germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

Петр Римский-Корсаков (1731 - 1807): жизнь гвардейская - и смех, и грех, и служба, и немилость

…батюшка был лет четырнадцати, когда бабушка (Евпраксия Васильевна. - germiones_muzh.) отвезла его в Петербург, записала каптенармусом (старший унтер-офицерский чин: что-то вроде вчерашнего прапора. – germiones_muzh.) в лейб-гвардии Семеновский полк и там оставила, а сама возвратилась в Боброво.
Почтовых сообщений в то время, должно быть, не было, и бабушка посылывала иногда письма на своей лошади, а так как батюшка жил своим хозяйством, то, чтобы подводу не отправлять пустую, бабушка и велит зимой накласть на воз всякой провизии: живности, молочного скопу (молочных продуктов. – germiones_muzh.), муки и всякой всячины, и пошлет из Калуги в Петербург. И едет подвода недели две.
Когда батюшку произвели в офицеры и стал он ходить ко дворцу на караул, то сделался лично известен императрице Елизавете Петровне. Она к нему очень благоволила, и нередко случалось, что отворит форточку и спрашивает, кто из офицеров на карауле, и когда узнает, что Корсаков, пошлет за ним, и редко-редко чтобы не велено угостить его чаркой водки. Многие даже на это внимание к батюшке смотрели не без зависти, а другие не без опасения, и ежели бы по своей оплошности батюшка сам себе не повредил живостью своего характера и излишнею откровенностью в слове, то был бы, может быть, великою особой.
И он впоследствии нередко припоминал этот случай из своей молодости и горько сожалел, что чрез него нажил себе сильных врагов, и, будучи тесним по службе, принужден был выйти в отставку с чином полковника.
Хотя императрица и не живала в Москве постоянно, но Москву любила и часто ее посещала; и когда двор приедет в Москву, то и дело что вечера да балы и маскарады во дворце. Двор приехал в Москву в декабре месяце 1749 года и пробыл чуть ли не более года; за императрицей последовал и лейб-гвардии Семеновский полк, а стало быть и батюшка. Государыня вскоре сделалась нездорова, однако болезнь продолжалась недолго; она оправилась и, желая сделать удовольствие своему особенному любимцу, графу Алексею Григорьевичу Разумовскому (- он стал ее тайным супругом. – germiones_muzh.), поехала к нему за город в подмосковную Перово на праздник, который он для нее устроил, и там внезапно опять захворала, так что ее должны были нести в Москву на руках. Она была высокого роста, собою прекрасная, мужественная и очень дородная, а кушала она немало и каждое блюдо запивала глотком сладкого вина; сказывают, она в особенности любила токайское; ну, не мудрено, что при ее полноте кровь приливала к голове, и с ней делались обмороки, так что в конце ужина ее иногда уносили из-за стола в опочивальню.
При наступлении весны 1750 года, когда императрица уже совсем оправилась от вторичной своей болезни, она пожелала идти пешком в Троицкую лавру на богомолье. За нею должна была туда последовать и гвардия. Фельдмаршал Апраксин, Степан Федорович, зная, что императрица будет шествовать долго, испросил ее соизволение заранее отправиться из Москвы и идти не прямо к Троице, а на свое подмосковное имение, село Ольгово, которое от Москвы в пятидесяти верстах и в таком же расстоянии от Троицы: ему хотелось угостить у себя гвардию и попировать дома на просторе.
Батюшка был тогда уже офицером; ему было лет двадцать, он был живой и веселый человек, но очень воздержной жизни, почему товарищи не только его любили, но и уважали. Вот во время этого-то пребывания он и испортил навсегда свою карьеру.
В один из дней, после обеда, офицеры пошли гулять около дома, а там пред домом пребольшой и прекрасный пруд. Вот идут офицеры мимо пруда и видят, что кто-то у пруда кувыркается (вероятно, господа ходили колесом – это проще всего. – germiones_muzh.); подходят ближе, смотрят — двое из Орловых, а третий до того уже напился, что лежит пласт пластом. Они тогда были еще очень молоды и, кажется, еще не офицерами, а каптенармусами. Батюшка, как старший и как офицер степенный, пожурил молодежь и сказал им, что так вести себя неприлично и в особенности в гостях у фельдмаршала, а без чувств лежавшего толкнул ногой и, подозвав двух денщиков, говорит им: «Уберите вы этого Орлова (кажется, Григория) к месту; того и гляди, в пруд свалится, вишь, как нализался, как свинья валяется». (- не будьте слишком строги к мальчишкам: Грише Орлову в ту пору было всего 16. – germiones_muzh.)
В первый раз как батюшка был на карауле при императрице (должно быть, это было в скором времени и чуть ли не у Троицы), императрица и спрашивает его:
— Ну что, Корсаков, хорошо ли попировали у Апраксина? Изрядно ли он угостил вас?
— Так хорошо, ваше величество, попировали и так угостил нас фельдмаршал, — что мы чуть на головах не ходили, а кто даже и взаправду кувыркался.
Императрица очень смеялась этому и потом милостиво заметила Апраксину: «Говорят, вы на славу угостили мою молодую гвардию, так что молодежь у вас кувыркалась».
Пошли расспросы: «Кто был у императрицы, с кем говорила она из бывших у Апраксина в деревне?».
Говорят: Корсаков.
Апраксин этим не обиделся, а только посмеялся батюшке: «Экой ты болтун, все императрице успел рассказать, как в Ольгове эти шуты куролесили».
Нашлись добрые люди, которые и Орловым пересказали, что Корсаков-де государыне все про вас рассказал, как вы кувыркались и у пруда пьяные валялись.
Орловы тогда были мальчики, кутилы и буяны, не страшен был их гнев; но впоследствии, когда они попали в честь, а Григорий и в особую милость (стал фаворитом следующей императрицы Екатерины II. Теперь это был мущщина в полном расцвете сил, нагулявший аппетит лев. – germiones_muzh.), тогда они припомнили Корсакову, что он их журил в Ольгове и обругал одного из них свиньей, и так стали батюшке вредить, что он поневоле принужден был выйти в отставку.
Он часто вспоминал это обстоятельство и, упрекая себя, повторял: «Да, язык мой враг; ведь нужно же мне было ради смеха рассказать это императрице!».
Батюшка участвовал в Семилетней войне и был в сражении при Гросс-Егерсдорфе (против Фридриха Великого Прусского. – germiones_muzh.), в котором Апраксин одержал победу. Тут батюшка едва не лишился жизни, потому что пуля ударила ему в грудь; но так как на нем был надет образ-складень, присланный ему пред войной от его матери, то пуля пробила платье и овчинку, в которую был зашит складень, и отскочила назад. (- боюсь, что сочтут еретиком - но думаю, складень был медный. Я бы такой сыну и надел. - germiones_muzh.) Бабушка была очень благочестива и богомольна и вообще к духовенству и монашеству расположена. Она заповедала своему сыну никогда не выходить из дома, не прочитав 26-го псалма, то есть: «Господь просвещение мое и Спаситель мой, кого убоюся». Батюшка всегда это соблюдал. И точно, он имел всегда сильных врагов, и хотя они старались ему повредить, но, однако, Господь помиловал и сохранил от погибели…

ДМИТРИЙ БЛАГОВО (1827-1897, в монашестве архимандрит Пимен). РАССКАЗЫ БАБУШКИ (- дочери Петра Римского-Корсакова Елизаветы Петровны Яньковой. - germiones_muzh.)
Subscribe

  • (постуведомление)

    совсемзабыл предупредить: вчерась я завершил развеску в своем журналчике первой части "Изабеллы, или Тайн мадридского двора". - Со второй повременим,…

  • В ПОИСКАХ (золота! и) АНАКОНДЫ. - I серия

    ТЕЩА КЛАДОИСКАТЕЛЬ если кого-нибудь винить, то только Карин Кобос. Это она подбила меня впервые заняться кладоискательством. Я встретил ее в 1934…

  • грибы умеют управлять животными

    - это доказано. Прорастая спорами в телах живых насекомых (в частности, муравьев) грибы посылают им в мозг биохимический сигнал, заставляющий…

  • Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments