June 18th, 2015

(no subject)

когда у великого композитора Джоаккино Россини спросили, есть ли у него друзья, он ответил:
- Конечно, есть!
- Кто же это?
- Господа Ротшильд и Морган.
- Вы дружите с ними потому, что занимаете у них деньги?
- Нет, потому, что они никогда не занимают денег у меня!

из ужасов моря (от арабского капитана X в.)

...вот что рассказал мне опытный моряк со слов одного из морских капитанов:
Капитан этот отплыл однажды из Сирафа (Сираф - город-порт на северном берегу Персидского залива. - germiones_muzh.). За кораблем на буксире была лодка с человеком. Человек этот когда-то поссорился с одним из моряков, оклеветал его и вообще перешел границы дозволенного. Но оскорбленный был иностранцем, беспомощным и беззащитным, и потому воздержался от мести, а клеветника взяли на корабль по рекомендации и сильному ходатайству. Но не прошло и трех часов после этой ссоры, как из моря выскочил канад (- род рыбы. Прим. ред.), проткнул головой живот человека, сидевшего в лодке, и, пройдя сквозь его тело, упал опять в воду (это была рыба-меч: только она способна на такую атаку, даже в воздухе. Тем не менее, пройти сквозь человека целиком она не могла - это преувеличение рассказчика. Рыба осталась в теле всаженной, как оружие. - Шесть дней назад таким образом погиб на Гавайях дайвер Рэнди Лэйнс. - germiones_muzh.). Труп завернули в саван и бросили в море...

НИКОЛАЙ ЛЕЙКИН (1841 - 1906. купеческого роду. юморист - что с него взять)

У ГОР

кишмя кишит народ около масленичных гор и балаганов на Марсовом поле (площадь в Санкт-Петербурге. - До того называлась Потешным полем. – germiones_muzh.). Все слои публики слились воедино. Костюмы поражают пестротой. Какой-то гул стоит в воздухе от звука шарманок, гармоний, завываний трубных оркестров, балаганной пальбы, говора и выкрика разносчиков; французская речь гувернантки, сопровождающей разряженных в пух и прах детей, перемешалась с ласковой руганью мастерового. Трещат орехи на зубах пригородных румяных красавиц в шугаях и "пальтичках", приехавших погулять под горами. Ласково летит им в затылок ореховая скорлупа, брошенная ловеласом в новой чуйке и в картузе с заломом. Мерно выступает жирный купец в еноте (енотовой шубе. - germiones_muzh.), надменно расхаживает рослый ливрейный гайдук среди мастерового плебса. Пахнет угаром самоваров, махоркой... Больше всего привлекают к себе "старики" балагуры на каруселях; немало собирает около себя народа и живой медведь, прогуливающийся на балконе зверинца.
-- А жалко вот этого зверя мучить, -- рассказывает нагольный тулуп, -- потому между ними зачастую и оборотни попадаются. У нас в деревне один мужик три года в медведях жил под скрытием.
-- Это для чего же? -- задает кто-то вопрос.
-- А мать прокляла за непочтение. Уж после и спохватилась, молебны начала петь, кутью по дороге бросала -- ничего не помогло, пока положенных годов не выжил.
-- Да ты не врешь?
-- Спроси Митрофана-плотника. Он ему шурин приходится.
Около балагана с вывеской "Американка огнеетка 10 лет и геркулеска" стоит купец с ребятишками в лисьих тулупчиках. Ребятишки так и разинули рты, глядя на вывеску, на которой изображена лежащая на воздухе женщина, черт, скелет и две отрезанные человечьи головы. Балаганщик зазывает публику:
-- Пожалуйте, господа, сейчас начинается! С кого за кресло полтину, а с ребят и солдат половину.
-- Все ли, как на вывеске обозначено, представлено будет? -- спрашивает купец.
-- Все до капельки. Пожалуйте!
-- И головы резать будут?
-- Отрежут в лучшем виде.
-- А ну-ко побожись. (- это правильный подход. Я бы тоже потребовал! – germiones_muzh.)
-- Зачем же божиться, а только без обману. Пожалуйте, ваше степенство. Только вашу честь и дожидаем. Сейчас начинается.
-- А игра будет настоящая или только одни разговоры без действия?
-- Хорошая, самая нильская игра. Пожалуйте!
-- Ну что же, пострелята, хотите нильскую игру посмотреть? -- спрашивает купец ребятишек. (- вот почему "нильскую", ума не приложу. А кто знает? - germiones_muzh.)
-- Хотим, тятенька, хотим.
Купец распахивает шубу, лезет в карман за бумажником и подходит к кассе.
Тут же у кассы и двое мастеровых в синих кафтанах поверх тулупов. Они уже взяли билеты и мотают ими в воздухе.
-- Постой, погоди! прежде справка! -- восклицает один. -- Послушайте, земляк, у живых людей головы-то резать будут? -- спрашивает он у зазывающего балаганщика.
-- Зачем у живых? За это в Сибирь попадешь, а тут одно представление.
-- Ну, коли так, давай деньги обратно, потому это обман. -- У кассы спор.
-- А как же у Берга-то настоящего арлекина пополам режут? -- спрашивает кто-то.
-- Так же и будут тебе настоящего резать! Отвод глаз и больше ничего! Потому у них машины. Машинами и штаны в виде невидимой силы снимают, машинами и по воздуху летают. Так, третьего года через машины эти самые и петух несся, машинами же у нашего хозяина и бумажник вытащили.
На балкон выходят музыканты в красных фесках. Лица у них вымазаны сажей.
-- Спиридонов! Ты как сюда попал? Господи! И арапом вымазался! -- кричит одному из них снизу солдат.
-- Четырнадцать человек здесь из нашей роты, -- откликается с балкона вымазанный.
-- Можешь нас задарма провести?
-- Коли бы ты был женской нации -- с удовольствием. А мужчин ни-ни! От хозяина воспрещено.
-- Иди сюда вниз! сходи! Мы попотчуем.
-- Воспрещено актерам в костюмах по улице бегать. Да мы и хозяйским добром довольны.
-- Ну, коли так, прощай! Кланяйся Анне Микитишне. Голенищи-то продал?
-- Продал.
Солдат отходит.
Вывеска с изображением толстой женщины, на груди у которой гиря с надписью: "16 пуд". Внизу толпа.
-- Вот силища-то, братцы! Шестнадцать пудов на персях держит? Эдакую и не потреплешь, коли ежели в жены попадется! -- раздается возглас.
-- Где потрепать! Сама сдачи даст! Так звизданет, что кверху тормашками полетишь!
-- А у нас на Калашниковой был один крючник (грузчик. Носили грузы на ремне с крюком. – germiones_muzh.), так одной рукой восьмипудовый куль держал, а другой двухпудовой гирей крестился.
-- И с этой самой бабой, сказывают, один купец в Москве кулачное состязание имел, -- вмешивается в разговор бараний тулуп.
-- Ну?
-- Обхватила его одной рукой, смяла под себя, наступила коленкой и говорит: смерти или живота?
-- Что же купец?
-- Сначала сто рублев ей отдал, чтобы помиловала, а потом затосковал, затосковал, что его баба обидеть могла, пить стал, повихнулся в уме, а теперь на цепи сидит. И ведь какой купец-то! Никому спуску не давал. Домашние все в синяках ходили и по чуланам от него прятались. Вот поди ж ты! На медведя один ходил, а тут от бабы сгинул.
-- Мороженое хорошее! Господа посадские! Кто взопрел? Подходите! Угощу прохладительным! -- выкрикивает мороженщик.
Около него стоят два мастеровых мальчика и лакомятся, слегка подувая на стакан с мороженым.
На балконе каруселей старик с льняной бородой свистит на рукавице под звуки оркестра. Против него пляшет молоденькая нарумяненная девушка в тирольском костюме и в серых шерстяных перчатках. Внизу опять гогочущая толпа. Меломаны поощряют танцорку, кидая в нее ореховой скорлупой и огрызками пряников.
-- Эх, девушку-то жалко! -- сострадает внизу сердобольная душа. -- Такая из себя любовная и вдруг в эдакое ремесло пошла!
-- Известно, подпивают! С трезвых глаз актеркой никто не сделается! -- откликается другой. -- Как хмель мало-мало отойдет, ей опять на каменку поддадут (- поддают в бане на раскаленную каменку квасу – для пара. Здесь с этой операцией сравнивают подлив водки-винца «на старые дрожжи». – germiones_muzh.). Вот она и не может опомниться.
-- А есть иные из ихней сестры и в люди выходят!
-- Редко. А впрочем, года два назад тут одна черномазенькая ломалась. Из лица, что херувим. Пришел мясник один богатеющий на каруселях покататься. Увидал ее -- тут ему смерть пришла! Сейчас это ее в свою шубу лисью завернул и домой. Теперь на конях катается. Дом ей каменный за Нарвской заставой подписал!
-- Блины с пылу! Блины с жару!
-- Сбитень горяч! С молочком, с перечком угощу (сбитень - популярный горячий напиток с мёдом и пряностями; был и безалкогольный, и алкогольный до 7 % сбитень. - germiones_muzh.)! Господа нагольные купцы, поддержите коммерцию! -- выкрикивает сбитенщик.
-- Братцы, смотрите, драка! -- раздается возглас.
-- Где? Где?
Толпа отхлынивает от представления и бежит созерцать любимое русское зрелище.

АЛЕКСАНДР БЛОК (1880 - 1921. большой поэт и слабый человек. расцвел, замерз, потом сгорел)

ПОД МАСКАМИ

А под маской было звездно.
Улыбалась чья-то повесть,
Короталась тихо ночь.

И задумчивая совесть,
Тихо плавая над бездной,
Уводила время прочь.

И в руках, когда-то строгих,
Был бокал стеклянных влаг.
Ночь сходила на чертоги,
Замедляя шаг.

И позвякивали миги,
И звенела влага в сердце,
И дразнил зелёный зайчик
В догоревшем хрустале.

А в шкапу дремали книги.
Там - к резной старинной дверце
Прилепился голый мальчик
На одном крыле.

9 января 1907