May 7th, 2017

(no subject)

людям государевым скажу одно. Вы чо же, думаете, что я низа что - просто так по факту, должен вас уважать? - А я вам ничего не должен. Ним я, ни мой отец, ни дед, который четыре года тянул пушки на себе на запад. Все просчитали, все указали, умные такие. А Ванька вытянет, правда? Ему положено - по погонам, по воротнику и по морде. А если не этот ванька, то другой - лейтенантов много. Главначпупс только один:)  Вот так умеете, но гением тут быть никчему. "Державные умы"! - Это вы мне должны, помните об этом. Но я копеек этих не спрошу у вас, мне не надо - делайте только свое дело честно. Как можете.
А Бог может, и простит.
Нас всех. Он умеет.
Порйду покурю пока

ЕВГЕНИЙ ХРАМОВ

Первый день

22 июня сорок первого года
на дачу, что мы снимали в это лето на Сходне,
ещё ни о чём не зная,
съехалось всё семейство:
отцы, и дети, и внуки.
Стол был ещё довоенный:
праздничный, изобильный,
с мраморной ветчиною,
весёлым промытым луком,
нежно мерцавшей сёмгой
и крутобокой редиской.
И довоенная водка
Добродушно желтела в графине...

И все за столом сидели.
Младшие – мы с сестрою.
Старшие – дед и бабка,
а в середине их дети,
наши дядья и тётки
с жёнами и мужьями.
Уже седой Петр Павлыч,
ещё не убитый Костя
и мамин брат дядя Саша –
со шпалами в алых петлицах.

И сначала всё было тихо,
и все говорили негромко.
А после громче и громче
и как-то... развеселились!
Как будто что-то прорвалось,
выяснилось, разрешилось!
(Наверное, было жутко,
жутко и непонятно
жить с фашистами в мире,
а теперь всё стало на место.)

И отец мой – он был самый штатский:
инженер-капитан запаса –
померанцевой выпил и крякнул:
«Ну, через месяц – в Берлине!»

А впрямь до Берлина было
от новой границы рядом:
шестьсот с небольшим километров,
как раз на месяц похода...

1979

АНТОНИО ВИВАЛЬДИ (1678—1741). "ЗИМА" (играет ИЕГУДИ МЕНУХИН + ЛФО с сэр ДЖОНОМ ПРИЧАРДОМ)

7 минут 39 секунд Вивальди.
(сделайте ГРОМКО)
https://www.youtube.com/watch?v=VHR8etsqpMM
те, кто думают, испорченные позднесовецким диапазоном "допуска", что Вивальди весь сладкий - его не знают. Вивальди - он как Апельсин: может быть и горьким. Главное - очень полный. Сочный. Круглоцикличен; идеи ничего не значит для него: он весь непосредственно - мгновение. И способен взрываться, как бомба (зацените ритурнели. Как по лезвию молний режутся невесомые ленты вечноткущейся материи мира)! - Но это прекрасно.
Потому что полон он жизнью.
- Той самой. Убегающей от нас.