germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

сага об Эгиле Одноруком и Асмунде Убийце Берсерков. IV серия

...вскоре после начала битвы Гламмад запрыгнул на корабль Бодгара и сразил того секирой. Эгиль стоял рядом, и наконечник его копья отломился от древка(отсеченный тем же ударом? – germiones_muzh.). Он поднял древко и оглушил им Гламмада по уху, так, что тот свалился за борт. Гламмад опустился на дно вместе со своей секирой, и больше уж не вернулся. Тогда викинги остановили схватку и провозгласили Эгиля своим вождем. Он отобрал тридцать двух мужей и отправился грабить в балтийских водах. Немало событий приключилось с ним во время этого похода.

11. карлик
Как-то раз из-за непогоды Эгилю пришлось бросить якорь в бухте. Он сошел на берег один, на разведку, и углубился в лес, где увидел курган; а на кургане великан боролся с великаншей за золотое кольцо. Та была гораздо слабее своего соперника, и оттого туго ей приходилось. Она была в коротком одеянии, так что можно было видеть весь ее срам. Великанша изо всех сил вцепилась в кольцо. Эгиль нанес удар великану, нацелившись ему в плечо, но тот развернулся так быстро, что меч скользнул ему по руке, отхватив кусок двуглавой мышцы столь большой, что одному человеку не под силу поднять было бы поднять его. Великан нанес ответный удар, схватил Эгиля за руку, отсек ему кисть, сжимавшую меч, и она упала на землю. Великан собирался было нанести Эгилю следующий удар, так что тому не оставалось ничего другого, кроме как спасться бегством. Великан гнался за ним по лесу, но Эгилю удалось скрыться. На том они и расстались. Лишившись руки, Эгиль вернулся к своим людям, и они отплыли.
Из-за утраты руки Эгиль терпел сильные боли. Два дня спустя они зашли в какую-то бухту и заночевали там. Эгиль больше уже не мог выносить боль, он встал с ложа и отправился пройтись по лесу. Он набрел на ручей, и, казалось, ему стало легче, когда он опустил руку в воду, и вода промыла рану. Затем Эгиль увидел юного карлика с бадьей, тот вышел из скалы набрать воды. Эгиль снял золотое кольцо с пальца при помощи зубов и обронил его в бадью. Тогда мальчик убежал с кольцом в скалу.
Немного погодя из скалы вышел маленький карлик и спросил, кто же был так добр к его дитяти. Эгиль назвался и добавил, что при том, как обстоят дела, ему мало проку от золота.
— Мне жаль, — сказал карлик. — Пойдем со мной в скалу.
Эгиль так и сделал.
Карлик забинтовал обрубок руки, и вскоре боль полностью прошла. Наутро рана затянулась. Тогда карлик взялся за изготовление меча для Эгиля, и к рукояти он приделал глубокий раструб, тот достигал локтя, где мог крепиться к руке. Теперь Эгиль мог с такой же легкостью рубить мечом, как если бы у него была целая рука. Еще карлик дал ему много других ценных вещей и он расстались лучшими друзьями. Затем Эгиль воротился к своим людям.
— Это и есть, — сказал Эгиль, — моя история до сегодняшнего дня, потому как я тот самый Эгиль, о котором я вам поведал.
— Похоже, ты через многое прошел, — промолвила княгиня. — Как там каша, доченька?
— Сдается мне, она вполне готова, — отвечала та, — но она пока еще слишком горяча для того, чтоб можно было приступать к еде.
— Думаю, она остынет, пока я буду рассказывать вам свою историю, хотя не столь уж много событий произошло со мной, — сказала княгиня.

12. сказание княгини Орлиный Клюв
Жил великан по имени Аскурд, родом из Йотунхейма. Его жена прозывалась Кула, и у них родилось два брата по имени Гаут и Хильдир. И было у отца моего Аскурда с женой восемнадцать дочерей, а я являлась самой младшей. Все сходились на том, что я из сестер я была наиболее пригожа собой. Отец с матерью заболели и умерли, и тогда они были помещены в подземелье и отданы обратно троллям. Мы с сестрами унаследовали все богатства, а Гаут и Хильдир взяли себе княжество. Они плохо ладили промеж собой.
Отец мой владел тремя примечательными сокровищами: питьевым рогом, набором для игры в тафл и золотым кольцом. Братья забрали себе рог и тафл, но нам с сестрами удалось сохранить кольцо, которое было очень ценной вещью. Сестры имели обыкновение задирать меня, и мне пришлось дожидаться своего часа. Стоило начать спорить, как они меня колотили. В конце концов я уже была уже не в силах сносить это и дала клятву Тору, что принесу ему в жертву любую козу, какую он себе пожелает, если он уладит дело меж мной и сестрами.
Тор навестил нас и разделил ложе с нашей старшей сестрой. Он провел с ней всю ночь, но моих сестер охватила столь сильная зависть, что на следующее утро они убили ее. Тор проделал то же самое со всеми моими сестрами, переспав с каждой из них по очереди, и все они были убиты. Но каждая сумела наложить проклятие на следующую сестру: если у той родится ребенок от Тора, то он никогда не вырастет и не будет ему удачи.
В конце концов Тор переспал со мной и дал мне эту дочь, которую вы можете видеть, и проклятие вполне сказалось на ней, потому что сейчас она на ярд короче, чем была при рождении. Тор отдал мне все, что осталось после сестер, и всегда во всем приходил ко мне на помощь. Итак, я получила все богатство, но с тех пор мною овладело столь сильное желание, что, похоже, я была просто не в состоянии обходиться без мужчины. (Орлиный Клюв - великанша-тролль, а нравы великанов, как известно, оставляют ждать лучшего. Все же, должен заметить, что поведение скандинавских женщин в ту эпоху - да и позднее - также было куда свободнее, чем в континентальной Европе и в Англии. - germiones_muzh.)
Одним из таких мужчин, которых мне понадобилось заполучить, был Хринг, сын конунга Смоланда. Я отправилась к нему, но он уже отбыл в Готланд просить руки Ингибьёрг, дочери ярла Бьяркмара. Я поспешила туда, но когда добралась до Готланда, Хринг уже праздновал свадьбу, а его невесту уже собрались вести в пиршественный холл. Я залегла на улице, замышляя какой-нибудь грязный трюк против нее, но она заметила меня первая и с такой силой пнула, что у меня сломались обе бедренные кости. А после этого ее провели в холл и усадили на место невесты. Я последовала за ней внутрь, превратившись в муху, и забралась под ее одежду, намереваясь вспороть ей низ живота. Но она тут же меня признала меня, прихлопнула меня рукоятью ножа и сломала мне три ребра, так что я решила, что лучше бы мне убраться оттуда восвояси.
День минул, и когда невесту повели в брачный покой, а жениха вывели из холла, я схватила его и заключила в свои объятья, и, казалось мне, что я словно бы бегу к морским утесам, чтобы утопить его, и тогда никто бы уже не смог наслаждаться им. Но в тот мог, когда я представляла себе, как сбрасываю его с утесов, на самом деле я всего-навсего швырнула его за постельный полог. Он приземлился на постель рядом со своей невестой, меня схватили, бежать было некуда. Чтобы сохранить себе жизнь, мне нужно было спуститься в Подземный мир и раздобыть три сокровища: плащ, который никогда не горит в огне, рог, который никогда не пустеет, и тафл, который будет играть сам собою, стоит только потребовать.

13. Подземный мир
И вот я отправилась в Подземный мир и встретила там Конунга Снегов (дедМороза, надо думать. - germiones_muzh.), и за шестьдесят коз и фунт золота я купила у него рог. Ядовитый кубок размером с дюжину бочонков был уготован для его супруги, и мне также пришлось наполовину осушить его от ее имени. Именно с тех пор меня немного донимает изжога (как вы уж заметили, тролли очень выносливы: на них заживает, как на волках. - germiones_muzh.).
Оттуда я отправилась к горе Луканус, где обнаружила трех женщин (если можно назвать их женщинами, потому что я выглядела ребенком по сравнению с ними (лютые были тетки, должно быть! - germiones_muzh.),  у них-то и хранился набор для игры в тафл. Мне удалось забрать у них половину фигур тафла, но они обнаружили пропажу и поняли, что это моих рук дело, и попросили меня все вернуть. Я отказалась и бросила им вызов: пусть любая из них отберет у меня тафл, а ставкой против игрального набора будет все золото, что я смогу унести. Они подумали, что это не составит для них особого труда, и вот одна из них двинулась на меня, ухватила меня за волосы и вырвала их добрую половину вместе с левым ухом и целой щекой. Она круто обошлась со мной, но я не сдалась, а впилась ей пальцами в глаза и вырвала их. Затем я попыталась опрокинуть ее, но она застряла ногой в расщелине скалы, так что из-за меня она вывихнула себе бедро. На этом мы и разошлись.
Тогда вторая сестра набросилась на меня и так ударила мне кулаком по носу, что сломала его. С тех пор это можно рассматривать как скорее некоторый недостаток моей внешности, а еще я потеряла три зуба. Я ухватилась ее за груди и сорвала ей плоть до самых ребер, а также вырвала ей живот вместе со всеми кишками.
И следом третья сестра кинулась на меня, самая маленькая из всех. Я собиралась было вырвать ей глаза, как это уже проделала с другой, но она откусила у меня два пальца. Ударом ноги я уложила ее, и она опрокинулась на спину. Она взмолилась о пощаде, и я сказала ей, что пощажу ее жизнь только в том случае, ежели она отдаст мне все фигуры тафла. Мешкать она не стала. Я велела ей подняться, и на прощанье она подарила мне волшебное стекло. Если человек посмотрится в него, то я смогу придать ему любой облик по своему выбору. А пожелаю, то могу и ослепить любого, кто посмотрится в него. В следующий раз я отправилась в Подземный мир, чтобы добыть плащ, и там я встретила Повелителя Мрака. Едва он увидел меня, то сказал, что хочет переспать со мной. Я догадалась, что это был Один, потому что у него был только один глаз. Он сказал мне, что я могу получить плащ, коли мне охота забрать его из того места, где он находится. Для этого мне нужно было перепрыгнуть через огромный костер. Сначала я переспала с Одином, затем перепрыгнула через огонь и добыла себе плащ, но с тех пор у меня на теле нет кожи.
Проделав все это, я вернулась к Хрингу и Ингибьёрг и отдала им эти сокровища, но прежде мы расстались, мне пришлось поклясться, что я никогда не стану мстить им. И вот, не будучи слишком счастлива таким оборотом дела, воротилась я к себе домой. Чуть позже я расскажу вам о тех маленьких шутках, что я сыграла со своими братьями. Как там каша, доченька?
— Сдается мне, она достаточно остыла, — отвечала та.
— Тогда подавай на стол, — велела старуха.
После того, как ужин был закончен, побратимов отвели в постель, и они проспали всю ночь.

14. выздоровление
На следующее утро побратимы проснулись рано. Старуха зашла к ним, и, когда они спросили о времени, сказала им, что они могут остаться у нее на весь день. Тогда они встали и оделись. Старуха оказалась очень гостеприимна. Они сели за стол, и на этот раз она предложила гостям доброго пива и вкуснейшие яства. Она также осведомилась, куда же они направляются и по какому делу. Тут побратимы поведали княгине о своем деле и спросили, нет ли у нее каких-либо соображений по поводу того, куда могли деться дочери конунга Хертрюгга.
— Мне не ведомо, сколь успешны будут ваши поиски, — отвечала она. — Но лучше я сначала поведаю вам о том, что случилось после смерти великана Аскурда. Братья все не могли придти к согласию относительно того, кому из них быть конунгом, каждому казалось, что именно он имеет на это право. Как бы то ни было, они сошлись на том, что тот, кто добудет себе наиболее высокородную княжну, тот и должен стать конунгом. Гаут отправился на поиски первым и похитил старшую дочь конунга Хертрюгга — Хильд; затем и Хильдир отправился на поиски и похитил Беккхильд. Обе девицы сейчас в Йотунхейме, и не думается мне, что легко будет их оттуда вызволить. Им предстоит выйти замуж на Йоль, и все великаны соберутся, чтобы решить, кто из них наилучшая искусница.
— Дело сдвинулось, — сказал на это Асмунд, — теперь-то мы знаем, где сестры. Вот было бы складно, если бы ты помогла нам в нашем деле.
— Единственная причина, почему я поддерживаю родственные связи с Гаутом и Хильдиром, — отвечала старуха, — так это оттого, что я ничем им не обязана. Все досталось мне благодаря удаче, а вовсе не благодаря им. Вы бы лучше отдохнули сегодня, а я покажу вам свои сокровища.
Это предложение пришлось им по вкусу. Когда стол прибрали, старуха повела их в просторную пещеру, что находилась сбоку от главной. Там стояли сундуки, она по очереди отворяла их, а внутри было множество редких и ценных вещей, и они не могли нарадоваться, глядя на все это. В конце концов, старуха достала небольшой ларец и отворила его. Из ларца исходил сладковатый запах, и Эгиль узнал свою кисть с золотым кольцом на пальце. Ему почудилось, что рука словно бы по-прежнему теплая и влажноватая, а кровь продолжает течь по венам.
— Известно ли тебе что-нибудь про эту руку, Эгиль? — спросила старуха.
— Конечно, — отвечал Эгиль. — И я узнаю это золотое кольцо, которое когда-то дала мне мать. Но как к тебе попала моя рука?
— Я могу поведать тебе об этом, — молвила старуха. — Брат мой Гаут пришел как-то ко мне и попросил, чтоб я продала ему свое золотое кольцо, но с этим кольцом я бы ни за что не рассталась. И вот немного погодя, когда моя дочь пасла овец, он подошел к ней и дал ей некий напиток, от которого она зашлась криком и не могла остановиться, пока я не пришла с кольцом на вершину кургана, где она лежала. Когда я была уже на месте, появился Гаут и хотел было забрать у меня кольцо. Я сопротивлялась, и между нами завязалась нешуточная борьба. Я уже было ослабила хватку и, наверняка, лишилась бы кольца, но тут из леса появился незнакомец, очень похожий на тебя, Эгиль. Он нанес мощный удар великану, но тот отсек ему кисть, и после того, как оба они умчались в лес, я подобрала руку и с тех пор забочусь о ней и храню ее, обернув живительными травами, так что она не умирает. Думается мне, что мы сойдемся на том, что этот человек был ты, Эгиль. Если ты не побоишься и позволишь мне вновь открыть твою рану, то я попробую приживить кисть к твой руке.
— А чего тут бояться, — сказал Эгиль.
Она сняла раструб с его руки и лишила ее жизненной силы, так что Эгиль совсем не чувствовал боли, пока она обрабатывала обрубок. Затем она приложила к руке живительные травы, завернула кисть в шелк и крепко удерживала до конца дня. Эгиль чувствовал, как жизнь вливается ему в кисть. Старуха отвела его в постель и велела лежать, пока место сращения не заживет. Рука полностью зажила через три дня, и Эгиль обнаружил, что она не более окоченелая, чем в те времена, когда она была целой, хотя и оказалось, что ее опоясывает красная полоска.
Побратимы спросили у старухи совета — что им делать, и она посоветовала оставаться у нее до свадьбы.
— Мой товарищ, Скрогг, живет тут неподалеку, и, если нам удастся провести моих братьев, то мы со Скроггом только выиграем от этого.
И вот наступил Йоль...
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments