November 27th, 2016

мажор, любовница и ее служанка. из РАЗГОВОРОВ ГЕТЕР

МИРТИЯ, ПАМФИЛ И ДОРИДА

Миртия. ты женишься, Памфил, на дочери судовладельца Филона и даже, говорят, уже женился? А все клятвы, которыми ты клялся, и слезы твои — все это сразу исчезло? Ты забыл свою Миртию, Памфил, и это теперь, когда я беременна вот уже на восьмом месяце. Только всего и приобрела я от твоей любви, что ты сделал мне такой живот, и мне скоро придется воспитывать ребенка, самое тяжелое дело для гетеры. Ведь я не подкину его, особенно если родится мальчик. Я назову его Памфилом, чтобы иметь утешение в любви, а он, когда-нибудь встретясь с тобой, будет упрекать тебя за то, что ты не остался верен его несчастной матери.
Не очень-то красивую девушку берешь ты в жены, — я видела ее недавно на празднике Тесмофорий с матерью, не зная еще, что из-за нее я никогда больше не увижу Памфила. Посмотри на нее раньше и погляди на ее лицо и глаза, чтобы не сердиться потом, если у нее окажутся слишком светлые и косые глаза, которые смотрят друг на друга; впрочем, раз ты видел отца невесты, Филона, — незачем видеть дочь.
Памфил. Долго мне еще придется слушать твои бредни, Миртия, о девушках и свадьбах у владельцев кораблей? Точно я знаю, красива или курноса чья-то невеста? Или что у Филона из Алопеки, — я думаю, ты говоришь о нем, — дочь достигла уже брачного возраста. Ведь он даже не друг моему отцу: я помню, он недавно судился с Филоном из-за какого-то контракта. Филон, кажется, был должен отцу талант (очень немало - 16,8 кг золота. Хорошо шли дела папашки Памфила, если он мог столько одалживать! – germiones_muzh.) и не хотел платить, а отец привлек его к морскому коммерческому суду, и Филон еле заплатил, но, как рассказывал отец, не весь долг.
Если бы я решил жениться, то разве после того как я отказался от дочери Демея, — бывшего в прошлом году стратегом, — вдобавок приходящейся мне двоюродной сестрой со стороны матери, я женился бы на дочери Филона? И откуда ты это слышала? Охота тебе, Миртия, с тенями сражаться, выдумывая себе пустые поводы к ревности?
Миртия. Так ты не женишься, Памфил?
Памфил. С ума ты сошла или пьяна, Миртия? А ведь вчера мы не очень много выпили.
Миртия. Это Дорида привела меня в отчаяние. Я ее послала купить мне шерсти на живот и помолиться за меня Родильнице (покровительница рожениц богинька Илифия – дочь Зевса и Геры. – germiones_muzh.). И встретилась ей, говорит, Лесбия… Но лучше ты сама, Дорида, расскажи, что ты слышала, если только ты не выдумала всего этого.
Дорида. Чтобы я пропала, хозяйка, если в чем-нибудь соврала! Когда я была подле пританея (государственный, или городской совет. – germiones_muzh.), встретилась мне Лесбия и говорит улыбаясь: "Любовник-то ваш, Памфил, женится на дочери Филона!" А на случай, если я не поверила бы, она послала меня заглянуть в ваш переулок, посмотреть, как все там в венках, флейтистки, шум, кто-то поет гименей (свадебный гимн. – germiones_muzh.).
Памфил. Ну и что же? Ты заглянула, Дорида?
Дорида. Еще бы! И увидела все, как она говорила.
Памфил. Я понимаю ошибку. Не все Лесбия тебе наврала, Дорида, и ты сказала Миртии правду. Только напрасно вы обеспокоились: свадьба ведь не у нас. Я теперь припоминаю то, что я слышал от матери вчера, когда вернулся от вас. "Памфил, — сказала она, — вот сверстник твой Хармид, сын Аристенета, соседа, уже стал благоразумен и женится, а ты до каких же пор будешь жить с любовницей!" Не вслушиваясь в ее слова, я крепко заснул. Потом рано поутру я ушел из дому, так что ничего не видел из того, что позднее видела Дорида. Если же ты не веришь, Дорида, пойди сейчас же и осмотри внимательно не переулок, а дверь, которая увенчана венком, — и ты найдешь, что это дверь соседа.
Миртия. Ты спас меня, Памфил: ведь я бы повесилась, если бы что-нибудь подобное случилось.
Памфил. Но ведь этого не случилось! И я не мог бы стать настолько безумным, чтобы забыть мою Миртию, особенно теперь, когда она мне вынашивает ребенка.

ЛУКИАН САМОСАТСКИЙ (II в. н.э.)

ДХРУВА ШУКЛА

ПРЯТКИ

девочки никогда не рассказывают, где прячутся...
Каждый вечер они играют в прятки. В каком-нибудь углу дома одна из них закрывает лицо руками и начинает считать до ста, а в это время вторая старается спрятаться где-нибудь в другом конце дома. Ей надо управиться прежде, чем закончится счет.
Он каждый день возвращается домой, когда уже стемнеет. Когда стучится в дверь, то слышит отзвуки игры в прятки — счет только начался. Младшая девочка считает. Старшая ищет, где спрятаться. Счет продолжается — время его возвращения домой и игры в прятки совпадает.
Когда счет заканчивается, жена открывает дверь — в доме тихо. Кто знает, куда спряталась старшая девочка. А младшая, крадучись, как кошка, направляется к кухне. Ему приходит в голову, что можно играть в прятки, даже если некуда спрятаться.
В кухне укрыться негде. Пшеница уже спряталась в закромах. Жена спрятала молоко от кошки. Куркума, соль, красный перец, чай и растительное масло — все припрятано, причем все на своем привычном месте. Сахар — в двух кувшинах. Он может найти один из них, и девочки тоже могут. Жена сосчитала до ста и спрятала второй кувшин туда, где только она может его найти. Баночка топленого масла, должно быть, где-то в таком же месте...
Нет ни одного уголка в доме, о котором не знали бы все члены семьи. Но каждый убежден, что только ему известно, где лежит спрятанная им вещь. Жена знает, что где лежит, но иногда прячет вещи так хорошо, что сама не может их найти. Когда же начинает искать то, что сама спрятала, можно подумать, будто она грабит собственный дом. Потому и производит поиски только тогда, когда никто не видит. Боится, что, если эти секретные тайники будут обнаружены, ей больше не удастся найти другого укромного места.
Он тоже знает в доме все закоулки и укромные уголки, где среди вещей нередко прячется его жена, и притворяется, что не знает этих вещей и не замечает, как никогда не замечал. Потайные места и вещи, спрятанные там, — разве все о них не прочитывается на лице у жены?
Он испытывает жажду. Жажда похожа на спрятавшееся желание, которое хочет проявиться. Попросив воды, видит за открытой дверцей холодильника озябшие продукты, пойманные в ловушку,— и те словно стремятся вырваться из нее. Он пьет воду, поспешно заталкивая жажду туда, откуда она появилась. Видит напуганные фрукты и овощи, спрятанные в холодильнике из опасения, что они испортятся; когда их трогают, они ежатся.
Еще подумал: как редко люди прикасаются к вещам, которые им наиболее дороги. Прячут — из боязни, что к ним кто-то может прикоснуться. Кто знает, что это будут за руки! Бывают ведь такие, что едва дотронутся до какого-либо предмета, тот становится грязным, никнет. Может быть, боятся, что в протянутых к ним руках притаился нож; они угадывают скрытое вероломство рук. Вот и создается впечатление, что усталые овощи с базара страстно желают спрятаться в холодильнике. Хотят сделать передышку, прежде чем отправиться на костер. Сорванные и спрятанные в сумке, фрукты, наверное, вспоминают дерево, на котором росли. Нахохленные, они кажутся погруженными в глубокую печаль: еще недавно они прятались в листве, думая, что находятся в укрытии и никто их не найдет. Но ветер помогает обнаружить любое укрытие.
Внезапный порыв ветра — и все двери в доме начали хлопать. Они открывались и закрывались, закрывались и открывались, как будто дом пытался спастись от опустошения и сопротивлялся, чтобы не улететь. Но когда дует ветер, ничто не может удержаться. Все начинает дрожать, взлетать в воздух, вещи сдвигаются со своих мест, они несутся, и не хватает рук, чтобы их поймать.
Даже один-единственный фрукт не может вместить пара рук, хотя карта всей человеческой жизни, которую невозможно постичь, сокрыта на ладони. Огромная карта на микроскопически малом пространстве! Напоминающая карту дерева, запечатленную в семени. Пожимая друг другу руки, люди словно обмениваются планами на жизнь. Но руки быстро разъединяются. В них ничего не переходит. Ни одной прямой линии нет на ладони. Все они кривые, изогнутые и напоминают водосток, наполненный влагой. А где спрятаны линии жизни человека, у которого нет рук?..
Младшая девочка, обыскав кухню, обыскивает гостиную. В одном углу стоит обеденный стол, в другом — четыре стула. Три из них не заняты, а на четвертом сидит жена. По телевизору идет фильм.
Младшая девочка стала смотреть телевизор. Может быть, думает, что старшая прячется там. Обычно ведь она спрашивает, как люди умудряются прятаться за экраном. Он никогда не отвечает на эти вопросы. Он сам иногда боится телевизора — этот ящик в доме напоминает разбойника, который стоит на улице и исподтишка показывает нож; не наносит удара, но может кого угодно подчинить своей воле. Никто не смеет с ним спорить, все вынуждены принимать его условия. Младшая девочка пристально смотрит на экран, как будто старается обнаружить в бегущих кадрах старшую сестру и вытащить ее за волосы, едва та появится там.
Стрельба. Он вздрагивает. На улице град пуль. Город наполнен грохотом. Люди бегут к своим домам, пытаясь спрятаться. Но в обозримом пространстве нет места, где можно укрыться. Кругом полицейские, а не деревья. Магазины закрыты, владельцы прячутся за жалюзи.
Куда они прячутся? Где их потаенные места? Может быть, внутри их самих? Убийство должно прятаться в чьем-то сердце, прежде чем произойдет, так же, как прячутся желания, так же, как прячутся ревность и злоба, обнаруживая себя, едва представляется возможность. Тогда они уже не прячутся, а внезапно нападают. Взмывают, как пыль, спрятанная в вихре, и окружают со всех сторон.
Младшая девочка забралась на крышу. На маленькой крыше маленькие-маленькие цветочки улыбаются в цветочных горшках. Они никогда не прячут своих улыбок; никто не может спрятаться за ними. Что она делает на крыше? Может быть, ищет укромное место. Рассеиваясь в воздухе, запах цветов доносится до гостиной.
Ему приходит в голову мысль, что, когда ветер не дует какое-то время, начинаешь задыхаться. Но цветы сохраняют дыхание в своих стеблях, продолжая улыбаться, и кажется, что они останутся такими же до последнего вздоха. Когда они прячутся за листьями, то напоминают робких детей, которые не могут найти укромного места, чтобы спрятаться, и закрывают лицо руками. Или бегут спрятаться в коленях матери, и мать склоняется над ними, как ветвь.
Девочка бежит в кабинет. В комнате стоит большой книжный шкаф. Пространство, оставленное книгами, которые переместились на письменный стол, прячут другие книги. Как только освобождается место одной книги, две оставшиеся прижимаются друг к дружке, чтобы заполнить его. Создается впечатление, что одна книга спит, положив голову на плечо другой. Когда он берет одну из них почитать, кажется, что он нарушил ее крепкий сон. Как только он прикоснется к ней, ее страницы начинают вяло рассыпаться, как будто нарушается некая классическая гармония. Читая, он сразу, едва открывает книгу, тоже прячется. Прячется так, что потом надо искать самого себя.
Он видит младшую девочку, направляющуюся в спальню. Видит жену, которая, глядя на нее, улыбается. Может быть, она знает, что старшая девочка спряталась в спальне, где стоит большой платяной шкаф, в котором висят платья девочек и сари жены. Когда девочкам не удается спрятаться между платьями, они прячутся между сари.
Иногда жена соглашается поиграть с девочками в прятки. Когда она однажды укрылась в большом сундуке, то познакомилась с вещами, спрятанными там. Но не надолго. Так как тут же стала задыхаться. Пришлось открыть крышку сундука, чтобы туда могли проникнуть свежий воздух и свет. Среди вещей, которые там прятались или были спрятаны, нашлась игла для вышивания: когда вещи спрятаны надолго, они начинают колоться. Так или иначе — дают о себе знать. Когда никто не ищет вещи, они начинают искать людей — жена, наверное, сама спрятала иголку. И считала ее потерянной.
Он подумал: ничто не потеряно, а просто спрятано. Мы постоянно прячем вещи. Но даже когда они спрятаны, они остаются с нами. Их образ никогда не стирается из памяти. Даже порой забывая о них, мы потом их снова вспоминаем. Только те, кому случалось терять что-либо навсегда, могут понять, как это больно и обидно. Однако всегда найдутся люди, считающие: что потеряно, то потеряно.
Обе девочки обычно так увлечены игрой в прятки, что забывают о голоде и жажде. Но иногда в самом разгаре игры вдруг ощущают голод и тогда забывают о прятках и просят поесть. А после еды, если на ум не приходит та же самая игра, играют во что-то другое.
Младшая девочка вышла из спальни и стала искать что-нибудь поесть. Она достает еду, с утра спрятанную в холодильнике. Жена, увидев, немедленно отгоняет ее: ведь в холодильнике обязательно должно быть спрятано то, чего она не хотела бы давать дочке. Она дает ей то, что, по ее мнению, девочка должна съесть, а остальное прячет обратно в холодильник.
Младшая девочка ест. Старшая все еще где-то прячется. Вдруг слышится ее голос:
— Я тоже хочу есть.
Он говорит:
— Если ты проголодалась, почему не идешь сюда и не ешь?
Она отвечает:
— Я же еще прячусь. И выйду только в том случае, если кто-нибудь найдет меня.