состязались только конные - кабальеро. Благородные доны на дорогих берберийских скакунах сажали живой шашлык на копье под восторженные крики простонародья. - Или шашлык сажал на рога их...
Так и случилось в Ронде в 1726, если повар нам неврет, году. Горячий, как разогнанный паровоз, астурийский бычара вывалил кишки наружу красавцу коню - и придавленный идальго тщетно пытался выпростать ногу из-под седла. Бык рыл копытом землю, нацеливаясь. - Но из первых рядов на арену спрыгнул молодой плотник со шляпой в руке.
Только и оружия всего!
Франсиско Ромеро бросился к быку и нахлестал его шляпой по глазам. Увернулся и пошел в сторону, отвлекая его на себя. Бык пускал пену, ловя в прицел ненавистную шляпу.
- Торо, торро! - не давал ему вернуться к ковылявшему прочь дону взмокший Ромеро. - Я здесь, бык!
Когда бык бросается, он закрывает глаза.
И раз, и два, и три ушел от смерти плотник. Дразнил зверя изодранным головным убором... Но вот в другой руке его блеснула сталь! (Из зрительского зала была помощь? А может, кабальеро хромая обронил толедский клинок?) Не только гвозди умел забивать Ромеро. Человек шагнул вперед, опережая промедлившую скотину - и рухнул на колени заколотый бык.
Так плотник Франсиско Ромеро спас человека, изобрел отвлекающую мулету и открыл традицию пешего боя с быком. Стал первым матадором-тореро. Потом темже самым занялся его сын Хуан. Потом внук Педро...
Но это уже нетак интересно. Дорога ложка к обеду - ценна бескорыстная, внезапная инициатива. А продуманный профессиональный спорт дешевое дело рисовщиков перед лохами и крохоборов.