December 3rd, 2015

(о звуках и реакциях)

часто пишут о непроизвольных - болезненных? - реакциях тех, кто был на войне, на звуки, которые ее напоминают.
- Таких звуков в мирной жизни много. Я всегда их фиксирую. Но никогда не реагирую внешне: не приходилось заметить, чтоб окружающие обратили на меня внимание. (Дело в том, что когда слышишь свист мины - надо сперва понять, откуда куда она летит, и только потом залечь в нужную сторону. - Осколки, понимаете, разлетаются не равномерно, а больше в направлении полета).

ограбление по-старокитайски. Разбойник Ши Цянь обносит дом гвардейского офицера Сюй Нина (XII в.)

…ночь выдалась холодная и безлунная. Вдруг Ши Цянь заметил позади кумирни бога города большой кипарис. Подойдя к дереву, он стал взбираться на него и, достигнув верхушки, устроился на одной из ветвей, словно верхом на лошади. Притаившись там, Ши Цянь начал наблюдать.
Вскоре он увидел, как Сюй Нин вернулся домой. Затем два стражника с фонарями вышли во двор, заперли ворота на замок и разошлись по домам. На барабане стали отбивать первую стражу.
Все было окутано холодным туманом, тускло поблескивала звезды. Роса быстро превратилась в серебристый иней. Когда в казармах все утихло, Ши Цянь спустился с дерева и, обойдя дом Сюй Нина, подошел к задним воротам. Там он без всяких усилий перебрался через стену и, оглядевшись вокруг, увидел, что находится в крошечном дворике. Ши Цянь подошел к кухне и осторожно заглянул внутрь. Там горел огонь, и видно было, как две служанки молча убирали. Тогда Ши Цянь подошел к столбу и, взобравшись на него до уровня окон второго этажа, притаился. Оттуда ему было видно, что делается в доме. Сюй Нин с женой грелись у очага. На руках она держала ребенка лет шести-семи. Заглянув в спальню, Ши Цянь увидел привязанный к балке большой кожаный сундук (на дальнем Востоке часто подвешивали дорогие вещи к балке – и занимали меньше места в доме и были заметнее, что облегчало контроль. – germiones_muzh.). Около двери висели лук, колчан со стрелами и меч. На вешалке было много разноцветного платья. Вдруг Сюй Нин крикнул:
– Служанка! Иди убери мою одежду!
Одна из женщин тотчас же поднялась наверх. Подойдя к стоявшему сбоку маленькому столику, она сложила вначале вышитый пурпурный воротник, затем шубу на зеленой подкладке, цветную вышитую рубашку, пестрый шелковый платок, красный с зеленым пояс и, наконец, косынку. Кроме того, она убрала еще один платок, в который были завернуты два хвоста выдры цвета личжи, подбитые золотом. Все это служанка увязала и положила на полку у камина.
Ши Цянь долго и внимательно рассматривал расположение комнат. Когда пробило время второй ночной стражи, Сюй Нин стал укладываться спать.
– Ты завтра пойдешь на службу? – спросила его жена.
– Завтра Сын неба (император. – germiones_muzh.) посетит дворец дракона, – ответил Сюй Нин, – и мне надо встать пораньше, чтобы в пятую стражу быть уже там.
– Мэй-сян, – сказала тогда жена служанке, – хозяин завтра в пятую стражу должен пойти на службу, так что ты встань в четвертую стражу, вскипяти воды и приготовь поесть.
А Ши Цянь в это время думал про себя:
«В этом кожаном сундуке, что подвешен к балке, несомненно лежит та самая вещь. Хорошо было бы все дело закончить в полночь. Однако, если я разбужу их, то завтра уже не смогу уйти из города и этим испорчу все дело. Придется, пожалуй, подождать до пятой стражи. Ладно, успею!»
Ши Цянь слышал, как легли, спать хозяева. Видел, как в другом помещении служанки постлали себе постель и также улеглись. В комнате на столе горел ночник. Итак, все пять обитателей дома спали. Служанки, утомившись за целый день работы, издавали громкий храп.
Ши Цянь спустился вниз, вынул из кармана полую бамбуковую палочку, просунул ее в переплет оконной рамы и, дунув в отверстие, затушил огонь.
Между тем, как только наступило время четвертой стражи, Сюй Нин встал, разбудил служанок и велел им вскипятить воды.
Проснувшись, служанки увидели, что светильник не горит, и даже вскрикнули от изумления:
– Ай-я! А светильник-то погас!
– Долго я буду ждать огня? – крикнул Сюй Нин.
Одна из служанок пошла наверх и открыла дверь. Услышав скрип открывающейся двери и шаги на лестнице, Ши Цянь сразу же шмыгнул за столб и притаился в темном месте у задних ворот. А когда служанка отперла заднюю дверь и пошла открывать калитку, он прокрался в кухню и спрятался там под столом. Между тем девушка разыскала огонь, заперла дверь и, подойдя к очагу, стала растапливать его. Вторая же служанка пошла наверх, чтобы и там разжечь угли.
Вскоре вода вскипела, и служанка понесла ее наверх. Сюй Нин помылся, прополоскал рот и затем приказал согреть немного вина и подать его наверх. Служанка приготовила ему также мяса и лепешек. Позавтракав, Сюй Нин приказал накормить находившегося у ворот дежурного.
Ши Цянь слышал, как Сюй Нин спускался вниз, звал дежурного завтракать, а затем, взвалив на себя свой узел, взял копье и вышел из дверей. Обе служанки с фонарями в руках провожали Сюй Нина до ворот.
Тут Ши Цянь вылез из-под стола, поднялся наверх и по стоявшей в углу перегородке взобрался на балку. А служанки, закрыв ворота, пошли к себе, разделись, погасили огонь и тот час же заснули.
Убедившись, что прислуга спит, Ши Цянь вытащил свою бамбуковую трубочку, погасил ночник и затем осторожно отвязал от балки сундук; но в тот момент, когда он собирался уже спускаться, проснулась жена Сюй Нина и, услышав какой-то шум, позвала служанку:
– Кто это шуршит там на балке?
В это время Ши Цянь поскреб так, как это делают крысы, и служанка ответила:
– Разве вы не слышите, сударыня, что это крысы? Они дерутся между собой.
Тут Ши Цянь произвел сильный шум, можно было подумать, что это действительно дерутся крысы, и спустился вниз. Он бесшумно открыл двери, тихонько взвалил на спину сундук и осторожно сошел по лестнице. Выйдя из дома, он прошел прямо к воротам лагеря.
Сторожа открыли их еще в четвертую стражу, и Ши Цянь, с сундуком на плечах, смешавшись с толпой, свободно прошел и мигом выбрался из города. Было еще совсем темно, когда он подошел к постоялому двору. Он постучался и прошел к себе в комнату. Там он собрал свои вещи, увязал их так, чтобы уместить на одном коромысле, и расплатился за комнату. Затем он взвалил коромысло на плечо и, выйдя с постоялого двора, направился на восток.
Он прошел сорок ли и только тогда завернул в трактирчик, чтобы немного подкрепиться. Вдруг он заметил, что туда же быстро вошел какой-то человек. Взглянув на него, Ши Цянь убедился, что это был не кто иной, как сам Волшебный скороход – Дай Цзун (один из его коллег-разбойников. – germiones_muzh.). Увидев, что Ши Цянь уже достал сундук, Дай Цзун о чем-то пошептался с ним и потом оказал:
– Я пойду вперед и доставлю содержимое этого сундука в лагерь, а вы с Тан Луном не спеша следуйте за мной!
Тогда Ши Цянь отпер сундук, достал оттуда драгоценность, завернул ее в узел и привязал к спине Дай Цауна. А когда они вышли из трактирчика, Дай Цзун произнес свое заклинание (запустил даосский триггер для быстрого перемещения; видимо, нечто подобное тибетскому самогипнозу лунгумпо. – germiones_muzh.) и помчался в Ляншаньбо.
После этого Ши Цянь на виду у всех привязал пустой сундук к своему коромыслу, подкрепился немного и, расплатившись за еду, взвалил на плечо коромысло, покинул трактирчик и отправился своей дорогой. Пройдя двадцать ли, он встретился с Тан Луном, и они вместе вошли в кабачок, чтобы обсудить, как действовать дальше.
– Ты иди по той дороге, которую я укажу тебе, – сказал Тан Лун. – Закусывай, выпивай и останавливайся на ночлег только в тех харчевнях, кабачках и постоялых дворах, на которых увидишь пометки мелом в виде белых кружков. Сундук везде выставляй на видное место, а когда пройдешь один переход, то подожди меня.
Ши Цянь так и сделал. А Тан Лун не спеша допил свое вино и направился в Восточную столицу...

ШИ НАЙ-АНЬ (1296—1372) «РЕЧНЫЕ ЗАВОДИ»