germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

Categories:

из НАУКИ ДЖУНГЛЕЙ

...Ивлин Джилл, сын моего старого приятеля Гарри Джилла, был одним из наиболее страстных коллекционеров бабочек, которых я знавал. Как-то он заезжал в Найни-Тал (город в индийском шатате Уттаракханд, предгорья Гималаев. - germiones_muzh.), и в разговоре я обмолвился, что видел на Повальгарской дороге бабочку с переливающимися ярко-красными пятнами на верхних крылышках. Ивлин сказал, что он никогда не встречал таких бабочек, и умолял меня добыть ему одну.
Несколькими месяцами позже я стоял лагерем в Сандни-Гага, в трех милях от Повальгара. Я пытался снять фильм о поединках читалов (олень аксис весом до 100 кг. - germiones_muzh.)-самцов, — в то время как раз был период, когда на равнине Сандни-Гага можно было одновременно наблюдать несколько подобных схваток. Однажды утром, рано позавтракав, я решил попробовать отыскать экземпляр обещанной Ивлину бабочки и отправился в путь, захватив с собой сачок для ловли. В сотне ярдов от моей палатки проходила лесная дорога, связывавшая Каладхунги с Повальгаром. В протянувшейся на милю вдоль дороги лощине была лужа, куда приходили валяться замбары. Здесь-то я и надеялся поймать бабочку.
Этой лесной дорогой редко пользовались люди, а в обступившем ее лесу водилось много дичи. Было очень интересно идти по ней ранним утром, поскольку на плотной глинистой поверхности, покрытой тонким слоем пыли, отпечатывались следы всех животных, проходивших по дороге или пересекавших ее ночью. Опытный глаз неосознанно отметит мельчайшие детали следов на дороге или на звериной тропе, и вовсе не нужно всякий раз останавливаться у каждого отпечатка, чтобы определить вид животного (или животных), его размер и направление движения. К примеру, дикобраз, выскочивший на дорогу неподалеку от того места, где я сам на нее вышел, определенно испугался чего-то в джунглях справа от дороги и, развернувшись, стремительно кинулся назад. Причина его испуга становится ясна уже через несколько ярдов — дорогу справа налево пересек медведь. Войдя в джунгли по левую сторону дороги, медведь нарушил покой свиньи и небольшого стада читалов, поэтому они, в свою очередь, бросились через дорогу. Немного дальше самец замбара (крупный вид оленя, до 320 кг. весом. - germiones_muzh.) вышел из джунглей с правой стороны и пятьдесят ярдов шел по дороге, объедая кустарник, почесал рога о молодое деревце и затем ушел в джунгли. Неподалеку от этого места четырехрогая антилопа с малышом-одногодком вышла на дорогу. Детеныш, чьи отпечатки копытцев были не больше, чем ногти ребенка, скакал по дороге до тех пор, пока мамаша чего-то не испугалась. После этого, промчавшись вместе по дороге еще несколько ярдов, они скрылись в джунглях. В этом месте дорога изгибалась, и на повороте остались следы гиены, которая вышла, потопталась на месте, а затем вернулась туда, откуда пришла.
Читая знаки на дороге и слушая птиц (а Сандни-Гага не только самое прекрасное место на сотни миль вокруг, но вдобавок славится еще и разнообразием обитающих здесь птиц), я прошел полмили, пока не дошел до того места, где дорога была высечена прямо в скале. Здесь поверхность была слишком твердой, чтобы на ней могли остаться следы. Я прошел еще немного, как вдруг мое внимание привлекла странная отметина на дороге. Это была небольшая борозда в три дюйма длиной и глубиной, в том месте, где она начиналась, в два дюйма. Располагалась она под прямым углом к дороге. Борозда могла быть оставлена посохом с железным наконечником, но за последние двадцать четыре часа никто из людей не проходил здесь, а отметина была сделана не более чем двенадцать часов назад. И опять же, если бы это сделал человек, борозда прошла бы параллельно, а не под прямым углом к дороге, имевшей в этом месте четырнадцать футов ширины. Высота откоса справа была около десяти футов, но зато с левой стороны значительно меньшей. По земле, выброшенной из борозды, можно было предположить, что тот, кто это сделал, шел справа налево.
Убедившись, что эту борозду оставил не человек, я пришел к заключению, что этот след мог оставить только острый кончик рога читала или молодого замбара. Предположить, что олень спрыгнул с крутого откоса и неудачно приземлился, было бы нелогично, потому что, хотя земля и была изрыта копытами животных, отходивших от звериной тропы, все же поблизости от этой борозды не было оленьих следов. Окончательный вывод, сделанный мной — по борозде как единственному ключу к этой тайне, — заключался в том, что след был оставлен рогом мертвого оленя, и случилось это, когда тигр спрыгнул с откоса с оленем в пасти. В том, что на дороге не осталось никаких следов, не было ничего необычного, потому что и тигры и леопарды всегда, пересекая дорогу с жертвой в пасти, стараются нести ее повыше, чтобы не прикасаться к земле, и я думаю, это делается для того, чтобы не оставался запах, по которому их могут выследить медведи, гиены и шакалы.
Чтобы проверить правильность своих умозаключений, я пересек дорогу и посмотрел вниз по склону горы. Не было видно никаких следов, но в кустарнике в двадцати футах ниже по склону, на высоте около четырех футов я увидел что-то, блестевшее на листве в лучах утреннего солнца; спустившись вниз, чтобы понять, что это такое, я увидел большую каплю крови, даже еще не совсем засохшую. С этого места было легко проследить, что было дальше, и в пятидесяти ярдах ниже под прикрытием небольшого дерева, среди густого кустарника, я обнаружил жертву — читала-самца с такими рогами, что многие охотники захотели бы иметь подобный трофей. Тигр не мог рисковать своей добычей, от которой он уже отъел всю заднюю часть, — ведь ее могли обнаружить птицы или звери, поэтому он наскреб сухих листьев и веточек, собрав их с довольно большого участка, и засыпал ими свою жертву. Когда тигр так делает, это указывает на то, что его нет поблизости и он не лежит рядом, не сводя глаз с добычи.
Фред Андерсон и Хьюиш Эди рассказывали мне о крупном тигре, обитавшем в этой местности, которого миссис (а теперь леди) Андерсон окрестила Повальгарским холостяком. Долгое время я хотел увидеть этого знаменитого тигра, которого все охотники в провинции старались убить и который, как я знал, жил в глубоком овраге, начинавшемся недалеко от той пыльной полянки, где, как я заметил, любили валяться замбары. Поскольку рядом с жертвой не было никаких отпечатков, по которым я мог бы идентифицировать тигра, убившего читала, мне пришло в голову, что, вполне возможно, убитый олень был собственностью Холостяка. А если это так, мне предоставился реальный шанс убедиться, действительно ли он так огромен, как о нем говорят.
Узенькая прогалина, начинавшаяся неподалеку от жертвы, спускалась на сотню ярдов к небольшому ручью. За ручьем был участок, густо заросший диким лаймом. Если Холостяк не отправился в свой овраг, то скорее всего он залег под покровом этих зарослей, поэтому я решил попытаться дождаться, когда тигр вернется к своей добыче. Я поднялся к дороге и засыпал свой белый сачок, которым ловил бабочек, опавшими листьями. Ширина прогалины в этом месте составляла около десяти футов, примерно на таком же расстоянии от ее правого края находилось дерево, под которым лежал убитый читал. А на противоположном, левом, ее крае напротив жертвы был сухой пень, почти полностью скрытый лианами. Прежде всего я убедился в том, что в этом пне нет дупел, где могли бы скрываться змеи, затем отгреб от его основания сухие листья, чтобы не встретиться со скорпионами, и наконец устроился поудобнее на земле спиной к пню. Читал, лежавший в тридцати футах отсюда, был хорошо виден. Хорошо просматривалась вплоть до самого ручья и прогалина, на дальней стороне которой стайка обезьян поедала ягоды дерева пипал.
Закончив все эти приготовления, я закричал, подражая реву леопарда. Случалось, леопарды (когда это, конечно, не представляло для них опасности) пожирали добычу тигров, и, естественно, тем это не нравилось. Поэтому я подумал, что если тигр меня услышит и примет мой крик за рев настоящего леопарда, то подойдет к прогалине. А рассмотрев его хорошенько, я как-нибудь обнаружу свое присутствие и потом улизну. Обезьяны отреагировали на мой крик, издав сигнал тревоги, а три из них взобрались на ветвь, отходившую от ствола дерева пипал под прямым углом на высоте около сорока футов над землей. Сигнал, поданный обезьянами, был мне на руку, хотя и длился только минуту или около того, поскольку меня они не видели. Если тигр был поблизости, крики обезьян подтвердили бы зверю, что его добычей собирается поживиться леопард. Я продолжал следить за тремя обезьянами и вскоре увидел, что одна из них повернулась, вглядываясь в джунгли за спиной, закивала головой и затем издала сигнал опасности. Минуту спустя и остальные две принялись кричать и вместе с еще несколькими обезьянами вскарабкались на более высокие ветки. Несомненно, тигр был рядом. Я очень пожалел, что не захватил с собой камеру, поскольку можно было заснять отличные кадры с изображением шествующего по прогалине тигра, освещенного лучами играющего в водах ручья и в листве дерева пипал солнца, и стайки встревоженных обезьян, сидящих на ветвях этого дерева…
Однако, как обычно бывает в подобных случаях, тигр повел себя совсем иначе, чем я ожидал. Он не показывался довольно долго, и я уже стал опасаться, что тигр пойдет за своей добычей прямо мимо меня, но тут увидел, как он мелькнул в прыжке через ручей и исчез в густых джунглях на правой его стороне. По-видимому, оценив ситуацию еще в кустарнике над ручьем, тигр решил, что если он пойдет по прогалине, то леопард его заметит. Поэтому он решил подобраться к своей добыче незаметно, не сомневаясь, что встретит вора около нее. Меня, собственно, это устраивало, хотя при таком раскладе тигр должен был оказаться от меня на меньшем расстоянии, чем мне хотелось бы.
Земля была покрыта сухими листьями, но тигр шел так тихо, что я ничего не услышал. Вновь я увидел его уже стоящим над убитым читалом, но, к моему замешательству, перед моими глазами был не Холостяк, а огромная тигрица. И при благоприятных обстоятельствах на нрав тигрицы нельзя полагаться, а уж эти-то вовсе не были «благоприятными», потому что я расположился слишком близко к ее добыче, и, кроме того, было весьма вероятно, что в зарослях лайма у нее остались детеныши. Если так, то мое появление рядом с добычей должно было ее взбесить. Правда, если бы она ушла тем же путем, что и подкралась, то все бы обошлось. Но тигрица поступила по-другому. Удовлетворившись тем, что леопард не тронул ее добычу, она вышла на прогалину, сократив наполовину расстояние между нами. Минута тянулась бесконечно, тигрица застыла в нерешительности, в то время как я затаил дыхание и, прикрыв глаза, подсматривал через щелочку, а затем спокойно спустилась по прогалине к ручью, легла в него, напилась и исчезла в густых зарослях

полковник ДЖИМ КОРБЕТТ (1875 – 1955), охотник на тигров-людоедов
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments