April 24th, 2015

(no subject)

ЕСЛИ ЖЕ ЛЮБИШЬ ТЫ ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ СЛАВУ, ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ КЛАНЯЛИСЬ ТЕБЕ, ИЩЕШЬ СЕБЕ ПОКОЯ - ТО СОВРАТИЛСЯ ТЫ С ПУТИ. (Преподобный Макарий Египетский)

баранец - животное с корнями

еще античные авторы писали о том, что в Азии есть животное-растение - шерстяное дерево или баран, вырастающий из земли. Это чудо в физиологах и бестиариях стояло рядом с мандрагорой (растением, кричащим человеческим голосом). Барон Сигизмунд Герберштейн, будучи дважды послом в Московии в 1517 и 1526, описал его с чужих слов, правда, в своих "Записках". И даже в XIX столетии жуликоватые "алхимики" разводили простодушных спонсоров на финансирование экспедиций на нижнюю Волгу - за таинственным растительным "баранцем", будто бы необходимым, помимо шерсти, для получения золота из бытовых отходов:)...
- А ведь шерстью этого баранца и Европа, и Россия к тому времени пользовались уже несколько веков.
Это хлопок.

парламентские дебаты в Париже: бомбы в буфете, дверь для коадъютора - и занавес для убийцы (1651)

шла Фронда - общественное движение разных слоев населения Франции XVII в. против режима кардинала Мазарини при малолетнем Людовике XIV. К 1651 году заглавный интриган - коадъютор Парижского архиепископа Жан Франсуа Поль де Гонди - пошел на контры с новым лидером Фронды - принцем Конде и решил, по секрету от народных масс, поладить с королевской партией, поддерживавшей Мазарини. Коадъютору за это была обещана кардинальская шапка. Но народ не должен был ничего знать, поэтому Гонди продолжал поливать экскрементами временно изгнанного на тот момент итальяшку Мазарини, а заодно и принца (который, к слову сказать, получал помощь от врагов Франции - испанцев).
Королева-мать Анна Австрийская с маленьким королем пока выжидала. А вот поливать помоями принца было небезопасно - Конде считался величайшим полководцем Европы. И когда борьба за влияние на парламент Парижа дошла до точки кульминации, запахло порохом...
Коадъютор - даром что духовное лицо, а подраться он любил и дамами не пренебрегал! - решил подготовиться к решающим прениям не на шутку. Просчитал, сколько сторонников может взять с собой принц, определил оптимальные позиции своей "группы поддержки" в зале и на галереях.  В меню заранее занятого буфета вошли не так давно вошедшие в моду ручные бомбы с запалом. С обоих сторон были назначены командиры групп - и пароли для своих (у Гонди был: "Богоматерь Парижская" - а у принца: "Святой Людовик". У политиков даже святые враждуют). Но Конде был все же испытанный военный и герой - поэтому коадъютор в исходе встречи был далеко не уверен и молча мандражировал.
Силы были примерно равны. К тому же, хоть ни у одной стороны не было никаких гарантий, что мирным путем удастся добиться успеха - все должно было выглядеть прилично. Престиж лидеров на кону. И когда обе партии встретились в вестибюле и дело дошло до взаимных оскорблений, командовавший тяжелой кавалерией брата принца - де Кренан посчитал нужным вернуть уже покинувшие ножны шпаги на место увещевающим возгласом: "что мы делаем? Вы хотите зарезать коадъютора и принца на глазах всего Парижа?!?"
Однако не все оказались такими пацифистами, как ветеран де Кренан...
Президенты парламентских палат бросились между враждующими партиями, умоляя не проливать крови во храме правосудия (- как будто правосудие никогда не проливает крови!) и выслать на улицу вооруженные свиты. Принц и коадъютор согласились. - И вот тут случилась непредвиденная толкотня и неразбериха.
Гонди вышел лично убедить своих сторонников; все-таки они были люди знатные. Но не успел он распорядиться, как сзади раздался крик: "к оружию!!" А когда неосторожно повернул голову - знаменитый (позднее) автор мемуаров герцог де Ларошфуко внезапно изо всей дури прищемил ему шею дверью и закричал стоящим рядом дворянам: "Валите его! Заколоть мазариниста!!!" Коадъютор оказался беспомощным в окружении врагов.
Дворяне, надо отдать им должное, слегка обалдели. Колоть им было дело привычное. Но тут все же духовное лицо... И по-подлому... Вдвойне несолидно... Один просто разинул рот; второй промямлил, что принц такого приказания не давал. Ларошфуко продолжал призывать и давить. Коадъютор, плюс ко всему, был малогабаритный, и освободиться ему не удавалось даже с помощью пробившегося сквозь давку Монтрезора. По счастью, в толпе, шуме и гаме не все люди Конде смогли сориентироваться. Центровой буян в партии принца - Песк что-то все же расслышал и оглядываясь достал кинжалчик. "Где здесь коадъютор??" - повторял он, поворачиваясь направо и налево. Не успевавший уже обнажить оружие Аржантёй, загородив коадъютора, встал между ними и как бы невзначай распахнул полы широкого черного плаща. Словно приглашая ударить. - Но бить Аржантёя Песку не было резона - и он отвернулся, не заметив искомой мишени... В это время подскочил сын первого президента парламента Шамплатрё (вообще-то сторонник принца) и навалился на дверь с другой стороны, спасая Гонди.
Сохранив голову на плечах, коадъютор вернулся в зал. Обменялся оскорблениями с Ларошфуко. Но мольбы парламентариев все же вынудили его и Конде выдворить свои вооруженные силы вон. - Все равно все уже расслабились и были дезорганизованы. Участники заседания поднялись с мест - на сегодня спектакль был окончен...
- Как видите, везде и всегда люди делятся на две решающие категории. На тех, кто предпочитает убить - и тех, кто предпочитает спасти.
Это главное.

БАДИ' АЗ-ЗАМАН АЛ-ХАМАДАНИ (969 - 1008)

ВЕРЕТЕННАЯ МАКАМА (тридцать первая)

рассказывал Иса ибн Хишам. Он сказал:
В Басре был я принят как человек известный и почитаемый, часто упоминаемый. Однажды явились ко мне двое юношей, и один из них сказал:
— Да поддержит Бог шейха (шейх - старейшина: обращение к уважаемому или знатному. - germiones_muzh.). Этот человек пришел в наш дом и взял котенка пушистого, сноровистого, у которого от движения постоянного головокружение, как у пьяного, четко талия у него обозначена, кушаком вертящимся перехвачена, нежный голос он подает, возвращается быстро, когда убегает вперед, и длинный подол за собою влечет. Этот котенок слабогрудый, в талии тонок, ростом с морковку. Оседлую жизнь он предпочитает, но бывает — и в путешествие уезжает; что на хранение получает — всегда возвращает. Заставят его двигаться — бежит во всю прыть; когда попросят — тянет длинную нить. Костяной он и деревянный, всем полезный, для всех желанный, как во времени предыдущем, так и в грядущем.
А другой возразил:
— Это правда, пусть поддержит Бог шейха! Я поступил так потому, что он отнял у меня

Владельца множества сынов —
Отполированных зубов,

Счастливейшего из отцов —
Ведь каждый сын помочь готов!

С утра найдешь его в трудах:
Он то повиснет на усах,

А то гуляет в волосах,
В седых и в черных бородах.

Он тонок, ловок, деловит,
Что спутано — разъединит,

В кого он зубы ни вонзит —
Тот радостно благодарит.


Я сказал первому юноше: верни ему гребешок, тогда он вернет тебе веретено.