germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

КОРОЛЬ МАТИУШ ПЕРВЫЙ (конец «прекрасной эпохи»; где-то на Земле). XIV серия

с узников сняли оковы, привели в тюремную трапезную. С воли прибыли военный министр и министр юстиции. Тюремные стражи, держась за эфесы сабель, встали у дверей, готовые ко всему, и заседание началось.
Матиушу ночью не спалось, и он придумал выход из положения.
– Вы управляйте взрослыми, а я буду королем детей, – излагал он министрам свой план. – Я – мальчик и лучше знаю, что нужно детям. За собой я оставлю право поступать как захочу. Остальное пусть будет по-старому. Что говорится об этом в законах, господин министр?
– Таких законов нет, – последовал ответ. – На основании закона, том 1349, дети являются собственностью родителей. Есть только один выход.
– Какой? – вырвалось одновременно у всех.
– Если его величество будет именоваться Реформатором, том 1764, страница 377, королем Матиушем Реформатором.
– А что это значит?
– Так называют королей, которые изменяют старые законы и порядки. Если король скажет: «Я хочу издать такой-то и такой-то закон», я ему на это отвечу: «Нельзя, об этом уже есть закон». А если король скажет: «Я хочу провести реформу», тогда я отвечу: «Пожалуйста, ваше величество!»
Все охотно с этим согласились. А вот с Фелеком дело неожиданно осложнилось.
– Королевским фаворитом он быть никак не может.
– Почему?
– Это противоречит придворному этикету, – брякнул кто-то.
Церемониймейстер на заседании не присутствовал. Поэтому проверить этого было нельзя. Фаворитов назначают только после смерти короля, пользуясь незнанием Матиуша, соврали министры, а они желают своему юному королю здравствовать долгие-долгие годы. Поэтому грамоту любой ценой у Фелека нужно отобрать.
– Да, это незаконный документ, – подтвердил министр юстиции. – Фелек может приходить в гости к королю, быть его другом, но закреплять это грамотой за подписью и печатью – такого закона нет.
– Ну ладно, – сказал Матиуш, желая их испытать. – А что, если я не соглашусь и посажу вас опять в тюрьму?
– В вашем лице повелевает владыка государства, – улыбнулся министр юстиции. – Вы – король, воля ваша – закон.
«Вот чудаки! – подумал Матиуш. – Из-за какой-то жалкой бумажонки готовы в тюрьме томиться.»
– Милостивый государь, – продолжал министр юстиции, – в наших законах предусмотрено все. В томе 235 говорится: «Король властен нарушить закон…», но тогда его называют не реформатором, а…
– Как? – с беспокойством спросил Матиуш, охваченный недобрым предчувствием.
– Тираном.
Матиуш вскочил с места. Сверкнули обнаженные сабли. Наступила мертвая тишина. Побелев от страха, все ждали, что скажет король. Даже тюремные мухи перестали жужжать.
– Прошу с сегодняшнего дня именовать меня Матиушем Реформатором… Вы свободны, господа, – отчеканивая каждое слово, громко сказал Матиуш.
Смотритель тюрьмы отнес кандалы в чулан, тюремная стража вложила сабли в ножны, а привратник отворил тяжелую, окованную железом тюремную дверь. Министры от радости потирали руки.
– Минуточку, господа. Я хочу провести реформу: выдать завтра каждому школьнику по фунту шоколада.
– Слишком много, – авторитетно заявил министр здоровья. – Животы заболят. Хватит и четверти фунта.
– Ну хорошо, черт с вами, четверть фунта.
– У нас в государстве пять миллионов школьников, считая лентяев и хулиганов…
– Всех считать! – воскликнул Матиуш. – Всех без исключения!
– Наши фабриканты изготовят столько шоколада не раньше чем через десять дней.
– А чтобы развезти его по всей стране, потребуется еще неделя.
– Ваше пожелание, государь, можно выполнить только через три недели.
– Ничего не поделаешь, придется подождать, – недовольным тоном сказал Матиуш. В глубине души ему было неприятно, что он сам не сообразил этого. Однако он не подал виду и вслух сказал: – Завтра же объявить об этом в газетах!
– Простите, ваше величество… – заметил министр юстиции. – Детям, конечно, будет очень приятно получить шоколад, но это не реформа. Это королевский дар. Вот если бы ваше величество изволили объявить, что каждый школьник будет ежедневно получать за счет государства шоколад, тогда другое дело. Это уже закон. А так это угощение, подарок, пожертвование…
– Ну хорошо, подарок так подарок, – поспешил согласиться Матиуш. Он устал и боялся, как бы опять не начались долгие разговоры и споры. – Заседание объявляю закрытым. До свидания, господа.
Приехав во дворец, Матиуш помчался в парк и свистнул.
– Ну, Фелек, теперь я настоящий король! Все хорошо!
– Кому хорошо, а кому плохо.
– Что случилось? – удивился Матиуш.
– Отец из-за этой бумажки всю спину мне исполосовал.
– Что ты говоришь! – Матиуш был поражен.
– Ага. «Пусть, говорит, король какими хочет милостями тебя осыпает, это его дело, а я с тебя, негодяй, шкуру спущу, потому что это мое, отцовское право. Во дворце ты – королевский фаворит, а дома – мой сын. Отцовская рука надежней королевской милости.»
Жизнь научила Матиуша быть осмотрительным и, главное, не торопиться, не делать ничего сгоряча. В жизни как на войне: хочешь победить, тщательно готовься к бою. С этой бумагой он опять поспешил. Свалял дурака. И поставил себя в глупое положение. Что же получается? Он, король, выдает охранную грамоту, а простой сержант, невзирая на нее, лупит почем зря своего сына.
– Видишь ли, Фелек, мы с тобой немного поторопились. Помнишь, я говорил даже, что лучше подождать. Сейчас я тебе все объясню…
И Матиуш рассказал ему историю с шоколадом.
– Короли не могут делать все, что захотят.
– Угу, ваше величество.
– Фелек, называй меня по-прежнему Томеком. Ведь мы вместе воевали и тебе я обязан жизнью.
И они решили называть друг друга по имени, когда будут одни.
– Железно. Крушигора!
– Железно, Вырвидуб!
Теперь и про злополучную грамоту стало легче говорить.
– Вместо нее я дам тебе коньки, два мяча, альбом с марками, лупу и магнит.
– А отец меня снова выдерет…
– Потерпи немного, Фелек. Короли не могут сделать все сразу. Они тоже подчиняются закону.
– А что это за штука – закон?
– Я еще сам хорошенько не знаю. Кажется, такие книги.
– Угу. – Лицо Фелека омрачилось. – Ты там на разных заседаниях бываешь, учишься понемногу, а я вот…
– Не горюй, дорогой Фелек. Увидишь, как будет здорово! Если одного моего слова достаточно, чтобы пять миллионов детей получили шоколад, значит, и для тебя я смогу сделать много хорошего. Ты и не знаешь, как долго я не засыпаю по вечерам. Ворочаюсь с боку на бок и все думаю, думаю: как сделать, чтобы всем было хорошо. Теперь мне легче. Для взрослых придумать что-нибудь приятное трудно: у них есть деньги, они могут купить себе что хотят…
– Не понимаю, зачем думать все время о других, – перебил Фелек. – Я на твоем месте приказал бы сделать в парке качели, карусели с музыкой…
– Тебе этого не понять, потому что ты не король… Ну что же, это хорошая идея. На следующем заседании я предложу во всех школах сделать качели и карусели.
– И тир, и кегельбан.
– Хорошо...

ЯНУШ КОРЧАК
Tags: Матиуш
Subscribe

  • агенты Ябеды-Корябеды vs Мурзилка (моё детство, СССР)

    был тихий вечер. Тихий и задумчивый. «Почему-то настроение у меня сегодня какое-то… — хмурился вечер, — будто что-то должно…

  • (no subject)

    не надувай щёки - и несдуешься.

  • перебег (1564)

    ...и он тронул из леса к замку, а остальные с опаской — за ним. Он улыбался сдержанно, ноздри втягивали запах напоенного водой поля, навозной прели,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments