germiones_muzh (germiones_muzh) wrote,
germiones_muzh
germiones_muzh

Categories:

МАЛЕНЬКИЙ ОБОРВЫШ (Лондон, 1860-е). I серия

мне было шесть лет. Моя мать умерла; отец женился на другой.
Мачеха моя была злая, ленивая и хитрая женщина. Звали ее миссис Берк. Целый день морила она меня тяжелой работой, заставляла нянчить ребенка, носить из колодца воду, убирать комнату, бегать в лавку – и очень худо кормила меня.
Отец давал ей каждое утро деньги на хозяйство; она тратила их на водку (перевод старый; имеется в виду виски, конечно. – germiones_muzh.), потому что была пьяницей и без водки не могла прожить ни одного дня. Чтобы обмануть отца, она посылала меня в лавчонку купить на грош кучу старых негодных костей и рассказывала отцу, что это остатки от наших обедов.
Отец возвращался домой только вечером; он служил продавцом у одного богатого зеленщика на базаре – и очень уставал за целый день. Ему всегда было приготовлено к ужину горячее блюдо, а так как я очень часто с самого утра не ел ничего, кроме корки хлеба, мне сильно хотелось получить хоть кусочек мяса. Если мачеха видела, что отец дает мне что-нибудь со своей тарелки, она сейчас же начинала лгать.
– Ах, милый Джемс, – говорила она, – пожалуйста, не кормите ребенка: он, право, объестся и заболеет! Он ужасно жадный. Сегодня за обедом я три раза накладывала ему такие огромные порции вареной баранины, что хватило бы на двоих.
– Экий негодяй! – кричал отец. – Вертится тут да смотрит мне в рот, точно не ел целый месяц! Пошел спать, обжора, пока я не отхлестал тебя розгой!
Я ложился спать с пустым желудком, не смея произнести ни слова в свое оправдание.
Раз мачеха сыграла со мной особенно гадкую штуку. К ней пришла в гости какая-то женщина, и они вместе пропили все деньги, которые отец оставил на обед и на ужин. Когда гостья ушла, мачеха, немного протрезвившись, начала трусить: ведь отец будет очень сердиться, если узнает, что она оставила семью без еды. Кроме того, надо было откуда-нибудь достать денег отцу на ужин. Но откуда?
Она стала плакать и причитать самым жалобным голосом.
– Бедная я, несчастная, что мне делать? – рыдала она. – Скоро придет твой папа, голубчик Джимми! Он скоро придет домой! Я не могу приготовить ему ужин, и он до смерти изобьет меня! Несчастная я, бедная женщина!
Ее слезы тронули меня, и сердце мое растаяло от нежного названия «голубчик». Я пошел к мачехе, старался утешить ее и спрашивал, не могу ли я чем-нибудь помочь ей.
– Это ты так только говоришь, Джимми, – сказала она, – а думаешь совсем другое. Да и правда, ты не можешь меня жалеть: я всегда дурно обращалась с тобой! Ох, уж только бы миновала эта беда, я пальцем тебя больше не трону!
Смиренное раскаяние мачехи еще сильнее растрогало меня.
– Вы мне скажите только, чем вам помочь, я все сделаю, – с жаром уверял я ее.
– Помочь-то мне, конечно, можно, милый Джимми, только мне не хочется просить тебя об этом. Вот тебе, голубчик, полтора пенса, трать их, как хочешь.
Щедрость миссис Берк ошеломила меня, и я стал еще больше упрашивать ее сказать мне, как помочь ей.
– Да видишь ли, душенька, – проговорила она наконец, – ты бы мог сказать папе, что я дала тебе денег и послала тебя в аптеку купить для твоей маленькой сестренки лекарства и что ты будто бы потерял эти деньги (речь может идти о монете в один шиллинг=12 пенсов. Больше мачеха Джиму не должна была дать. - germiones_muzh.). Ведь это не трудно, голубчик Джимми?
– А если отец поколотит меня?
– Полно, дружок! Как же это можно? Ведь я буду тут! Я скажу отцу, что на тебя налетел ротозей огромного роста, толкнул тебя, выхватил у тебя деньги и убежал, так что ты ни в чем не виноват. Отец не станет тебя бить, будь уверен! А теперь поди погуляй, купи себе что хочешь на свои полтора пенса.
Я ушел, хотя на душе у меня было неспокойно.
Я нарочно не спешил в этот вечер возвращаться домой, чтобы мачеха успела рассказать отцу историю о потерянных деньгах.
Когда я вошел, отец стоял у дверей с ремнем в руке.
– Иди-ка сюда, негодяй! – вскричал он, хватая меня за ухо. – Куда ты девал мои деньги? Говори сейчас!
– Я потерял их, папа! – проговорил я в страхе, смотря умоляющими глазами на миссис Берк. Я ожидал, что она вступится за меня.
– Потерял? Где же это ты их потерял?
– Да я шел купить лекарство для Полли, а большой мальчик наскочил на меня и вышиб их у меня из рук.
– И ты думаешь, я поверю твоим россказням! – вскричал отец, бледный от гнева.
Меня не особенно удивило недоверие отца, но я был просто поражен, когда мачеха вдруг проговорила:
– Да, вот он и мне сказал такую же неправду. А спросите-ка у него, Джемс, где он шатался до сих пор и отчего у него масляные пятна на переднике?
На моем переднике действительно были пятна от жирного пирожка, которым я полакомился за свои полтора пенса.
– Ах ты, дрянной воришка! – закричал отец. – Ты украл мои деньги и угощался на них!
– Да, я думаю, что это так, Джемс, – сказала подлая женщина, – и я советовала бы вам задать ему хорошую порку.
Она стояла тут, пока отец стегал меня до крови толстым кожаным ремнем. Насколько было возможно, я прокричал ему всю историю о деньгах, но он не слушал меня и бил, пока рука у него не устала. После порки меня заперли в темную комнату и оставили там до ночи. О, как возненавидел я мачеху! Я был так взбешен, что почти не чувствовал боли от кровавых рубцов.
Отец слепо верил этой лукавой обманщице и требовал, чтобы я любил ее, как родную мать. Раз вечером он пришел вместе с каким-то молодым человеком и послал меня за бутылкой рома. Когда я принес ром, гость налил стаканы и стал пить за здоровье отца и мачехи и желать им всякого счастия. Меня это нисколько не интересовало, и я уже собирался уйти вон из комнаты, когда отец остановил меня.
– Поди сюда, Джим, – сказал он. – Видишь ты, кто это сидит на стуле?
– Конечно, вижу, – отвечал я. – Это моя мачеха, миссис Берк.
– Не смей называть ее мачехой. Она тебе не мачеха! – крикнул отец.
– А кто же она?
– Она тебе мама, вот как ты должен называть ее! И ты должен любить ее, как родную мать. Поди поцелуй ее сию же минуту.
В словах отца не было ничего особенно печального, но, услышав их, я принялся горько плакать.
– Скажите, пожалуйста, чего этот негодяй хнычет? – закричал отец.
– Оставь его, друг мой, – вмешалась мачеха. – Он ужасно упрямый мальчишка… Да ведь ты и сам знаешь, какой он дрянной!
Я заплакал еще сильнее, потому что я очень любил мою покойную мать, и мне было больно называть скверную, лживую женщину матерью.
Отец рассердился и ударил кулаком по столу.
– Полно, не нападайте на мальчугана! – сказал гость. – Сколько ему лет, Джемс? – обратился он к отцу.
– Седьмой год.
– Э, так ему, пожалуй, скоро придется самому себе хлеб зарабатывать.
– Еще бы, еще бы! Давно пора! – затараторила мачеха. – Вон какой большой мальчишка! Пора зарабатывать деньги. Довольно бездельничать.
– Да ведь он и так работает, – недовольным голосом заметил отец, – он целые дни нянчит Полли.
– Ну, уж работа! Сидит себе с милой крошкой на руках, а то бросит ее да играет с мальчишками.
– А я вам скажу, – решительным голосом произнес гость, – что нет хуже на свете работы, как нянчить ребенка! Меня самого заставляли заниматься этим милым делом, но я бросил его при первой возможности, хотя мне после этого пришлось взяться просто за лаянье.
При этих словах добрый гость сунул мне тихонько в руку пенни.
Мне ужасно хотелось скорей улизнуть, чтобы прокутить свои деньги, и я перестал обращать внимание на разговоры больших.
Однако слова молодого человека о лаянье крепко запали мне в душу. Я сам охотнее стал бы лаять по-собачьи, чем нянчиться с ребенком. Но кому могло понадобиться мое лаянье? Я видал иногда, как пастух гонял гурты овец, и видел, как мальчики помогали ему загонять стада и при этом лаяли и визжали по-собачьи, но я никогда не воображал, чтобы за такое дело платили деньги. Зачем пастуху нанимать мальчиков для лаянья? Ему дешевле стоило бы содержать настоящую собаку, – рассуждал я. Однако гость сказал, что лаять лучше, чем нянчить ребенка, а он еще не знал, как худо мне живется, как мало заботится обо мне отец, как мучит меня злая мачеха! Ему было неприятно нянчить ребенка, а для меня это настоящая пытка…

ДЖЕЙМС ГРИНВУД
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments