May 4th, 2016

радость для купца - и завтрак для клошара (Голландия. XVII век)

как-то раз Амстердамский нищий слонялся в порту - и в друг увидел идущий по Ноордзееканалу корабль известного купца, которого тот уже устал ждать с моря. Нищий тут же отправился обрадовать коммерсанта. Купец запрыгал до потолка, запустил руку в бочку, вручил информатору самую жирную селедку вподарок и побежал в порт. А нищий прихватил со стола плюс к селедке и луковицу (что за селедка без луку?) - и пошел наулицу позавтракать...
Когда его отыскала стража, он уж подкрепился. Пришлось вести в тюрьму - луковица уникального сорта Semper Augustus стоила 3.000 золотых флоринов.
Голландия, как известно, страна тюльпанов.
- Но луковицы у них невкусные.

гардероб даоса Цзюя Яожу

Цзюй Яожу жил в Цинчжоу. Жена у него умерла, он бросил дом и ушел.
Через несколько лет после этого он появился в даосской одежде, неся на себе молитвенную циновку.
Проведя одну ночь, собрался уходить. Родня и родственники силком оставили дома его одежду и посох. Цзюй сказал, что пойдет побродить, и дошел до конца деревни. Вышел он в поле, и вот все его одежды и вещи плавно-плавно вылетели из дома, устремившись за ним вслед.

ПУ СУНЛИН (1640 - 1715)

КОРОЛЯТНИК, или ПОТУСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЕН. I серия

ПРОЛОГ
Вселенная ужасно велика!
И можно утверждать наверняка,
Что где-то — уж не знаю где, но где-то
Вокруг звезды вращается планета,
Которую я выдумал вчера…


Эта планета называется «Бланеда», что на бланедском языке означает «планета». Недалеко уже время, когда космические корабли землян достигнут дальнего космоса, и для тех, кто полетит на Бланеду, я специально помещаю
УЧЕБНИК БЛАНЕДСКОГО ЯЗЫКА
1. Язык очень сложен, и меньше чем за три минуты его выучить трудно.
2. Краткий русско-бланедский словарь.
Апельсин — абельзин
Великан — фелиган
Дракон — трагон
Крокодил — гроготил
Крыса — грыза
Малина — малина
Портфель — бордвель
Сапог — забок
Цапля — дзабля
Шифоньер — живоньер
3. Упражнение. Переведите с бланедского на русский стихотворение:
Шили у папузи
Дфа фезелых кузя.
Один пелый, трукой — зерый
Тфа фезелых кузя.

4. Кто сумел перевести это стихотворение, может заполнить на свое имя удостоверение (см. ниже) и лететь на Бланеду на первом попутном сфестолёде… тьфу, простите, звездолёте.
Кто не хочет ждать звездолета — читайте эту книгу. Все события, описанные в ней, происходили именно на Бланеде.
Удостоверение
Выдано_______________________в том, что он (или она) является специалистом по бланедскому языку.
Ну вот, пролог проложен. Начинаю повесть. Перевод с бланедского.

Глава 1. ДВА ДНЯ КОРОЛЯ ОТ ВОЙНЫ ДО ВОЙНЫ
король Врандзии Зерёша Четвертый вернулся с войны. Попрощался с маршалами и генералами и пошел домой, во дворец. Во дворце на него сразу же набросились слуги: стали раздевать его, умывать его, кормить, чистить ему зубы и укладывать спать. А заснул король уж сам, слишком он устал.
Утром Зерёша Четвертый проснулся в хорошем настроении.
— Можно к вам? — спросил, заглядывая в спальню, полководец маршал Антрюжа. — Доброе утро, ваше величество!
— Доброе! — согласился король. — Как дела?
Дела у маршала были не очень. Потому он и пришёл. Но не хотелось портить королю настроение прямо с самого утра. К счастью, король про дела спросил просто так и не ждал ответа.
— Ну, маршал, как вам наша вчерашняя война? - Лёжа на кровати, король подставлял слугам ноги для надевания панталон.
— Да, — осторожно ответил Антрюжа, — еще бы чуть-чуть, и тогда - всё… (В каком смысле «всё», маршал предоставил решать королю.)
— И мы бы стерли Идалию в порошок! — подхватил Зерёша. — Да некогда. Послезавтра кончается перемирие с Избанией. Уж эту Избанию я точно в порошок сотру!
— Вот-вот, я по поводу порошка, ваше величество. Может, отложим это дело? Может, продлим перемирие?
— Почему? — нахмурился Зерёша.
— Ну… В общем, армия у меня разваливается, — признался полководец. - Солдаты не слушаются.
— В угол ставил? — строго спросил король.
— В какой угол?! Ремнем луплю, не помогает! Платите, говорят, деньги, а то воевать не пойдем.
— А им разве не платят?
— Ни гроша уже полгода. И мне в том числе. Но мне-то ладно, я богатый.
— Так, — серьезно сказал Зерёша Четвертый. — Где Министр Финансов?
— А что сразу Министр Финансов? — спросил Министр Финансов, появляясь неизвестно откуда. — Нету у меня денег, нету!
— А где они?
— Девались.
— Куда девались? — не отставал от Министра король.
— Сами знаете куда. На полицию — раз?
— Раз, — согласился король и загнул палец.
— Новый дворец строится — два?
— Ну, два. Чем я хуже других королей, мне тоже нужен модный дворец!
— Ананасы на полдник — три?
— А что ананасы?
— Так ведь их с Южных островов привозят, дорогое удовольствие.
— Всё, бросаю есть ананасы. Дальше.
— Пушки новые покупали? Покупали. А порох, а лошадей, а форму для солдат?
— Ну, военные расходы — это святое. Остальное-то куда?
— Остальные деньги уходят на содержание дворца. Чуть меньше, чем на армию.
— Мама моя королева! — вскричал потрясенный король.
Впервые он попытался представить себе, сколько во дворце слуг. И не сумел! Были слуги для натирки полов, для чистки люстр, для смахивания паутины с потолка, для проветривания королевских тапочек… Буквально для каждого самого мелкого дела был заведен слуга, а кроме того, еще имелись слуги резерва, без определенных обязанностей, на всякий случай.
— Так-так, — пробормотал король Зерёша. — Ну что ж, будем сокращать штат. Увольнять лишних. С кого бы начать? — И король внимательно посмотрел на Маршала.
Маршал вытянулся в струнку. Король посмотрел на Министра Финансов.
— У меня предложение, — сказал Министр. — Увольте армию.
— А воевать кто будет?
— Никто. Вот и сэкономим.
— Шутите! Кто же нам без боя покорится? И потом, нас тогда самих кто-нибудь завоюет.
— А, ну да, правильно, как я сам не подумал. Ну тогда увольте учителей принца Мижи.
— А мой сын будет расти неучем?
— А он, только не обижайтесь, и так растет неучем. Двадцать педагогов день напролет в карты режутся, а его высочество в парке гуляет.
— Да, двадцать — это многовато. Надо отыскать одного, но уж самого лучшего. А сейчас — эй, позвать сюда всех слуг дворца!
Через час просторная королевская спальня была полна народу, а слуги все прибывали и прибывали.
— Хватит, хватит, — крикнул король, влезая на кровать. — Закройте двери.
Все слуги разом бросились закрывать двери и чуть не передавили друг друга. Зерёша Четвертый дождался порядка и сказал:
— Слуги мои верные! Из-за плохого финансового положения у нас в казне кончаются деньги. И сейчас мы кое-кого из вас уволим. Вот ты, — король показал пальцем, — ты… нет, не ты, а вот он…
Слуги стали прятаться друг за друга.
— Ты, ты, ты, еще вот ты и вы двое. Да-да, я вам, не оглядывайтесь. Вы остаетесь, остальные уволены. Дворцовую форму сдать в гардероб - и до свидания.
Уволенные слуги в голос заплакали. Когда они ушли, на полу остались лужи слез и мокрые следы. "Само высохнет", — подумал король.
Назавтра одежду, оставшуюся от слуг, продали по дешевке на базаре и уплатили солдатам жалованье. На-послезавтра король Зерёша Четвертый произнес перед войсками речь:
— Солдаты! Несчастный народ Избании только и ждет, когда же мы освободим его от тирании избанского короля. Вперед, на Избанию!
— Да здравствует король! — гаркнули солдаты.

