germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

сага об Эгиле Одноруком и Асмунде Убийце Берсерков. III серия

…Асмунд выхватил скрамасакс и снес Арану голову. Затем он развел огонь и сжег Арана, обратив его в пепел. Асмунд направился к канату и был поднят наверх. Затем курган снова закрыли.
Асмунд забрал все сокровища из кургана с собой. (- очправильный ход! – germiones_muzh.)

8. берсерки
Немного погодя Асмунд созвал народ на совет и спросил людей, намерены ли они чтить уговор, который был заключен у него с Араном. Немногим пришлось по вкусу это предложение, и лишь люди, которых Аран дал Асмунду, были готовы поддержать его.
В этот момент случилось им оборотиться к морю, и все увидели, что приближается несколько кораблей. Предводителями этой флотилии были берсерки, братья Хрэрек и Сиггейр. Люди на берегу были не слишком-то рады их появлению. Асмунд предложил себя в качестве военного вождя, но никто не хотел затевать сражение, и Асмунд с его людьми вернулся к своим кораблям.
Когда берсерки узнали обо всем, что случилось, они заявили собственные права на всю страну. Асмунд сообщил им о своем уговоре с Араном и заявил, что полстраны принадлежит ему. Берсерки велели ему убираться, покуда жив. Асмунд вызвал их обоих на поединок, где ставкой была бы страна, но они подняли крик и приказали своим людям готовиться к бою. Началась жестокая сеча. Асмунд располагал меньшими силами, а народ страны не решился придти к нему на помощь, так что все его люди были убиты, а самого его пленили. Это случилось ближе к вечеру.
Берсерки решили казнить Асмунда на следующее утро на вершине Аранова кургана и тем самым принести жертву Одину в честь своей победы, так что Асмунд был привязан к лебедке для подъема якоря, и все остальные сошли на берег, чтобы осмотреть раны и переночевать в разбитом тут же лагере. Братья спали в небольшой палатке на некотором расстоянии от основного лагеря, с ними было лишь несколько человек.
Теперь же мы вернемся к Асмунду, все еще привязанному к лебедке. Он заметил, что из нее выступает железный стопор, а по тому нанесли мощный удар, который оставил после себя зазубрину в металле. Асмунд перетер веревку об острый край и смог разорвать ее. Теперь его руки были свободны, и он разбил колоды на ногах.
Ветер дул с моря, так что Асмунд обрезал якорь, и корабль стало сносить прямо в сторону леса. В мгновение ока он оказался на берегу, и ему пришло в голову сыграть шутку с берсерками, прежде чем он углубится в лес. Так что он направился к их палатке и обрушил ее на спящих. Все, кто был внутри, повскакивали со своих мест, но не смогли выбраться, так как запутались в палатке. Асмунд нанес Хрэреку удар по голове, разрубив тому череп до челюсти. Сиггейру удалось выбраться наружу, он ринулся было в лес, но Асмунд побежал следом, и когда Сиггейр споткнулся, Асмунд нанес ему удар сзади, как раз пониже поясницы, пронзив его насквозь. Затем Асмунд направился в лес, оставив после себя десять убитых, не считая берсерков. За ним снарядили погоню, но не смогли его найти.
Прежде чем занялся день, прибыл Херрауд на двадцати кораблях, и все почувствовали облегчение, увидев его. Он уже слышал о том, что произошло, и теперь созвал людей на совет, где он провозгласил свою власть над страной и просил признать его конунгом. Никто не высказался против него, и так он был провозглашен конунгом всей страны. Те, кто поддерживал берсерков, уплыли, и Херрауд забрал себе их имущество.
Тогда Асмунд пришел к конунгу Херрауду и приветствовал его, и конунг спросил его, кто он таков. Асмунд назвал себя, и тогда Херрауд спросил, не тот ли он человек, что убил берсерков. Асмунд подтвердил это.
— Ничего лучше не пришло мне в голову, — отвечал Асмунд, — и, сдается мне, что я тем самым подбросил пару поленьев в твой огонь. Я пришел встретиться с тобой, потому как прекрасно знал, что мне не скрыться. И теперь я желал бы знать, что со мной станется. Я буду защищаться и пытаться спасти себе жизнь, покуда это в моих силах, но я бы предпочел лучший жребий, ежели бы мне предложили его.
— Мне сказали о твоем уговоре с Араном, — молвил Херрауд, — и, думается мне, это добрая мысль — поставить тебя на место моего брата. По мне так, хорошо вышло, что избавились мы от берсерков, которых ты убил.
И вот Асмунд остается с Херраудом, и они хорошо ладят друг с другом. Асмунд попросил Херрауда дать ему кораблей, потому как хотел отправиться в поход за добычей. Херрауд сказал ему выбирать среди его кораблей и набирать людей, сколько тот пожелает. Он также пригласил Асмунда приезжать погостить, когда тот только захочет. Тогда Асмунд берет тридцать людей Херруада и выбирает себе один корабль. Они с Херраудом расстались наилучшими друзьями, и каждый поклялся отнестись к другому, как к родному брату, доведись им свидеться вновь.
С той пор Асмунда знают под именем Убийца Берсерков. Это конец истории, а я тот самый человек, Асмунд.
— Мне понравилась эта история, — сказала Кожаный Клюв.
— Обед еще долго не будет готов, — отозвалась княгиня. — А что можешь рассказать нам ты, Эгиль?
— Вот как начинается моя история, — отвечал Эгиль.

9. великан
Был конунг Хринг, он правил Смоландом (в Швеции. – germiones_muzh.). Он был женат на Ингибьёрг, дочери ярла Бьяркмара из Готланда. У них было двое детей: сын по имени Эгиль и дочь по имени Аса. Эгиль рос при дворе своего отца, пока не исполнилось ему двенадцати зим. Был он несговорчив, буен нравом, честолюбив, и крайне трудно было заставить его подчиняться. Он бывало ходил повсюду с ватагой парней и часто отправлялся с ними в лес поохотиться на зверя и птицу.
В лесу было большое озеро, а на нем несколько островов, и Эгиль с товарищами имел обыкновение ходить туда купаться, поскольку росли они ловкими во всех телесных потехах. В один прекрасный день Эгиль спросил у юношей, кто из них сможет переплыть озеро быстрее всех. Самый отдаленный от берегов остров находился так далеко, что, для того, чтобы увидеть его, нужно было взбираться на самые высокие деревья. И вот решили они переплыть озеро наперегонки, а было их тридцать человек. Все были согласны с тем, что каждому не следует заплывать дальше, чем это будет в его силах. И вот они поплыли, а некоторые проливы между островами были очень велики. Эгиль плыл быстрее всех, и никто не мог его догнать. Когда они отплыли от берега на порядочное расстояние, спустился такой густой туман, что невозможно было видеть друг друга. Затем поднялся холодный ветер, и все они выбились из сил. Эгиль понятия не имел о том, что случилось с его товарищами, и блуждал в водах два дня. Наконец, он достиг суши, но так ослаб, что мог лишь выползти на берег. Он укрылся мхом и так повел ночь, лишь немного согревшись к утру.
Затем огромный великан вышел из леса, схватил Эгиля и накрыл ладонью.
— Это хорошо, что мы повстречались, Эгиль, — сказал он. — А теперь я предлагаю тебе на выбор: или я убью тебя на месте, или ты поклянешься мне, что будешь следить за моими козами, покуда я жив.
Находясь в столь затруднительном положении, Эгиль не долго думал, что ему выбрать.
Они путешествовали несколько дней, и в конце концов добрались до пещеры, где обитал великан. Великан владел сотней козлов и множеством коз. Поддержание их поголовья было для него вопросом жизни и смерти. Эгиль приступил к выпасу стада, но козы доставляли ему немалое беспокойство. И так продолжалось некоторое время, но после годового пребывания там Эгиль сбежал. Едва великан обнаружил это, он двинулся за Эгилем в погоню, ибо знал толк в нахождении следов без особого труда, будь то на воде или на снегу. Эгиль был уже четыре дня, как в пути, когда великан обнаружил его в одной из пещер.
Великан сказал, что Эгиль поступил с ним хуже, чем он того заслуживал.
— А теперь и ты получишь кое-что, что будет хуже для тебя, — добавил он.
Великан взял два камня, каждый весом по сорок фунтов, прикрепил их железными скобами к ногам Эгиля, а затем велел ему тащить этот груз за собой, и с этим Эгилю пришлось мириться в течение семи зим.
Великан был постоянно на страже, и Эгиль не видел никакой возможности убить его.

10. бегство
В один прекрасный день, когда Эгиль пошел искать в лес своих коз, попалась ему кошка. Ему удалось поймать ее, и он принес ее домой. Было уже поздно, когда Эгиль вернулся, и огонь едва теплился.
Великан спросил его, почему он так припозднился. Эгиль отвечал, что он не был одет подобающим образом для хождения по лесу и что козы все разбежались.
— Чудо для меня то, — сказал великан, — что ты сумел найти то, что искал, в темноте.
— Это все благодаря моим золотым глазам, — отвечал Эгиль.
— Разве есть у тебя какие-то другие глаза, помимо тех, что я видел? — спросил великан.
— Конечно же, — сказал Эгиль.
— Давай-ка поглядим на эти сокровища, в таком случае, — сказал великан.
— А ты не украдешь их у меня? — спросил Эгиль.
— Мне от них мало проку, — сказал великан.
— От них никому нет проку, — отвечал Эгиль, — покуда я не прилажу их.
И тогда Эгиль отогнул край плаща, и по другую сторону очага великан увидел два кошачьих глаза, горевших словно звезды.
— Это достойное сокровище, — сказал великан, — не желаешь ли продать мне эти глаза?
— Я стану от этого беднее, — сказал Эгиль. — Но если ты освободишь меня и снимешь с меня эти кандалы, я продам тебе их.
— А сможешь ли ты приладить их достаточно хорошо, — спросил великан, — чтобы я мог извлечь из них наибольшую пользу?
— Я постараюсь, — сказал Эгиль, — но тебе эта подгонка покажется малость болезненной, ведь мне придется приподнять тебе веки достаточно высоко, для того чтоб я мог установить глаза туда, где им надлежит быть. Тебе нужно будет всякий раз вынимать их на рассвете и вставлять обратно лишь в сумерках. А теперь мне нужно привязать тебя к этому столбу.
— Ты задумал убить меня, — проговорил великан, — это какой-то грязный трюк!
— Я никогда не пойду на такое! — заверил Эгиль.
Они заключили договор, и великан снял с Эгиля кандалы.
— Ты поступил правильно, — сказал Эгиль, — и я обещаю служить тебе остаток твоей жизни.
Затем Эгиль привязал великана столбу, схватил раздвоенный сук и воткнул великану в глаза, так что они оказались у того на щеках. (- как видим, судьба и хитрости Одиссея не были уникальны:). Великанов в старину хватало, и ослепить их оказывалось легче, чем убить. – germiones_muzh.) Великан дернулся от боли с такой силой, что разорвал путы, связывавшие его. Он на ощупь нашел Эгиля и сорвал с него плащ.
— Удача покинула тебя, — сказал Эгиль. — Золотые глаза упали в огонь и теперь они не сгодятся ни одному из нас.
— Ты сыграл со мной грязную шутку, — взревел великан. — Но ты умрешь здесь от голода и никогда не выйдешь наружу!
Великан ринулся к двери и надежно закрыл ее, и тут Эгиль понял, в какое сложное положение он угодил. Ему пришлось провести в пещере четыре ночи без еды, а великан все это время был начеку. Затем Эгиль решил, что делать. Он забил самого крупного козла, снял с него шкуру, пролез в нее и зашил так туго, как только мог.
На утро четвертых суток Эгиль погнал коз к выходу. Великан поместил большой палец напротив дверного проема, а мизинец на пороге, и козам приходилось проходить меж его пальцев. Их шаги эхом отдавались в полу пещеры.
Великан сказал:
— Это к грозе, к грозе копыта моих коз всегда начинают стучать.
Козы проскальзывали меж его пальцев, а Эгиль замыкал шествие. От него не слышалось стука копыт.
— Ты передвигаешься сегодня как-то медленно, Рогатый Бородач, — сказал великан, — и ты как-то раздался в плечах.
Тут он схватился за козью шерсть обеими руками и так встряхнул Эгиля, что тот выскользнул, а в руках у великана осталась шкура.
— Тебе повезло, что я слеп, — сказал великан. — И в то же время жаль, что мы расстанемся без того, чтобы ты получил подарок в знак моей признательности за твою службу. Так что возьми это золотое кольцо.
Оно было чрезвычайное ценным, и Эгиль нашел его очень красивым, так что он протянул за ним руку. Когда великан почувствовал, что Эгиль берет кольцо, то притянул того к себе и ударил, отодрав ему правое ухо. К счастью для Эгиля, великан был слепым. Эгиль отрезал ему правую руку и завладел кольцом.
— Я сдержу свое слово, — сказал Эгиль, — и не убью тебя. Просто тебе придется мириться с болью, и пусть твой последний день будет худшим из всех!
На этом они и расстались, и Эгиль отправился в путь. Некоторое время он отсыпался на опушке леса. Когда же он вышел из лесу, то увидал несколько кораблей викингов. Их предводителя звали Бодгар. Эгиль присоединился к ним и проявил себя храбрейшим из мужей. Лето они провели в грабительских походах, а у Тихих Рифов сошлись в бою с берсерком по имени Гламмад. У него было прекрасное оружие, секира, которая могла поразить любого противника, ежели только владелец секиры знал его имя.
Вскоре после начала битвы Гламмад запрыгнул на корабль Бодгара и сразил того секирой. Эгиль стоял рядом, и наконечник его копья отломился от древка (отсеченный тем же ударом? – germiones_muzh.). Он поднял древко и оглушил им Гламмада по уху, так, что тот свалился за борт. Гламмад опустился на дно вместе со своей секирой, и больше уж не вернулся. Тогда викинги остановили схватку и провозгласили Эгиля своим вождем. Он отобрал тридцать двух мужей и отправился грабить в балтийских водах. Немало событий приключилось с ним во время этого похода…
Subscribe

  • как душат и глотают человека змеи

    большие неядовитые змеи - удавы и питоны - нападают на человека редко. Гораздо реже, чем акулы и крокодилы. - Дело в том, чвто они немогут съесть вас…

  • КРАБЫ НЕ ОВОЩ!

    нет, Грабш и слышать не желал о доме (- ему и в пещере былохорошо. - germiones_muzh.). А чтобы не слушать, взял фонарик и запасной пистолет из шкафа…

  • что даёт сабельнику опыт конного боя

    навыки конной рубки невероятно ценны и в пешем рукопашном бою. - Верхом съезжаются восновном на один миг - и в этот миг надо успеть нанести один…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments