April 17th, 2017

(объявление)

на светлой неделе в моем журналчике никого не убьют. - Я знаю, что многие читают его из-за описаний сражений, поединков и преступлений, которые у меня получаются неплохо. Но признаюсь вам честно, создание и даже комментирование готовых чужих картин об этом мне недешево стОит: роюсь в источниках, переживаю или доживаю вместе с героями... Это нервно. Я никогда никого не травил, а стреляли в меня последний раз аж почти три года назад; македонской сариссой не владею - по причине ее четырехметровости, тренироваться негде - и на слонах езжу редко. Чтоб в такое входить, нужно серьезное усилие. В утешение нордическим и ниппонским френдам сообщаю, что седмица это, увы, недолго: есть еще Цветная пятидесятница - король Артур и его рыцари Круглого стола отправлялись в приключения только по ее окончании:)
- Но приключения бывают и без крови. А для дам добавляются разновсякие бирюльки, балы да экзотизмы - пост окончен, можно.
Так что желаю вам счастья. Христос Воскрес!

первая проба

у нас у казаков положено бить крашеные яица друг другу об лоб. Вчерась у меня был одинокий ужин - и я впервые в жизни должен был тюкнуть себя сам. Яицо попалось упрямое: стукнул ажник три раза! Наверно, в соленом варили. Так что ощущенья сильные, прямо мозги в ответ колыхались.
Рекомендую всем! - А то ведь тюкнешь кого другого, он может и непонять...

малайский бинтуронг - фруктовый медвекот

вот вам замечательный зверь.
Бинтуронг живет в тропических джунглях от Индии до Филиппин - но имя его, вошедшее и в латинскую научную номенклатуру - малайское. И я представляю вам его малайцем. Усы у бинтуронга классные, типично малайские - белые, дыбом и встороны. - Семен Михалыч позавидует! Медвекотом - биркэтом его дразнят поанглийски. Живет на деревьях. Бинтуронг - виверра, родственник мангуста; когда вытянется в длину, очпохож. Но больше он любит растягиваться в ширину, напоминая тем самым подушку или мохнатый коврик. Ночной; косолап и таки неспешноленив. Шерсть его грубая, черная с сединой. Величественный мохнатый хвост - бинтуронг пользуется им как балансиром и зацепом, идя по веткам и лианам или свешиваясь с них. Он - единственное плацентарное животное Старого света, способное брать предметы хвостом. Яркоглаз, велеок - ночники все такие. Хищник, но как многие медведи, сладкоед и предпочитает фрукты. Может и птичку. Легко приручается и привязывается к человеку; мурлычет, косолапит следом... Может и показать когти (отличный набор! Бинтуронг нетрус - если на него наседать, неотступит ни перед двуногим, ни пред четвероногим врагом), ворчать и даже повыть. Но если увидите, как он, расположившись на плечах в виде живой горжетки на 9 - 15 кг, тянется холодным носом прикоснуться к вашему - поймете: он нежный.
Познакомился я с ним, к стыду своему, случайно - в журнале советника Фомы. У него же можете посмотреть фотки (у меня в журнале, как вы знаете, их по аскетическим причинам нет) - http://fomasovetnik.livejournal.com/1086565.html
Но вначале полюбуйтесь этой: http://static.diary.ru/userdir/1/0/6/6/1066590/76661761.jpg
- Несравненный:)!

АЛОИЗИЮС БЕРТРАН

ТРЕВОГА
не расстаюсь со своим карабином, как донья Инес не расстается с кольцом, подаренным ей ее возлюбленным.
испанская песня

окна постоялого двора с сидящим на кровле павлином загорались от полыхавшего вдали закатного солнца; лучезарная тропинка змейкой убегала в горы.

* * *
– Тише! Неужто не слышали? – спросил один из разбойников, прикладывая ухо к ставню.
– Это мой мул пукнул в конюшне, – ответил погонщик.
– Дурень! – воскликнул разбойник, – стану я из-за этого заряжать свой карабин? Тревога! Тревога! Слышите рожок? Это желтые драгуны.
(- практически невозможно датировать происходящие события по реалиям, указанным автором. Испанские драгуны были «желтыми» и в XVIII веке – после реформы Карлоса III – и в XIX… А может, и в начале XX – эта страна всегда была неторопливой на перемены. – germiones_muzh.)
И вдруг разноголосица, звон кубков, звуки гитары, смех служанок сменились такой тишиной, что слышно было, как летит муха.
Но оказалось, что протрубил всего лишь пастушечий рог. Прежде чем запрячь мулов и отправиться в путь, погонщики спокойно допили уже наполовину опорожненные бурдюки, а полусонные разбойники, с которыми тщетно заигрывали местные жирные красотки, взобрались на полати, позевывая от скуки и усталости.