Глава 2. ТРИ САМЫЕ СТРАШНЫЕ ВЕЩИ И ТРИДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ ДУЭЛИ
Есть на Бланеде город под названием Дазборг. Его основал один простуженный рыцарь. У рыцаря был сильный насморк, и из-за насморка он произносил не «назморг» (что по-бланедски означает насморк), а «дазборг». И этим звучным словом был назван город.
В те времена, о которых я пишу, Дазборг был столицей страны под названием Здрана. В Здране короля не было. Раньше был, да сплыл, спасая свою шкуру (- соблазнительно было предположить, что Здрана раньше звалась Россией – да в ней ничего подобного небыло. Скорей подходит Украина – ее правители традиционно смывались: Мазепа, Скоропадский, Янукович – но я не настаиваю. Бланед Планет во вселенной действительно много. – germiones_muzh.). В память об этом короле, глупом и жестоком, на главной площади Дазборга висел памятник. Раз в год в День Сплытия короля памятник спускали и торжественно вешали снова.
А на окраине города Дазборга жил старый педагог профессор Ифаноф. Когда-то он обучал наукам знатных детей. Потом преподавал в университете. Но университет закрыли, преподаватели остались без работы. Хорошо, что бывший ученик Ифанофа, глава правительства Здраны, назначил ему пенсию. И жил теперь профессор-пенсионер в маленьком доме совсем один и страдал от безделья и радикулита.
Пока профессор страдал, в Дазборге стали выпускать газету. Сначала от руки. Сидели в редакции триста переписчиков, а редактор ходил и проверял ошибки. Потом — бац! — изобрели печатный станок, и дело пошло быстрее. Газета сразу вошла в моду у всех королей и богачей. Даже те, кто не умел читать, сидели теперь по утрам с газетой в руках. Мода же! Ну, а для нормальных людей, не богачей, газета была непозволительной роскошью.
Вот что в ней писали:
"Новости политики. Позавчера возобновилась война между Врандзией и Избанией. Король Врандзии Зерёша Четвертый громко пообещал стереть Избанию в порошок. Впрочем, то же самое обещали когда-то его отец и дед. Избанский же король Фазя Девятый заявил, что на этот раз он покажет Врандзии, где раки зимуют. Места зимовки раков и другие вести с фронтов будут печататься в нашей газете. Читайте газету!"
"Новости моды. На балу у короля Анклии герцогиня Феронига привлекла общее внимание прической высотой три метра. В связи с этим в моду входят также дворцы с высокими дверями".
"Морские хулиганы захватили еще один анклийский корабль, груженный драгоценностями. Королевский флот Анклии не смог найти грабителей в океане. Анклийский король считает это хулиганство делом рук своего братца, короля хулиганов, за голову которого уже назначена премия миллион золотых".
"Объявление. Известный педагог профессор Ифаноф ищет учеников. Плата не нужна. Обращаться в город Дазборг".

У профессора не хватило бы денег, чтобы дать объявление в газету. Ему помог Глава Правительства. По знакомству.
На счастье, это объявление попалось на глаза Министру Финансов Врандзии. Он быстренько навел справки и выяснил, что Ифаноф — лучший на Бланеде педагог.
И вот, в один дождливый день в дверь к Ифанофу позвонили. "Кто бы это?" - подумал профессор и впустил в дом насквозь мокрого человека. Грязная лошадь незнакомца осталась мокнуть у калитки.
— Мне нужен п-профессор Ифаноф, — сказал незнакомец.
— К вашим услугам, — поклонился Ифаноф. — Плащ сюда. Шляпу сюда. Вы издалека?
— Я из Врандзии, — сказал важно незнакомец. С усов и чубчика его капала вода. — Я п-посланец короля Зерёши Четвертого. Ваше объявление? - Он показал газету.
— Моё, — заволновался профессор.
— Его величество приглашает вас стать учителем его высочества принца Мижи. Вы согласны?
— Еще спрашиваете! Ох! Вы даже не представляете, как вы меня обрадовали! Подождите, дайте опомниться. Хотите чаю?
И тут в дверь снова позвонили — сильно, нетерпеливо. Профессор побежал открывать. На пороге стоял еще один незнакомец. Тоже мокрый, но рыжий.
— Собирайтесь! — рявкнул он так, что профессор вздрогнул. — Вам выпадает великая честь — обучать нашего наследника, принца Фидалига! Скорее одевайтесь, у нас мало времени!
— Но позвольте…
— Как?! — воскликнул незнакомец, шевеля рыжими усами и бровями. — Вы еще сомневаетесь?!
Из комнаты вышел посланник Врандзии.
— Не слушайте его, профессор, — сказал он спокойно. — А вы, милейший, опоздали. Д-до свидания.
— Это еще кто? — взревел второй посланник. — Давно шпагой не протыкали?
— Ну что вы ревете, как дикий осел? Я говорю, профессор с вами не поедет.
— Ну, наглец, — запыхтел второй посланник, доставая шпагу. — Ну и наглец! Профессор, одевайтесь, сейчас я с ним р-р-разберусь!
— Стойте! — воскликнул профессор Ифаноф, но было поздно. Посланники скрылись в комнате, и оттуда послышался звон шпаг, бьющейся посуды и треск мебели. Ифаноф ждал. В дверь снова позвонили. Это был третий мокрый незнакомец. Он вошел с улыбкой и с ходу затараторил:
— Здравствуйте, здравствуйте, вы, наверное, профессор, что это я спрашиваю, сразу видно, что вы профессор, отличная погода, не правда ли, я с детства люблю дожди, а вы? — Незнакомец вдохнул побольше воздуха и продолжил: — Я посланник короля Идалии, привет вам от него, хорошая страна Идалия, наверное, слышали о такой; а что там у вас за шум?..
Посланник из Идалии заглянул в комнату и рухнул, сбитый цветочным горшком. "Пропал мой фикус", — подумал Ифаноф.
Шум стих. Из комнаты вышел, пошатываясь, один из посланников.
— Вы поедете со мной, — сказал он и мягко свалился на пол.
Снова раздался звонок. Профессор открыл.
— Посланник? — спросил он мокрого человека. Тот кивнул.
— По поводу наследника? Тот снова кивнул.
— Вы уже четвертый, — сообщил Ифаноф. — Что мне с вами делать?
Посланник пожал плечами…
Как же случилось, что на скромное объявление Ифанофа откликнулось сразу столько королей? Оказывается, через несколько дней после объявления та же газета поместила такую заметку:
"Новости моды. В моду вошел профессор Ифаноф. Это лучший на Бланеде воспитатель подрастающих королевичей. Король Врандзии уже отправил посланника, чтобы пригласить модного профессора в придворные учителя".
Для всех королей было три самые страшные вещи:
I — умереть,
II — потерять престол,
III — отстать от моды.
И помчались со всех концов к Дазборгу всадники с одинаковым поручением — залучить к себе профессора.
Посланники прибывали к Ифанофу до вечера и всю ночь. Они спорили до хрипоты, потом принимались драться. Ифаноф вызвал полицию, и полицейский с порога отправлял всех посланников в гостиницу. Несколько раз за ночь профессора пытались похитить. Похитители пробирались в дом, подкрадывались к постели и… находили в ней чучело. После чего им оставалось сказать «обознатки-перепрятки», поправить все, как было, и отправляться баиньки.
Профессор где-то прятался и думал. "Короли, - думал он, - народ упрямый. Друг другу не уступят. Сегодня дерутся их посланники, а завтра, глядишь, вся Бланеда передерется, война будет…" Думал Ифаноф, думал и наконец придумал. Пошел будить правительство. Правительство, узнав, в чем дело, прямо среди ночи засело и заседало до утра. А утром посланников собрали на площади, и профессор Ифаноф сказал:
— Дорогие посланники! Я очень уважаю ваших королей и никому не могу отказать. Словом, я принимаю все предложения сразу. Передайте королям, пусть привозят наследников. Мы тут с правительством Здраны решили, что обучение и воспитание и все прочее будет бесплатно, королевские условия гарантируются, нам выделят отличный дворец. Единственная просьба, чтобы со Здраной никто не воевал, пока наследники учатся. Итак, в путь, посланники, время дорого!
Посланники бросились к своим лошадям и, разделившись на две кавалькады, поскакали по дороге в разные стороны. Комья грязи после дождя летели из-под копыт.

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ
Песня лошадей
(Исполняется хором)

Носимся мы по горам и долам
кони гнедые, буланые, пегие…
Всадники мчатся по важным делам.
Им, значит, надо, а мы, значит, бегаем!

Это понятно, что вы не со зла,
Ведь не имеют они представления,
Что, может, у лошади тоже дела,
И может, ей нужно в другом направлении?

Только и знаете нас понукать.
А в наши думы проникнуть не можете.
Эх, кабы нам да на людях скакать!
Но, к сожалению, люди - не лошади…


ПАВЕЛ КАЛМЫКОВ

аромат против яда (античность)

в античности считалось, что ароматы нейтрализуют смертельную отраву. Поэтому антидоты-противоядия древности - это вещества (главным образом растительные) с сильным благовонным эффектом. Трава рута, например.
Филарх в своей "Истории Эллады" передает историю о том, как "фаросский яд" был переслан заказчику для применения издалека (видимо, из Египта: Фарос находится именно там). И когда пришло время применить отраву, она не сработала. Стали выяснять причину - и оказалось, что яд хранился в ящике с айвой, фруктом очень ароматным. Запах айвы обезвредил его.
Скептики скажут: это типичная "ошибка выжившего" - и дело совсем не в аромате. Неизвестен состав фаросского яда; мы незнаем, в какую реакцию он вступил - если вступил - с содержимым ящика... Пусть так.
- И все же хорошо, что иногда такое бывает.
Покушение же не удалось.
Желаю вам счастья!